Чтение онлайн

Мстительная колдунья Амарта приготовила ему новую западню. У северных врат Амархтона отряд Маркоса подвергся нападению чёрного дракона Деймода — порождения древней злобы и ненависти. Но в завязавшейся схватке дракон вышел из-под власти Амарты, порываясь убивать всех вокруг, в том числе и её саму. Движимый чувством милосердия Маркос бросился на помощь Амарте, и ему удалось её спасти. В ту минуту он ещё не знал, что этим деянием он сделал главный шаг к разрушению Проклятия миротворцев. Лишь позже он узнал, что тайна Проклятия заключалась в сердце Амарты, преисполненном жажды мести за жестокие деяния Третьего миротворца.

Путь Маркоса и его друзей к Башне Мрака пролегал через многочисленные опасности и ловушки. Погиб в провале Роковой Пропасти верный друг Седьмого миротворца — отважный рыцарь Харис. Тяжело ранен был учитель Маркоса — следопыт Калиган. На заветную Башню Мрака Седьмой миротворец взошёл лишь с хранительницей Никтой, не догадываясь, что и это было спланировано тёмным разумом Саркса. Хранительница Никта была Свершителем — одной из тех избранных, которые сопутствовали приходу каждого миротворца и совершали гораздо более великие дела, чем сами миротворцы. На Башне Мрака тайна Никты открылась Маркосу. Он был уязвлён и разгневан тем, что его хранительница скрывала от него правду, и он всё это время был лишь инструментом для восхождения будущей Свершительницы. Использовав уязвлённые чувства Маркоса, Саркс, незримо наблюдавший за ним, нанёс хранительнице Никте тяжёлую рану, как некогда епископу Ортосу.

Замысел Саркса исполнился: Седьмой миротворец встретился с ним один на один. Саркс — воплощение Проклятия миротворцев — торжествовал. Ошибки и проступки Маркоса взращивали его всё это время и теперь он казался непобедимым. В порыве праведного негодования Маркос бросился на него, но быстро понял, что победить Саркса в открытом поединке невозможно: каждая рана, наносимая Сарксу, появлялась и на теле Маркоса. Начался иной поединок — чей дух, чьи убеждения, чья вера окажутся сильнее. Седьмой миротворец предстал перед тяжёлым выбором: принять предложение Саркса и слиться с ним в единое существо, обретя власть и могущество, но утратив свою человечность… Или же остаться верным совести и умереть в одиночестве. Этот мучительный выбор и есть Проклятие миротворцев.

Преодолевая сильнейшее в своей жизни искушение, и на какой-то момент даже поддавшись ему, Маркос всё-таки избрал смерть и поразил свою тёмную сущность. Однако, к своему изумлению, уничтожив Саркса, он не погиб. Оказавшись на какой-то миг в безвременье, он встретил вестницу Циэль — светлую сторону души Амарты, которая и поведала ему, что, отвергнув искушение Саркса своей добровольной смертью, Маркос окончательно победил Проклятие миротворцев.

Придя в себя, Маркос узнал, что силы Армии Свободы под предводительством королевы Сильвиры одержали победу над легионами Хадамарта и Амархтон пал. Теперь преображённая Башня Мрака способна открыть дорогу Маркосу в родной мир. Седьмой миротворец не знал, да и никто не мог знать, будет ли связана его жизнь с Каллироей или нет. Он просто отправился в родной мир, вручив свою дальнейшую судьбу в руки Всевышнего.

Седьмой миротворец завершил свою миссию и ушёл. Вернётся ли он теперь, когда Каллироя так нуждается в миротворцах, или же нам предстоит ждать Восьмого миротворца? Никто не знает.

Призыв!

Марк шёл, увязая в размякшей земле. Буйный тропический ливень всё усиливался, с капюшона брезентовой куртки потоками стекала вода. Давно сбившись с тропы, Марк напролом пробирался через заросли, двигаясь непонятно куда.

