Чтение онлайн

— Ну ладно, — услышал я голос. — Пойдём пожрём что ли.

— Да, пойдём, — ответил лениво второй, громко зевнув. — Торчать на этой хрени из-за десяти минут, просто уродство.

Я упал на бетонный пол, вжавшись в угол, опасаясь, что меня заметят. Вдруг им захочется избавиться от свидетеля? Спихнут вниз, и поминай, как звали, только мокрое место останется. Я услышал тяжёлые, шаркающие шаги, потом все стихло. Выбравшись с балкона, я решил подняться в служебное помещение и все там осмотреть. Лестница закончилась узким лазом в каменном полу, который вёл в круглую комнату. По стенам шли экраны, на которых быстро менялось изображение. Полукругом располагался громоздкий пульт управления, выкрашенный серой краской с множеством кнопочек, ручек, тумблеров. Рядом с ним стояла два стула.

На стене я обнаружил круглые часы с циферблатом, расчерченным цветными секторами с надписью: «Сделано в СССР», и отливающий тусклой медью обтекаемой формы ящик с длинной цепью, грузиком и деревянной ручкой. К потолку был прикреплён причудливый механизм из несколько блестящих линз, круга с резьбой и прожектора. Часть стеклянных панелей были зашторены, часть — открыта. Маяк-то оказался действующим.

Я осторожно спустился вниз, выскользнул из двери. Кажется, меня никто не заметил. Вернувшись на пляж, я решил пройти в обратную сторону от маяка, дошёл до входа в грот, и решил его обследовать. Потолок нависал почти над моей головой, пару раз я чуть не стукнулся о торчащий камень. Внутри валялись банки, осколки бутылок, засохшие водоросли, и мерзко воняло. Я сделал пару снимков со вспышкой и вдруг обнаружил в углу большой куль с тряпьём. Посветив фонариком, я увидел человека. Он лежал на боку, поджав ноги. Присев рядом, я попытался нащупать пульс. Вгляделся в лицо и мне стало не по себе. Мужчина лет сорока, тёмные волосы, вытянутое лицо с выпуклыми скулами под глазными впадинами, крупный прямой нос, лоб, будто сдавленный над бровями, резко очерченная линия рта с пухлыми губами, округлый безвольный подбородок. Чёрт, я узнал его! Я вышел наружу и позвонил: «02». Никто не хотел брать трубку так долго, что я начал терять терпение. Вдруг что-то щёлкнуло, послышался ленивый голос:

— Сержант Коваленков слушает.

— Я труп нашёл. В гроте на берегу, — сказал я.

— Ах, как интересно, — сказал дежурный с ехидцей. — И чей труп?

— Мужской, — ответил я коротко, решив не вдаваться в лишние подробности.

— И давно он там лежит?

— Откуда я знаю?! — разозлился я.

Дежурному явно было нечего делать, он просто развлекался.

— Как зовут?

— Кого? Труп?!

— Вас, конечно, — проронил дежурный насмешливо.

— Верстовский, Олег Янович. Приезжайте, чёрт возьми! По-моему, его убили.

— Не волнуйтесь так. Главное, чтобы убили не вы,— мне показалось, что на другом конце провода хихикнули.

Я матерно выругался.

— Хорошо. Сейчас приедет наряд, — сказал дежурный другим, строго официальным тоном. — Олег Янович, подождите нашу группу. И ничего не трогайте!

Я вышел наружу, сел на берегу, ощутив, как безумно вымотался. Ссора с Колесниковым, мужик этот сумасшедший в трамвае, маяк, вертолёт с «тушками», да ещё труп. Замечательно. Я вернулся в грот, все тщательно сфотографировал. Хрен его знает, будут ли менты вообще расследовать это убийство или нет. Рядом с трупом что-то тускло блеснуло, я поднял предмет — запонка, дорогая, отделанная блестящими камешками, сильно погнулась, кто-то наступил на неё. Машинально сунул её в карман, хотя вещдоки с места преступления брать не имел права. Я просидел ещё полчаса на берегу, кидая в море голыши. Настроение совершенно испортилось, я потерял всякий интерес к красотам природы. Наконец, я заметил с облегчением троих ментов, направлявшихся в мою сторону.

— Майор Палецкий, — представился пожилой, коренастый мужчина с круглым лицом, мелкими глазками, утопавшими в толстых щеках, и выступающим подбородком с ямкой. — Это вы тело нашли? Ваши документы.

Я достал паспорт, без которого никогда не выхожу, после нескольких неприятных историй. Майор полистал, увидел мою регистрацию и поднял глаза на меня, в которых светилась явная подозрительность.

