Чтение онлайн

Палик думает, я не помню, как он пробил головой дырку в стене, когда ушиб большой палец, поскользнувшись на паркете.

Хех, смешные люди.

Мрачный у них какой-то дом. И старый. Будто, переступив его порог, переносишься лет на девятьсот назад — мебель насыщенно-коричневого цвета, то ли действительно древняя, как выглядит, то ли специально состаренная, строгий рисунок на обоях, тоже какой-то серо-зеленый или желто-коричневый, в полумраке не разобрать, резкие очертания предметов, особенно выделяющихся за счет специфического освещения…

Втянула воздух носом. Мне только кажется, или аромат действительно усилился? И корицей потянуло.

— Здравствуйте. Вы с Файром? — Я обернулась. — Простите. — Шаинанка склонилась и две белые косы соскользнули со спины. — Из-за куртки я не заметила форму и знак.

— Ничего страшного. — Я придирчиво её разглядывала. — Это даже лестно, Файр в любой местности умудрялся находить необыкновенных красавиц.

Она поставила на стол поднос с разными медовыми лакомствами, который даже не шелохнулся, когда она поклонилась, и сама присела в кресло напротив.

— Угощайтесь.

И никаких воплей, по поводу кто я такая и как сюда попала.

Характер нордический, по месту рождения должен быть мягче. Хотя… Мне вспомнилась великанша-однокурсница. Нет, пожалуй, с характером у нее все в порядке, Лика тоже только с виду вся из себя такая грубовато-простодушная, на самом деле она женщина-скала. Не мало хамов и наглецов, не умеющих держать язык за зубами и не чувствующих, что настал момент захлопнуть пасть, разбились о ее "склоны", аки лодки в шторм.

Перед глазами настойчиво маячили самые лучшие, обильно политые патокой, кусочки. Я даже пожалела, что за день успела так налопаться. Еще один соблазнительный кусочек мог вполне стать последним, но я все равно из вежливости приняла угощение.

В молчании прошло еще десять минут.

— Ош, опять твои пирожные! Меня от меда уже тошнит! Не знаю, как вы там в вашем Сахарном Бору только этим питаетесь, но я хочу мясо!

— Я готовила мясо, — невозмутимо ответила девушка, поднося ко рту чашку со знакомым мне еще с Академии пряным настоем, по консистенции больше похожим на сироп. Лика честно пыталась научить нас его пить, но сокурсники только плевались. Лично у меня при одном запахе челюсть сводило судорогой, а в горле вставал ком.

— Конечно! Ты его готовила! С медом! Сладкое мясо, подумать только, зря продукт испортила! Я даже пробовать не стал!

— Мне больше досталось.

Я не шевелилась.

У порога зашуршали бумажные пакеты.

— Хоть бы раз сделала что-нибудь нормальное!

— Не нравится — ешь в харчевнях.

— Ош, сколько раз повторять, здесь они называются тавернами!

— Без разницы. И это не пирожные.

Стук тяжелых каблуков где-то за спиной.

— Как можно есть столько сладкого и быть такой занудой! — воскликнул Файр и рухнул в кресло, задрав ноги. С рифленой подошвы на пол отвалился здоровенный кусок грязи.

Да, забыла уточнить… Файр не ладит не только с лестницами, но и с лужами тоже. Он невероятным образом умудряется найти их повсюду, собственно, так же как и красивых девушек, даже если дождя не было три недели. Думаю, даже в пустыне он изловчится найти грязь и выпачкать в ней свои горячо любимые военки.

— Лишь бы ты не траванула меня после всего, что я… О!.. Ого!..

— И тебе всего самого хорошего, Файр, — растянула губы в улыбке я.

Как удобно получилось, что я села спиной к входу! Такой потрясающий эффект неожиданности! И как необыкновенно видеть на его холеном лице такую смесь ужаса и удивления: бедный парень, видимо, решил, что я ему мерещусь. Угу. Призрак меня любимой, навещающий обидчиков, гремящий цепями по ночам и завывающий: "Отда-а-айте мне мои лу-у-учшие го-о-оды!".

— …нравились.

— Брось, он им понравился. Твоя мама ему весь вечер подмигивала.

— Действительно! То-то я и видела, папа был в восторге.

— Зато Ллонна улыбалась… А вот и мы!

По спине у меня пробежали мурашки. Сколько раз во сне этот самый голос кричал мне "Хватит! Прекратите немедленно!", и я просыпалась в холодном поту.

Странная это штука, человеческое сознание. Призрак разгневанного Саша, из последних сил сдерживающегося, чтобы не пустить в ход рукопрекладство, отчего-то мучил меня гораздо больше бледной торжествующей улыбки Марики, хотя, по логике должно было быть наоборот.

— Хорошо, что мы успели, правда, милый? — Процокали каблучки, скрипнула половица. — А то на улице, кажется, собирается дождь.

Файр развернулся всем телом, решив выбраться из кресла тем же путем, каким и попал в него — через спинку — но смог только выглянуть, подтянувшись на руках. Но только он открыл рот, как появился Палик.

— Марика! Саш! — Честно, настолько фальшивой радости я не слышала никогда. А Кудряш и не пытался каким-либо образом исправить ситуацию, наоборот, он всем своим видом демонстрировал насмешку и торжество. — Как вы вовремя! А у меня для вас сюрприз!

— Я его уже видел, — простонал Файр и рухнул обратно, попав головой как раз на подлокотник. Сложил руки на груди и поймал мой взгляд, изобразил на лице нечто, похожее на риторическое: "Что творят люди?".

— Да? — заинтересованно потянул женский голос. А прелестное сопрано погрубело со временем, да и интонировать она стала по-другому. Теперь ее говор не похож на птичий щебет. Грудной соблазнительный голос с легкой хрипотцой, который так долго отрабатывают перед зеркалом, вот что это.

— Ция?..

И что же мне это напоминает? — подумала я, сжимая пальцы на коленях, и открыто посмотрела на замершую парочку. Посмотрела и почувствовала, как каменеет спина.

А она зря времени не теряла.

— Вечер добрый. Извиняюсь, что так внезапно и без приглашения…

— Я тебя пригласил! — влез Палик, и я послала ему испепеляющий взгляд. Ничего, дружок, тебе я позже мозги прочищу! Да так, что скрип от их работы будет раздаваться на весь дом, как с вымытых тарелок!

— …Представляю, как это выглядит со стороны, — закончила я, улыбаясь одними губами. Большее было бы неуместно, учитывая обстоятельства.

— Ничего, мы рады. — проговорила Марика, аккуратно усаживаясь в кресло, поддерживаемая все еще не проронившим ни единого словечка Сашем. Характерно женским жестом поправила волосы, заодно, готова поклястся, лихорадочно прокручивая в голове варианты развития событий. Это было видно по тому, как забегали ее глаза. Правда, через совсем короткое время она оправилась окончательно и улыбнулась карминными губами, блеснув белоснежным жемчугом ровных зубов. Роскошно, роскошно.

— Ты еще больше похорошела за прошедшие годы, — ни в коем разе не покривив душой, озвучила мысли я, сама уж не знаю почему.