Призрак. Пенталогия
Шрифт:
– Ладно, цирк окончен, – я проверил крепления бронежилета. На мне была простая разгрузка поверх куртки. – Лиандра, Ани – в шлюз. Идём налегке.
Посадка была жёсткой. «Полярную Звезду» швыряло в плотных слоях атмосферы, как консервную банку в шторм. Ветер выл снаружи, царапая обшивку песком и спорами.
– Садимся в квадрате Дельта-9, – голос Ани в шлемофоне звучал спокойно, даже слишком. – Я чувствую возмущение пси-поля. Ткач где-то рядом. Но фон… он странный. Болезненный.
– Не удивительно, – пробормотал я, глядя на экран. – Тут сама природа выглядит больной.
Мы рухнули на поверхность с глухим чавкающим звуком. Опоры шасси ушли в грунт по самые амортизаторы.
Аппарель опустилась, и в салон ворвался запах. Пахло гнилью, от чего к горлу сразу подкатил ком. И над всем этим плыл густой туман.
– Дыхательные маски не снимать, – скомандовала Лиандра, сверяясь с наручным компьютером. – Концентрация токсинов превышает норму в сорок раз. Один вдох – и ваши лёгкие превратятся в желе.
Мы вышли наружу.
Мор-Таан был кошмаром ботаника. Огромные, высотой с трёхэтажный дом, грибные наросты заменяли здесь деревья. Их шляпки пульсировали бледным светом, с них капала вязкая слизь. Земля под ногами пружинила – это был сплошной ковёр из мха и переплетённых корней.
– Координаты указывают на север, через топь, – сказала Ани, указывая рукой в гущу тумана. Её кибер-костюм слабо светился, реагируя на внешнюю угрозу.
– Через «Поющие топи», – уточнил я, вспоминая карту, которую дал Вазар. – Романтичное название.
Мы двинулись вперёд. Ноги вязли в жиже, каждый шаг давался с трудом.
Спустя десять минут я понял, почему топи назвали «поющими».
Сначала это был тихий свист. Потом он перерос в низкое гудение, перемежающееся звуками, пугающе похожими на человеческий плач или стон.
– Это ветер? – спросила Лиандра, крепче сжимая игольчатый пистолет.
– Газы выходят из-под коры грибниц, проходя через пористую структуру, – пояснила Ани, но её рука легла на рукоять виброклинка. – Хотя я слышала легенды, говорят, что это голоса тех, кто здесь сгинул.
– Спасибо, Ани, очень поднимает боевой дух, – буркнул я.
Моё состояние ухудшалось. Туман искажал восприятие. Тени от грибов казались силуэтами имперцев. Шум ветра превращался в шёпот Вазара:
«Они ведут тебя в ловушку… Убей их… Пока не поздно…»
Левая рука горела. Не огнём, а холодом. Я чувствовал, как внутри неё двигаются механизмы, перестраиваются кости, натягиваются жилы, которых у человека быть не должно. Мне приходилось придерживать её правой рукой, чтобы она не дёргалась.
– Влад, ты как? – Лиандра заметила мою хромоту.
– В норме. Просто грязь в сапоги набилась.
– У тебя пульс скачет, – она подошла ближе, заглядывая в визор моего шлема. – Зрачки расширены. Адреналин зашкаливает.
– Я просто очень рад нашему походу, – огрызнулся я. – Грибы, болото, две красивые девушки. О чём ещё мечтать?
В этот момент туман перед нами сгустился.
Наступила тишина. Та самая тишина, которую так ненавидел наш капитан.
– Движение на двенадцать часов! – крикнула Ани, мгновенно уходя в невидимость. Её контур размылся.
Из молочной пелены выступили фигуры.
Это были не люди. И не звери. Это были кошмарные симбиоты. Четвероногие твари, напоминающие волков, но без шерсти. Их тела состояли из переплетения мышц и грибницы. Вместо глаз – скопления светящихся спор. Пасти были разорваны до ушей, и оттуда капала зелёная кислота.
Их было много. Десять. Двадцать. Они окружали нас, двигаясь бесшумно, как призраки.
– Огонь по готовности! – крикнул я, вскидывая свой бластер.
Одна из тварей прыгнула. Лиандра среагировала мгновенно, выпустив очередь игл. Тварь завизжала, но не остановилась, продолжая нестись на нас, даже с пробитой головой.
– Они не чувствуют боли! – крикнула Лиандра.
Ани возникла из воздуха прямо над монстром, одним ударом виброклинка разрубая его пополам.
– Влад, сзади!
Я развернулся, целясь в прыгающую тень. Нажал на спуск.
И ничего не произошло.
Правая рука, сжимающая пистолет, просто онемела. Она повисла плетью. Пистолет выпал из разжавшихся пальцев и шлёпнулся в грязь.
– Какого… – прохрипел я.
«Твое время вышло, солдат, – раздался в голове насмешливый голос Вазара. Или кого-то другого, кто был похож и на меня и на него одновременно. Ну не мог же он быть вездесущим! – Ты слишком слаб для этого тела».
Я попытался сделать шаг, но правая нога тоже отказала. Меня парализовало наполовину. Я рухнул на колени, прямо в вонючую жижу.
– Влад!
Тварь прыгнула на меня. Я видел её раскрытую пасть, ряды игловидных зубов. И тут моя левая рука – та самая, чужая, мёртвая рука – дёрнулась сама по себе.
Она взлетела вверх с нечеловеческой скоростью.
Раздался влажный, тошнотворный хруст трансформации. Кожа на предплечье лопнула, и из неё вырвалось чёрное, матовое лезвие, сросшееся с костью. Это был не нож, это был органический клинок, часть меня.
Боль пронзила плечо, ослепляющая, белая вспышка боли.
Рука перехватила тварь в полёте за горло. Удар был такой силы, что шея монстра хрустнула. Лезвие, вышедшее из моего запястья, пробило тварь насквозь.
Я закричал, но не от страха, а оттого, что моя рука наслаждалась убийством. Я чувствовал пульсацию крови умирающего существа прямо через свою кожу. Это чувство было сладким, опьяняющим. Это были эмоции Вазара.
Тварь обмякла. Я отшвырнул её тушу на несколько метров, словно тряпичную куклу.
Но их было ещё много. Круг смыкался.
Лиандра отстреливалась, стоя спиной ко мне. Ани кружилась в смертельном танце, но врагов было слишком много.
Я стоял на коленях, правая половина тела была мертва, а левая превратилась в оружие убийства, которое я не мог контролировать. Рука пульсировала, клинок удлинялся, покрываясь шипами.
– Влад, вставай! – крикнула Ани, отбивая атаку сразу трёх монстров.
– Я… не могу… – выдавил я сквозь стиснутые зубы.
Туман вокруг нас стал плотнее. Из глубины болота вышел ещё один зверь – огромный, высотой в два человеческих роста, вожак стаи. Он заревел, и от этого звука у меня лопнули капилляры в глазах.