— Где проживаете? — спросил он.

— Озёрная, дом пять. У Колесниковых. Приехал к ним погостить, — объяснил я.

— Давно приехали?

— Вчера, — коротко ответил я.

На лице майора отразилось явное разочарование. Наверно, он очень сожалел, что не может меня посадить в кутузку за то, что я не зарегистрировался по месту временного проживания. Как в приснопамятные советские времена.

— А что здесь делали? — поинтересовался он.

— Живописные красоты фотографировал, — пояснил я, про маяк с вертолётом, конечно, рассказывать я не собирался.

— А в пещеру-то залезли почему? — не отставал майор, явно не довольный, что я прибавил ему работы.

Я тяжело вздохнул, подумав, что наши граждане жутко не хотят иметь дело с полицией из-за подобных идиотских расспросов. По выражению лица майора я понял, он безумно хотел бы избавиться от меня, как от свидетеля и засунуть свежий труп куда-нибудь подальше.

— Люблю пещеры исследовать. Зашёл поглядеть, может, там сундук с золотом найду, — ответил я нахально.

Он смерил меня злобным взглядом, будто обдумывая, стоит ли меня волочить в ментовку за наглое поведение и выбивать признания в убийстве ударами по почкам или нет.

— Вы можете нам понадобиться, — сказал он, наконец, отдавая паспорт. — Дадите показания.

Я вернулся в город на трамвае, вышел на остановке, где располагался дендрарий, но ощутил, как у меня подвело живот от голода. Напротив арочного входа я увидел кафе с симпатичной вывеской, нашёл свободное местечко и удобно там расположился с куском жареного мяса с гарниром и кружкой тёмного пива. Сбоку от меня сидело двоих мужчин, привлекавших внимание карикатурной непохожестью. Толстый, оплывший коротыш с абсолютно лысой головой, которая лежала на плечах, как арбуз на блюде, маленькими, близко посажёными глазками с мешками, слоновьими ушами, седыми, редкими усами, и носом, приплюснутым у переносицы и огромной блямбой, похожей на грушу, в конце. Второй выглядел его полной противоположностью — поджарый, долговязый молодой человек, склонившийся над столом, как стрелка крана, с рыжеватой бородой, засаленными патлами, собранными в жидкий пучок, скреплённый аптекарской резинкой, голубыми, испуганными глазами и нервными руками, которые он не знал куда деть. Коротыш в ярости отчитывал молодого человека, колотя по столику волосатым пальцем, толстым, как сарделька.

— Лившиц, если ты не отыщешь мне этого говнюка, считай, что больше у меня не работаешь! Ещё один день и мы вылетаем в трубу. Ты понял? — бушевал коротыш.

— Где я найду его? — пролепетал молодой человек.

— Господи… (дальше шёл трёхэтажный мат) да наверняка сидит в казино. Я же знаю его. Он игрок, астрономические суммы просаживает. Обойди все казино, выдерни его оттуда!

— Да нет в этом городишке казино, — оправдывался его собеседник. — Я уже проверял.

— Ну, в борделе! Твою мать, Лившиц, какого дьявола я взял тебя! Не можешь элементарных вещей сделать! Ты второй или хрен собачий?! Сколько раз я тебе говорил: ты должен контролировать работу всей группы! — по слогам отчеканил лысый толстяк. — Всей! Это твоя прямая обязанность!

— Ну что же мне, все бордели обыскивать? — воскликнул в отчаянье Лившиц.

— Боже, боже. Иисусе. Зачем я связался с этими говнюками, тупыми ублюдками, мерзавцами, — причитал его собеседник, покачиваясь из стороны в сторону, как китайский болванчик. — За что меня покарали боги. Лившиц, найди мне Северцева! Хоть из-под земли достань! Ты понял?! — остановив покачивания, завопил он.

— Может нам другого актёра подыскать, Давид Григорьевич? Переснимем пару сцен, — пробормотал, заикаясь, Лифшиц.

— Я шестьдесят четыре года Давид Григорьевич! — завизжал коротыш. — Ты знаешь… (дальше опять шёл семиэтажный мат) сколько будет стоить новый актёр? Мне! Я что, по-твоему, бабки рожаю?! А во сколько мне обходятся эти пьянки-гулянки Северцева и всех остальных? Знаешь?!

— Я найду его. Обязательно, — почти шептал Лифшиц.

Я аккуратно доел бифштекс, посетовав, что пришлось давиться гадостью, а не лакомиться изумительной жареной свининой, которую приготовила на обед Екатерина Павловна, встал и театрально возник около столика, за которым сидело двое комичных персонажей.