Чтение онлайн

Он знал, что по-хорошему должен был бы пригласить ее сейчас в бар или предложить сходить в кино или на танцы. Он, впрочем, так и намеревался поступить, если продаст хотя бы одну из своих новелл. Пока же его каждодневно уменьшавшийся капитал не позволял ему достойно отблагодарить ее.

Кейт быстро зашагал к выходу, раздумывая, чего это Уинтону приспичило пытаться так быстро связаться с ним. Ведь в кабинете Бетти он не пробыл и четверти часа, и Уинтон за это время никак не успел бы прочитать хотя бы одну из его новелл.

Впрочем, зачем все время терзаться всякого рода вопросами? Позвонит в назначенное время и узнает, в чем дело.

Он подходил к лифтам в холле, когда дверь одного из них раздвинулась и оттуда выплыла чета Борденов.

Застигнутый врасплох Кейт автоматически поздоровался с ними. Они кивнули в ответ, а мистер Борден промычал что-то маловразумительное, как это бывает в тех случаях, когда к вам начинает приставать совершенно незнакомое лицо.

Пройдя мимо, Бордены скрылись в офисе, который он только что покинул.

Кейт, погруженный в задумчивость, поджидал лифт. Все понятно: они его не знали, и он зря поприветствовал их. То была ошибка с его стороны, хотя и не столь уж крупная. И все же ему следовало избегать даже столь незначительных промахов.

Он уже чуть не влип основательно, когда в кабинете Бетти Хэдли начал было представляться как Кейт Уинтон, а не Карл Уинстон. Вспоминая этот эпизод, он только сейчас обратил внимание на одну деталь: едва он начал произносить «Кейт…», как Бетти бросила на него какой-то странный взгляд, потом быстро взяла себя в руки. Как если бы… но это было просто глупо.

И все же почему Бетти Хэдли носила такой костюм, скорее, вообще была почти не одета, даже на работе у себя в кабинете? Другие женщины в таком виде ему не попадались — они непременно бросились бы ему в глаза. Это была одна из самых непостижимых для него загадок в этом новом мире. Он мучительно раздумывал над тем, как бы, не задавая вопросов, получить на нее ответ.

Надо же: такие громадные различия при столь поразительном сходстве! Входя в лифт, он еще раз напомнил себе, что для него эти черты сходства двух вселенных представляли собой гораздо большую опасность, чем несовпадения. То, что ему казалось вполне знакомым и естественным, запросто могло привести к нежелательным реакциям с его стороны, например, когда он столь неосторожно обратился с приветствием к Борденам.

Последняя, конечно, не имела уж столь большого значения. Но следовало учитывать, что он легко мог допустить ляпсусы, чреватые для него серьезными неприятностями! Кейта неотвязно преследовала мысль о возможности совершить такую роковую ошибку.

Он на секунду задержался на выходе из здания, решая, куда направиться. Возвращаться в отель и снова садиться за машинку ему совсем не хотелось. Во всяком случае, надо было сделать какую-то паузу. Для работы у него будет вдоволь времени в конце дня и вечером, когда из-за отуманивания придется сидеть дома. Трех рассказов — пусть даже их повторных вариантов — на два дня работы предостаточно. И он прекрасно знал, что технически они сделаны безукоризненно: для него теперь вообще важнее было поддерживать определенный уровень качества, чем печь один за другим тексты, лишенные каких-либо достоинств. Так и быть, он снова засядет за работу только вечером, а сегодняшнее послеобеденное время посвятит отдыху.

Он решил, что если сумеет написать один рассказ вечером, а второй — утром, то у него на руках будут две новые рукописи, которые он и принесет Уинтону на назначенную встречу. Вообще-то он испытывал сейчас странные чувства, находясь по ту сторону барьера — обивая пороги издательств, вместо того чтобы, как это было раньше, принимать всякого рода литагентов и авторов, преподносивших ему самому тексты на блюдечке. Может, стоило обзавестись литагентом? Нет, рано, целесообразнее сначала продать самому одну — две рукописи и застолбить себе участок на ниве сочинительства. Пока что он и сам прекрасно справится со своими трудностями.

Кейт неспешно пофланировал по Бродвею, дошел до Таймс-сквер. Он долго всматривался в небоскреб «Таймса», не в силах сразу постигнуть, что в нем было непривычного. И лишь некоторое время спустя понял, что не полыхает светящаяся реклама. В чем дело?

Хотя чему тут удивляться: днем Нью-Йорк стремился тратить электроэнергии как можно меньше. Ведь вполне ясно было, что излучение, исходящее от источников света, в отличие от эффекта отуманивая ночью не полностью поглощалось солнечным светом, а значит, могло быть обнаружено арктурианскими кораблями.

Это, кстати, объясняло и сравнительно слабую освещенность днем, отмеченную им в ресторанах, офисах и магазинах. Он живо припомнил, что и впрямь не встречал днем ни одного достаточно ярко освещенного помещения.

Это была одна из тех «мелочей», о которых следовало постоянно помнить, если он не хотел обнаружить себя. В номере отеля он большую часть времени работал при электрическом освещении. К счастью, никто пока не сделал ему на этот счет замечания. Но отныне, подумал Кейт, лучше будет придвигать стол и стул к окну, а свет зажигать только с наступлением отуманивания.

Проходя мимо журнального киоска, он прочитал заголовок, набранный крупными буквами:

Казалось бы, радуйся этим новостям, но Кейту было наплевать на них. К арктурианам он не питал абсолютно никакой ненависти. Он не имел даже понятия, как они выглядят. Вполне вероятно, что война с ними действительно была самой настоящей, но лично он никак еще в это поверить не мог. Все это представлялось ему каким-то сном, беспросветным кошмаром, от которого он вот-вот должен был проснуться. Это ощущение так и не покидало его, хотя с тех пор, как он очутился здесь, ему приходилось просыпаться уже четырежды, а мир с арктурианами из-за этого обстоятельства не приблизился ни на йоту.

Он, сам толком не зная почему, остановился перед уличной выставкой галстуков ручной работы. Что-то коснулось его плеча, и он обернулся. Боже! Он отскочил назад, едва не угодив в витрину. То был один из этих великорослых селенитов — пурпурных и волосатых.

Монстр обратился к нему своим резким тоном:

— Простите, мистер, у вас не найдется огонька прикурить?

Кейт чуть не зашелся нервным смехом, но рука его, протягивавшая селениту коробок спичек, заметно дрожала. Тот, воспользовавшись ими, тут же вернул коробок обратно.

— Большое вам спасибо, — поблагодарил он и удалился.

Кейт задумчиво смотрел ему вслед. Несмотря на мощную мускулатуру, тот шел как человек, погруженный по пояс в воду. «Должно быть, проявление большей силы тяжести», — подумал Кейт. На Луне селенит мог, пожалуй, справиться с любым великаном. Но на Земле он имел измученный вид — гравитация, многократно превышавшая ту, к которой он привык, буквально пригибала его к поверхности. Рост селенита не превышал сейчас двух с половиной метров.