Чтение онлайн

— Хорошо. Чем я могу помочь?

На мгновение я замолчала. Не ожидала, что он это предложит.

— Я не уверена. Но дам тебе знать.

— Хорошо. А я тем временем постараюсь избегать рассказов о привидениях.

— Не знаю, насколько это выполнимая просьба здесь.

Он снова поцеловал меня.

— Спокойной ночи, жена.

— Спокойной ночи, Эфраим.

Уитни Дарлинг

Что-то разбудило меня.

Я лежала в постели и прислушивалась, напрягая мышцы и боясь открыть глаза.

У меня было смутное ощущение, что раздался какой-то шум, похожий на резкий стук тяжелого предмета, ударившегося об пол, или громко захлопнувшуюся дверь. Я напрягала слух, ожидая другого звука, еще одного проявления хаоса в моем мире.

Затаив дыхание, я присмотрелась в попытке что-то разглядеть сквозь черную завесу ресниц. С края кровати, в нескольких сантиметрах от моего лица, на меня смотрела пара круглых глаз.

Я отпрянула назад, наполовину перекатившись, наполовину перепрыгнув через Эфраима.

Не успела я встать на ноги, как его руки обхватили меня, защищая от этой твари.

Я выглянула через его массивное плечо. Мои глаза сфокусировались в бледном лунном свете, и мой крик растворился в вымученном смехе.

— Перси.

Мой племянник стоял рядом с кроватью, его пижамная рубашка была измята, а под мышкой он держал потрепанную книгу.

— Перси, ты в порядке? — спросила я.

Он кивнул.

— А ты?

— Если не считать сердечного приступа.

Нижняя губа мальчика задрожала.

Эфраим ухмыльнулся и опустил руки. Я заставила свой пульс замедлиться, когда Перси переполз через Эфраима ко мне на колени.

— Тебе приснился плохой сон?

Он покачал головой и протянул мне книгу обеими руками.

— Я пошел на горшок, а это лежало на полу возле твоей комнаты.

Я взяла потрепанный кожаный томик.

— Это было мило с твоей стороны.

— Тетя Роза сказала, что я обязательно что-нибудь найду, а когда найду, то сразу же уберу. Это ваше?

Я посмотрела на обложку. Это была копия «Одиссеи».

Нет, это был тот самый экземпляр «Одиссеи», который упал на пол в кабинете Алистера в ту ночь. Только теперь сверху страниц торчал маленький клочок бумаги, похожий на закладку. Я открыла книгу на отмеченной странице и повернула ее под углом к яркой полоске лунного света, проникающего из окна. Тонкая черная линия чернил подчеркнула один отрывок.

Эфраим наклонился ближе.

— Спишь, Пенелопа, печалью себе истерзавшая сердце? Легкоживущие боги тебе запрещают, царица, плакать и мучиться горем. — Глубокий, торжественный гул его голоса заставил меня пожелать, чтобы он продолжал читать.

— Пенелопа. — Я провела пальцем по этому слову.

— Это ваше? — спросил Перси, наполовину зевнув и потерев глаза.

— Полагаю, это принадлежало дедушке Алистера. А до этого еще одному Дарлингу. В любом случае, она старая. Я позабочусь о том, чтобы она вернулась на свое место.

Я притянула его к себе и тепло обняла.

— Ложись спать, милый. Утром мы еще поговорим. — Я проводила его до двери и смотрела, как он идет по коридору в свою спальню.

Когда я обернулась, меня привлекло мерцание света за окном. Дождь прекратился, и в темноте плясало отчетливое оранжевое пятнышко. Что может отбрасывать крошечный свет на болото в такое время? Я перевела взгляд на освещенные луной очертания стекольной мастерской вдалеке. Свет шел оттуда.

Загорелся второй огонек. Потом еще один, каждый из них — одинокое оранжевое пламя в черноте. Свечи.

Кто-то был в стекольной мастерской и зажигал свечи свечами.

— Эфраим.

— К твоим услугам, жена, — многозначительно протянул он.

— Кто-то есть в стекольной мастерской.

Он сел.

— Что?

— Они зажигают свечи. Что, если они хотят устроить пожар?

Он откинул одеяло и натянул свитер, который оставил на стуле у кровати, а затем сунул ноги в пару кожаных топсайдеров.

— Уитни, помоги мне. Оставайся в доме. Там проходит газовая линия.

— Ты не можешь пойти один. Мы должны позвонить в полицию.

— Звони. Но я не собираюсь сидеть сложа руки и позволить тому, кто там находится, уйти. Если они увидят свет фар на дороге, то сразу же бросятся бежать. — Он взглянул на часы. — Сейчас три часа ночи.

Он открыл шкаф и нажал несколько кнопок на сейфе, затем достал пистолет и засунул его сзади за пояс штанов.

— Эфраим. Пожалуйста. По крайней мере, подожди, пока полиция не подъедет поближе.

Он взял телефон, и свет от него был слишком ярким в темноте.

— Я пишу Фрэнсису, чтобы он встретил меня у выхода в сад. Мы разберемся с этим.

Я пыталась придумать, что сказать, чтобы он не стал спорить. Но знала, что это бесполезно.

Он прошел мимо меня, потом остановился и схватил меня за руку.

— Оставайся здесь. Я серьезно. — Он поцеловал меня в лоб и вышел в коридор.

Я бросилась к кровати за телефоном. Пальцы дрожали так сильно, что я с трудом набирала цифры. Разговор с оператором службы спасения вызвал странное ощущение, как будто я слушала разговор с самой собой, находясь вне своего тела. Я помчалась вниз по лестнице, носки моих туфель скользили по полированным ступеням, когда я налетела на Эддисон.

— Господи, пощади! — я согнулась пополам. — Ты меня напугала.

— Фрэнсис взял пистолет. Он пошел с Эфраимом. — Ее голос задрожал, а кожа стала совсем белой. — Я сказала ему, чтобы он дождался полиции, но он отказался.

Я взяла ее за руку.

— Где малышка Алиса?

— С ней Адель. Она забрала ее на вторую половину ночи, чтобы мы с Фрэнсисом могли поспать.

— Пойдем. — Я помчалась по коридору к задней двери, Эддисон следовала за мной по пятам.

— Мы должны оставаться внутри.

Мгновением позже мы присели на задней веранде, на значительном расстоянии от идущих впереди нас мужчин. Мы крались, приближаясь к студии и останавливаясь на дальней стороне цветника Адель, где мужчины не смогли бы нас увидеть, если бы случайно оглянулись через плечо. Они держались в тени, их тени были едва различимы, когда они приближались к мастерской. В окнах все еще мерцали отблески свечей, и каждые несколько секунд казалось, что внутри движется тень.

— Нам не следует здесь находиться, — прошептала Эддисон.