Чтение онлайн

Диего подчинился.

– Папаху! Белье! Саблю!

Пояс с рапирой маэстро бросить не смог. Не смог, и все. Внес на руках, и вжал затылок в плечи, оглушен сиреной. Впрочем, Штильнер сразу отключил звук.

– Потрясающе! – профессор радовался, как ребенок, впервые попавший в цирк. – Оденьтесь, прошу вас! И бегом, бегом наверх! У меня есть дивное средство от простуды…

– А нам что делать? – спросил Пшедерецкий.

Маэстро собрал вещи в охапку:

– А вас не зовут. Только меня.

Пожалуй, комедиограф Луис Пераль, прежде чем оформить черновик благородными стихами, изобразил бы этот допрос так:

Марк Тумидус: Все-таки не удержались…

Не спеша развить мысль, он прогуливается по допросной от стены к стене. Допросная располагается в подвале, окна в ней отсутствуют.

Пробус (в сторону. Это внутренний монолог, неслышимый для остальных. Речь Пробуса, сухая и деловитая, не похожа на его обычную манеру разговаривать): Что я знаю о своем нынешнем местонахождении? Подвал на Сечене – с планеты меня не вывезли. В «скорой помощи» мне завязали глаза. Я не сопротивлялся. Две пересадки. Тесный аэромоб, наземная колымага: судя по тряске и бензиновой вони, местная. По ступенькам вверх. Прямо, налево, направо. По ступенькам вниз. Еще вниз. Налево. Еще раз налево.

Голос Веника: Можете снять повязку.

На стенах допросной – камеры наблюдения. Их не прячут: зачем? Бетонная коробка десять на десять шагов. Стены и потолок выкрашены серой эмалью. Из мебели – жестко закрепленный в полу круглый табурет. На табурете – Спурий Децим Пробус собственной персоной. «Солнышко» холодной плазмы отрегулировано на неприятный, режущий глаза спектр бело-голубого гиганта. Его свет вызывает ассоциации с больницей, хотя ни в одной клинике, где Пробусу довелось побывать, не пользовались подобным освещением.

Пробус (в сторону): Есть в этом свете что-то такое… Стерильное. Самое оно для вскрытия. Кто у нас в потрошителях? Тебя, парень, я знаю. Ты напарник женщины-лисы. И тебя знаю, главный. Доброго здоровьица, давно не виделись. Три года назад – нет, меньше! – ролики с тобой крутили по визору ежедневно. Да, я в курсе: ролики делались для астлан. Но их демонстрировали и прочим народам Ойкумены. Великая Помпилия несет на Астлантиду мир и новые технологии, призывает дикарей к сотрудничеству – убедитесь сами! Ты, Марк Кай Тумидус, служил лицом Великой Помпилии, а по совместительству – официальным представителем ВКС Лиги, в гламурном мундире с орденами. Я помню тебя другим: зеленым лопушком. Курсант-либурнарий, мой сосед по каюте грузопассажирской лохани… Как назывался корабль? Ах да, «Протей». Ты изменился, курсантик. Ой-ёй-ёй, как же ты изменился! И фасеточным имплантантом, поселившимся в твоей левой глазнице, эти перемены не ограничились…

Марк Тумидус (прерывает внутренний монолог Пробуса): Указ «неделя раз-два-три». Между прочим, его приняли благодаря вам. И вы же первый его нарушили. Не напомните, для кого указ не писан?

Пробус (всхлипывает): Для нас, дураков! Каюсь!

Марк Тумидус: Прямо сразу каетесь?

Пробус: Спасибо, родненькие! Вытащили дурачину, не дали пропасть…

Марк Тумидус: Вытащили?

В глазном имплантанте мелькает радужный блик. Кажется, Тумидус изменил настройку, желая рассмотреть допрашиваемого под микроскопом.

Пробус: Наши своих не бросают! Я знал, я верил! Вытащили, спасли, увезли! Прямо из-под носа, из львиной пасти! Я же для родины, как обещал, в лучшем виде… Родина – она мама, она простит!..

