Чтение онлайн

Субботним вечером, когда масоны собрались на свою проповедь (весьма отличную от христианской, да и - иудейской) с черепом на алтаре, да перевернутыми крестами над Святыми дарами, люди мои вырезали масонских охранников и ворвались в церковь со всех сторон...

Егеря мои ничего не видели в темноте и вокруг было море огня, - каждый из латышей зажег факел - так что мне все было видно. Я обошел моих пленников, заглядывая каждому из них в лицо: кто-то крестился, кто-то молился, многие из католиков были ранены. (Масоны верят в тамплиерскую ересь, кою те вывезли из Аравии: мол, хладная сталь - любезна Создателю, но силы огня, приводящие в движение Пулю - не от Всевышнего. Поэтому те, кто умирает от пули - возносятся на Небеса, а от стали - низвергаются в Ад... Поэтому в ту ночь мои люди ни разу не выстрелили, но - только резали сих свиней...)

Наконец, я увидел Сперанского и приказал его отпустить. Кузен мой на миг растерялся и не знал, что сказать. Кто-то из друзей его прошипел: "Провокатор!" - и Сперанский стал рваться назад к своим обреченным товарищам. Его не пускали мои егеря...

Тогда он в отчаяньи выкрикнул:

– "Как ты можешь так поступать со мной?! Что я тебе сделал?" - смертная мука исказила его лицо.

Я рассмеялся и отвечал:

– "Ты кузен мой, а я ни разу не пролил крови родственника. А что до прочего - ты сам виноват: Господь карает тебя, но - не я! Ты клялся мне, что не расскажешь никому о том, что я тебе доложу и оскорбил Клятвой Господа и саму Тору! Ты - сын русского приходского священника и - масон, молишься перед черепом, да перевернутым черным крестом... Что тут сказать?!

Ты Предал Веру Отцов и - Любовь Матери, - Русской Церкви - коя тебя вырастила! Извиняй, - Ты сам Виноват!"

Брат мой бросился на меня, изрыгая проклятия и хотел драться, но его скрутили дюжие латыши и пинками погнали куда-то прочь. В политическое небытие...

Что же касается прочих... Их тоже погнали куда-то в ночь, в направлении порта... Более их никто не видал.

Свидетели говорят, что кто-то спросил у меня:

– "Может быть позвать русских? Нужно же хоть как-то объяснить все!" но я отвечал:

– "Народ - глуп. Они разглядят все эти черепа с перевернутыми крестами и подумают невесть чего, а нам же самим придется и защищать сих "темнопоклонников" от ярости невежественной толпы. Сие было уже в дни воцарения Елизаветы, - поляки подняли русских на немцев, - что сие им дало? Ровно то ж самое, что и французским католикам Ночь Святого Варфоломея...

Нет уж... Не будем плодить мучеников, да ненависть к лютеранству. Чрез месяц-другой - большая Война. Казнь одного-двух негодяев в мирное время повод для криков, да либеральных соплей. Смерть тысяч во время Войны - лишь статистика..."

Уже после Войны уцелевшие из масонов подсчитали на пальцах, что с вечера Страстной Пятницы до Пасхального Воскресения из столицы пропали более двухсот масонов католического вероисповедания. Главарей мы взяли на их "Черной Мессе", сошек поменьше - вылавливали по домам.

Были свидетели, говорившие, что в ту ночь многих убили "за сопротивление при аресте", - якобы несчастных выводили на лестницу, там раздавался какой-то шум и домочадцы несчастного видели труп с штыковой раной там - под лопаткой. Убийцы при этом на ломаном русском объясняли несчастным, что "пленник вырывался из рук", иль "бросился бежать вниз по лестнице".

Другие же утверждали, что кого-то выводили на улицу и там ударами штыков, да прикладов - заставляли несчастных бежать. А потом - либо забивали прикладами "за попытку бегства", либо - "за неисполнение приказа быстрее идти".

Но все происходило в среде католиков, а в преддверьи Войны с католическим миром сим россказням никто не поверил. А ежели и поверили - по Империи пошел слух, что в столице католики раздували мятеж, чтоб предать всю Империю в лапы Антихриста и, мол, кого-то "чуток побили". И опять-таки общественность Российской Империи была нам весьма благодарна за это. Вернее за то, - что "опять кто-то взял за что-то Ответственность на себя".

Прошло много лет. По сей день числится, что арестованные в эту ночь были вывезены морем в Ригу, там помещены в бастион, а потом - в дни войны якобинский снаряд попал в пороховую камеру бастиона и все взлетели на воздух.

Существует другая версия. Якобы в дни войны мы решили вывезти пленников из осажденного города, посадили их на корабль и тот - налетел на наши же мины в Ирбенском проливе. Все на корабле сгорели заживо, а Адмиралтейство, дабы не признаваться в сем диком казусе, спрятало концы в воду.

Есть еще один вариант. Пленников вывезли, но не в Ригу, а оккупированную нами Финляндию - на Аландские острова. Там всех содержали в окраинной крепости, а в начале войны, когда флот якобинцев взял господство на Балтике, пленники были то ли расстреляны, то ли - померли с голоду, ибо мы не смогли обеспечить острова продовольствием.

Наконец, бытует и совсем уж экзотичная версия, что пленники чрез Финляндию были перевезены куда-то в Архангельск, а оттуда - на кораблях отправились чуть ли не в Англию (их якобы выкупило у России Общество Вольных Каменщиков). В то лето в Баренцевом море ревели шторма и кораблики с пленными отнесло куда-то чуть ли не к Медвежьему острову и там они все и померли от голода, и от холода...

Но самое интереснейшее свидетельство прозвучало в 1826 году от парочки обвиняемых в выступлении декабристов.

Пара эстонских солдат (из католиков Черниговского полка) доложила странную вещь...

Якобы их отец был кочегаром на некоем паровом катере, захваченном нами у шведов в дни войны за Финляндию. Был он, разумеется, лютеранином, но жена его - мать обоих свидетелей, - католичкой. (В Эстляндии никогда не было той религиозной свирепости, как в более южных губерниях, - католики там всегда считались "зависимым меньшинством". За это и - могли жить...)

Якобы за пару дней до той самой Пасхи к ним в порт прибыли латышские егеря и команду с этого катера выстроили для проверки. Егерский офицер предложил всем молиться, а потом собственноручно расстрелял двух эстонцев, когда один из них произнес пару слов по-латыни (а стало быть - выказал себя ненавистным католиком), а второй с перепугу не мог вспомнить "Отче наш" на эстонский манер.

Обоих растрелянных долго держали непогребенными, а егерские офицеры шли вдоль эстонского строя и на очень плохом эстонском ругались и, тряся у всех перед носом оружием, говорили морякам со значением:

– "Мы заставим вас выучить ваш же Родной Язык. Не молиться на Родном Языке - Преступление. Не помнить Родной Истории и не любить Родимого Очага - Преступление в сто крат!"

В первый миг эстонцы опешили, а потом призадумались и... поддержали во всем егерей. Заговорили сразу же о католиках и егерские офицеры стали составлять списки католиков на хуторах. Отец двух свидетелей сразу же испугался и скрыл от всех, что его жена - католичка. Потом же - всех посадили на катер, прицепили к катеру баржу-конюшню и "пошли" к Санкт-Петербургу.