Чтение онлайн

Кузнец относит его к верстаку с тисками и закрепляет в них.

– Возьми рашпиль, – кивает он на полку, – и пройдись по неровностям.

Отыскиваем самый большой плоский напильник и, надеясь, что не ошиблись, приближаемся к верстаку.

– Направляй его вдоль лезвия и сильно не налегай. Просто погладь, – говорит он, берет плексигласовую ручку и отходит к горну.

Следуем совету.

– Другой край тоже? – спрашиваем, как нам кажется, закончив.

– Тоже. Перевернуть сумеешь?

Вместо ответа ослабляем тиски и, взяв клещами, переставляем клинок обратной стороной. Затем проглаживаем неровности и на ней.

– Готово, мастер.

Гном подходит, проводит заскорузлым пальцем по лезвию и ничего не говорит. Затем, пристроив локти на верстаке, примеряется и начинает, наваливаясь, медленно-медленно насаживать разогретую ручку на штырь металлической сердцевины.

– А закалить клинок разве не нужно? – влезаем мы с вопросом.

– Это если бы мы лудили его из сыродутного железа. Тогда бы пришлось не только закалять, но и отпускать. И проковывать не раз, выгоняя шлаки и заполняя пустоты в структуре. А рессорная сталь уже прошла все эти этапы. Осталось заточить лезвие. Опыт есть?

– Мм…

– Значит, будешь шлифовальный круг вертеть. Вон он, с ручным приводом, извини, с ножным нету. Давай, разгоняй.

Запускаем точильный аппарат поворотом рукояти.

– Переходи на максимальную скорость, – говорит гном, – и держи ее равномерно. Если снижать не будешь, минут за пять-семь управимся.

Переходим на максимальную скорость и держим ее.

Кузнец прикладывает лезвие ножа к мерцающей поверхности круга. Сначала одной режущей кромкой, затем другой. После сосредотачивается уже на острие, периодически пробуя его пальцем. Наконец отваливается от станка и бросает через плечо:

– Выключай! Оселком надо пройтись.

Достает по пути из ящика брусок, упирает его в выступающую кромку верстака и начинает править лезвие, обращая опять же особое внимание на кончик.

Потом поднимает клинок, держа за ручку двумя пальцами, над поверхностью деревянного стола у окна и разжимает их.

Дук! – втыкается нож в доску и остается стоять, слегка подрагивая.

– При случае можно бриться, – говорит удовлетворенно гном. – Но если хочешь еще и смотреться в него, нужно полировать.

Ну, от бритья герой избавлен, а любоваться собой в лезвии… Нарциссизм, да и с какой-то извращенной примесью. К тому же, сразу видно, что это не парадное оружие – боевое, сверкать ему ни к чему.

Выдергиваем из столешницы, взвешиваем на ладони. Лезвие ощутимо клонится вниз. Пробуем на движение. Бросать, пожалуй, удобнее, за ручку. Даже без переворота нормально пойдет. Оглядываемся.

– Нет уж, – одергивает нас кузнец, – с этим наружу.

Выходим во двор, осматриваемся там. Гном с усмешкой указывает на столб у дальнего угла забора. Метров шестьдесят, без малого. Для ровного счета отступаем пару шагов, примеряемся и с замаха посылаем нож вперед. Вытянувшись в струнку, он прочерчивает почти параллельную прямую и докладывает с того конца о поражении выбранной цели. Дук!

– Ух ты! – выдыхает кузнец. – А я надеялся посмеяться. Думал, фанфаронишь.

Пожимаем плечами, ничего особенного.

– Видишь ли, – добавляем назидательно, – тут нужна не сила и даже не сноровка, а мастерство.

Гном с секунду молчит, потом хохочет в голос:

– Уел, друг, до кости уел!

– Значит, в расчете.

Он кивает, потом тянет руку.

– Если что…

Пожимаем тугую ладонь и улыбаемся в ответ.

– Хорошо.

– Слушай, – вспоминает вдруг он, – ты про охотничье оружие спрашивал.

– Ну.

– Раз в год, где-то в начале зимы, приходит ко мне один мужик не из местных. Заказывает наконечники двух видов. Мелкие скорее для дротиков, а те, что покрупнее, точно, для копий. Расплачивается целым мешком свеженины. Вкус у нее странный, так что месяца на три потом хватает.

– А откуда он?

– Не знаю. Похоже, издалека, диковатый какой-то. Может, даже немой. Или просто, на пальцах ему объясняться удобнее.

– Много заказывает?

– Под сотню. На всю деревню, видать.

Слегка двигаем плечом:

– Метательное оружие дело расходное. Как ни старайся, от потерь не уберечься. Из рук выпустил, уже почти не твое. Всем хорош нож, – киваем на столб, – только каждый раз ходить за ним приходится. Нет чтоб самому в руку возвращаться.

Гном смеется:

– Тогда делать его надо из рога дракона.

Оп-па.

– И где этот рог брать? – спрашиваем осторожно.

– У дракона, понятно.

– А валить его чем?

– Известное дело, ножом, выкованным из рога дракона.

– Другого дракона?

– Не знаю, можно, наверное, и того самого.

– То есть, найти дракона, выкорчевать ему рог, выковать нож, которым потом его и прирезать?

– Нда, – говорит гном, – получается, одного дракона тебе не хватит.

Интересный поворот.

– А искать их в какой стороне?

– Где-нибудь в снегах. Те, что с рогом, тепла почему-то не любят.

– Откуда сведения?

– Дед рассказывал. Когда меня малого в кузню заманивал да в работу впрягал.

Так. Семейные предания. Династические заветы. Ремесловый фольклор.

– Ну что ж, – усмехаемся, – пора приступать к поискам. Как материал достану, вернусь, ковать будем.

Проходим вглубь, выдергиваем нож из столба, пристраиваем его в ножны левого башмака. Сидит нормально. Хотя, конечно, метательный клинок куда удобней держать за спиной. Наморщил лоб, почесал в затылке и на возврате руки – дук!

Направляемся к воротам.

– Слушай, – кричит гном вслед, – там еще одна закавыка. Рог действительно нужен с живого дракона. Ежели с дохлого, нож не будет возвращаться.

Делаем ручкой.

С живого, так с живого. Нам без разницы. Дракон об анестезии пусть печалится.

В этот момент звенят колокольчики и включается навигатор.

ЛИЧНОСТЬ

ЗДОРОВЬЕ:

84 хита

НАВЫКИ/УМЕНИЯ:

кузнечное дело +