Марк Тумидус: С этого момента – подробней. Что именно вы сделали для родины?

Пробус: Вывел варвара из имения. (Загибает палец: большой, чтобы сразу обозначить значение подвига). Без свидетелей, как велели! (Загибает указательный). Подал сигнал и сопроводил до уединенного места! (Загибает безымянный и мизинец, средний остается торчать). Чтобы, значит, без помех, без свидетелей…

Марк Тумидус: Вывели и сопроводили. Дальше!

Пробус: Дальше? Кошмар и ужас, вот что дальше! Ужас и кошмар! Голубчики вы мои! Драгоценные! Вы простите старика, я там чуть в штаны не наложил! Сердчишко пошаливает: здравствуй, думаю, инфаркт…

Марк Тумидус: Уточняю вопрос: что конкретно произошло между варваром и нашей сотрудницей?

Пробус: Докладываю! Наша сотрудница стала брать варвара в рабство. Поначалу все шло как обычно… (подмигивает). В курсе, небось, как оно у нас бывает? Она клеймит, он клеймится. Она на дороге, он в седле… Я смотрю, а она дергается. Дрыг-дрыг, и упала! А варвар из седла прыгнул и над ней стоит. Так, знаете ли, по-хозяйски!

От последней реплики Пробуса допрашивающих явственно передергивает.

Крисп: В этот момент варвар был под клеймом?

Марк Тумидус косится на унтер-центуриона, но ничего не говорит. Видимо, он считает вопрос уместным.

Пробус: Ни в коем разе! Свободный он был!

Крисп: Вы уверены?

Пробус: Да что ж я, свободного от раба не отличу?! Я помпилианец, или кто?

Крисп (в сторону): Или кто.

Марк Тумидус: Продолжайте.

Пробус: Я давай ее спасать, нашу сотрудницу! Хотел на мобе в усадьбу отвезти, так моб у меня из-под носа улетел! Тогда мы с варваром ее на лошадь погрузили, и галопом в дом, в тепло! Доктора вызвали… Я сразу хотел нашего, но они сперва местному позвонили. У постели сиднем сидел, пот вытирал, судно подкладывал!

Марк Тумидус: Вернемся к инциденту с клеймением. Каким образом варвару удалось противостоять помпилианке?

Пробус: Не знаю! Мамой клянусь, не знаю! Феномен! Матерый феноменище! Я вам вот что скажу, золотые вы мои… С этим варваром лучше не связываться! Вы меня слушайте, старик Пробус дурного не посоветует. Этот варвар – всем варварам варвар! Вы на нашу сотрудницу гляньте, сами все поймете…

Крисп: Вы замечали за ним нечто странное? Не свойственное обычным варварам?

Пробус: Замечал?

Крисп: Да.

Пробус: Я?

Крисп: Вы! Хватит вилять!

Пробус: Слабо сказано, дружище! На нем странностей – как блох на собаке…

Марк Тумидус: Конкретизируйте.

Пробус: Да сколько угодно! Кто мозги нашей сотруднице выжег, а? То-то и оно! Или шпагу его взять…

Марк Тумидус: Что не так с его шпагой?

Пробус: Вы когда-нибудь выходили в большое тело? Ох, простите дурака! Так вот, груз с собой в коллант не возьмешь. Ну, деньги там, документы, одежду, мелочь в карманах… А он шпагу туда-сюда таскает. Представляете?!

Крисп: Шпага? Интересно. (Особого интереса в его голосе не слышно). А как насчет ментальных странностей?

Пробус: Вам мало нашей сотрудницы?!

Крисп смотрит на Марка Тумидуса. Тот кивает: можно.

Крисп: Он угадывал чьи-то мысли? Предчувствовал события? Знал то, чего не должен знать? У нас есть подозрение, что Диего Пераль – латентный телепат. Возможно, уже не латентный.

Пробус: Телепат? Как вы догадались?! Все, все, молчу… Вопросы здесь задаете вы. Да он все мои мысли угадывал! Я еще и не подумал, а он уже вслух…