Чтение онлайн

Вздохнув, я взяла ожерелье и, соскользнув с кровати, направилась в ванную.

Это была симпатичная комната с застекленной душевой кабиной из белого мрамора, ванной на когтистых лапах в углу и изящной раковиной, вмонтированной в столешницу старинного серванта. Над раковиной висело большое позолоченное зеркало, в котором отражался солнечный свет, проникавший в окно над ванной.

Я включила горячую воду и дала теплой жидкости стечь по рукам, а затем наклонилась, чтобы побрызгать на лицо.

Затем закрыла глаза и сделала глубокий, успокаивающий вдох.

С кровати раздался звонок моего мобильного телефона. Скорее всего, это была Исла. Она сказала мне на свадьбе, что позвонит узнать, как у меня дела сегодня утром.

Я потянулась за полотенцем.

В комнате стало холодно.

По спине пробежал резкий холодок.

Я прижала полотенце к глазам.

Не смотри.

Не смотри, и все пройдет.

Уходи.

Уходи.

Уходи.

Нежный вздох пощекотал мне ухо. Ледяной холод.

Я замерзала. Кровь стучала в ушах.

Не смотри. Не смотри. Не смотри.

Ледяной кончик пальца прошелся по моей обнаженной шее.

Я закричала, отшатнувшись в сторону. Мой взгляд упал на зеркало.

Женщина в белом стояла позади меня. Джулия. Такой чистой я ее никогда не видела.

Ее глаза были пустыми, зияющими черными дырами на бледном лице. Светлые волосы рассыпались по плечам в беспорядке растрепанных локонов. Белое атласное платье было разорвано, ниже талии расцвело красное пятно, которое пунцовым водопадом стекало к ногам. Ее длинные пальцы впились в ткань у вздувшегося живота.

Ее рот открылся, как будто она хотела заговорить, но слова не шли.

Она шагнула ко мне, протянув дрожащую руку в мою сторону.

Я снова закричала и повернулась к ней лицом.

Но там ничего не было.

Я снова повернулась к зеркалу.

Ничего.

Джулия исчезла так же внезапно, как и появилась.

Сердце заколотилось головокружительным стаккато, и я, спотыкаясь, вернулась на кровать, подтянув под себя ноги, подальше от края матраса.

Что произошло? И почему Джулия сейчас здесь?

Мой взгляд вернулся в ванную, и дыхание перехватило в горле.

Там, на мраморном полу, осталась ярко-красная капля крови.

Уильям Дарлинг | 1927 год

В тот вечер, когда я познакомился с Соломоном Поттером, Джулия была одета в платье из красного атласа. Рукава, усыпанные крошечными блестящими бусинками, закрывали края ее шелковистых плеч, оставив обнаженными верх ее прекрасной груди и шею. По ее словам, это называлось декольте. Мне было все равно, как она это называет. Я хотел проследить его контуры языком, затем провести теплыми поцелуями по ее груди и ниже.

— Уильям, ты слушаешь? — голос Джулии оторвал меня от моих эротических мыслей.

— Без сомнения, он разрабатывает концепцию следующей великой промышленной революции, — улыбнулся Гораций и наклонился к сидящей рядом с ним Лейле. Он что-то тихо прошептал сестре на ухо, отчего на ее щеках вспыхнул румянец.

— Прости меня, любовь моя. Что ты сказала?

Джулия покачала головой.

— Я рассказывала тебе о джентльмене, которого встретила сегодня в парке. Он гениальный изобретатель, приехал из Бостона.

— И что же он изобрел?

Она смущенно улыбнулась и провела пальцем по одному из светлых локонов, рассыпавшихся по плечам.

— Почему бы тебе не спросить у него? — она встала и подошла к двойным дверям, ведущим из столовой в холл. — Входите, пожалуйста, сэр.

Я выпрямился на своем месте, слегка раздраженный. Поскольку не был готов к приему гостей.

– Уильям Дарлинг, познакомьтесь с профессором Соломоном Поттером.

Я встал и обошел длинный стол, чтобы поприветствовать нашего гостя. Соломон был высок, одет в хорошо сшитый костюм. Его медовые глаза и полуночная кожа выделялись за изящными очками в черепаховой оправе. Он крепко пожал мне руку и улыбнулся так, что я вспомнил Джулию. Такой улыбкой, которая заставляла человека смотреть в глаза.

— Очень приятно, мистер Дарлинг. Я слышал только хорошее.

— И я о вас. Если вы заручились поддержкой Джулии, значит, вы хороший человек.

Он кивнул и с улыбкой посмотрел на мою сияющую жену.

— Мистер Дарлинг, я сразу перейду к делу. У меня есть новое изобретение, и я думаю, что мы с вами могли бы стать прекрасными партнерами.

Я предложил ему сесть за стол. Гораций и Лейла любезно поздоровались, и мы все расселись, чтобы послушать.

— Я называю их солнечными очками. Не я придумал эту концепцию. Люди веками использовали всевозможные материалы, чтобы затенить глаза. Но то затемненное стекло, которое я представляю, произведет революцию в аксессуарах. Думаю, их будут носить все: и дамы, и джентльмены, и дети, и солдаты, и моряки.

— Солнечные очки. То есть обычные очки, но с затемненными линзами, блокирующими свет.

Соломон кивнул.

— Я хотел бы, чтобы вы обеспечили стекла. Остальное я беру на себя. Прибыль разделим шестьдесят на сорок.

— Ну, мне, конечно, нужно будет увидеть изделие и испытать его. Нужно учесть мои затраты, это рабочая сила и расходные материалы.

— Большую часть я уже подсчитал. — Сказал Соломон, поправив на переносице стильные очки. — Если не принимать во внимание специфику вашего производства, я думаю, вы найдете мое предложение в правильном диапазоне.

— Мне не терпится узнать больше. А пока мы сочтем за честь, если вы присоединитесь к нам за ужином. Мы собираемся поесть, и у нас есть чем поделиться.

Соломон Поттер засиял.

— С удовольствием.

К концу трапезы я решил, что буду иметь дело со своим новым знакомым. Гораций и Лейла уехали рано, их прощание было очень коротким, и мы с Джулией не получали от них никаких известий в течение нескольких дней.

Последующие недели прошли в разработке череды прототипов и встреч. Мы с Соломоном проводили все больше и больше времени вместе и обнаружили, что у нас много общего. Мы быстро подружились, и он стал появляться за нашим обеденным столом даже чаще Горация.

— Я не знаю, как тебя благодарить за то, что ты веришь в наше дело, — сказал мне Соломон однажды поздно вечером, когда мы шли по Булл-стрит. — Я не говорил тебе об этом, но ты был последней надеждой на поставщика стекла. Все остальные мне отказали.

— Понимаю, как это бывает, — сказал я. Я был твоим последним шансом.

— Серьезно. Я вложил в эту идею каждый доллар, который у меня был. Я бы разорился.

Я похлопал его по спине.

— Я рад, что другие отказали тебе. Насколько я понимаю, это предприятие было предначертано судьбой. Но твоя дружба — значит больше всего.