Призыв реален. Это не бред и не самовнушение, не иллюзия, навеянная томительными днями ожидания.

«Надо идти. Просто идти. Если я призван, то портал в Каллирою непременно откроется».

А если нет?..

Эта мысль не давала покоя. Он слишком далеко отошёл от лагеря и идёт в совершенно неизвестном направлении: через густые джунгли, под бесконечным ливнем. Никто из местных не решился бы на такое.

Однако накипающее в груди стремление убеждало, что этот риск, граничащий с сумасшествием, неизбежен. Если его желание попасть в Каллирою столь велико, то и отваги у него должно хватить на такое безрассудство. Надо просто совершить некий скачок в вере, оставив позади все доводы разума и оборвать все привязанности к родному миру.

Ливень не прекращался. Более того, он становился всё сильнее, превращаясь в могучий поток, сбивающий наземь. В рюкзаке есть палатка и сухой спирт, сменная одежда в водонепроницаемом мешке. Марк поймал себя на мысли, что он таки подстраховался на тот случай, если его мистический зов окажется не Призывом, а плодом воображения, зачатым несбыточными желаниями…

«Перестраховался. Надо же! Что это за вера такая, с перестраховками?»

Он не заметил, когда вокруг успело потемнеть. Прорвавшись сквозь последнюю преграду из свисающих лиан, Марк изумлённо вздохнул и остановился от неожиданности.

Неужели?!

Действительность закончилась. Марк вышел из зелёной толщи леса к укромному озеру, притаившемуся в небольшой низине среди округлых травянистых утёсов. Мутные воды озера, избиваемые струями ливня, будоражили и манили. Кровь заиграла в венах от жгучего желания войти в таинственный водоём.

«Вот оно, испытание! Вот истинное перепутье, где нет места никаким перестраховкам!»

Марк стоял, не шевелясь. Подступающее чувство близости желанной мечты придавало ему отваги, но он колебался. Устрашающие образы кружили голову. Это был не страх обмануться и утонуть в мутном озере, а нечто более тёмное и жуткое — ужас неведомого, притаившегося в глубине. Встретиться с этим страхом Марк не мог. Это выше его сил.

Оставалось молить Всевышнего о знамении, которое усилит веру. Или… развернуться и идти прочь.

Губы разжались, чтобы произнести слова молитвы, и тут Марк увидел маленькую фигуру у самой воды и чуть не вскрикнул от восторга. Циэль! Это же Циэль! Непостижимая небесная вестница, принявшая образ черноволосой зеленоглазой девочки в синем платьице! Марк видел её всего дважды: один раз во сне, другой — в предсмертном, как ему казалось, видении. А сейчас она была здесь словно наяву, безучастно глядя на мутные воды озера.

«Вот он, знак! Хвала тебе, Всевышний! Значит, я не обманулся. Я призван. Вновь призван в Каллирою…»

Марк направился к худенькой фигурке на берегу, как тут новый образ, выплывший из дождя, застыл на другой стороне озера.

Этого Марк тоже не ожидал. Но эта неожиданность вызвала уже не восторг, а мерзкое чувство страха и отвращения, как если бы в груди его зашевелилась инородная слизь. Застывший на другом берегу образ был точной копией облика Марка — с той лишь разницей, что левая половина его лица была мертвенно-бледной, неживой.

«Призван, это точно. Но кем?»

Саркс, убийца душ, отравитель совести — внутренний враг, побуждающий мыслить и поступать в угоду своему тёмному «я»!

«Однажды я победил его. Однако он никуда не исчез. Уничтожено его магическое тело, однако сама его сущность осталась прежней. Он часть меня, ему суждено существовать до тех пор, пока живу я. Или пока в моей душе есть для него место… Почему же молчит Циэль? Почему хотя бы не скажет призван я или нет?»

Вестница молчала, глядя на воды озера. Ей не было нужды что-то говорить. Само её присутствие было красноречивее всяких слов.