Призывающая волну
Шрифт:
Утра я еле дождался, мой скат, Нуар, как зовёт его Райнис, как будто чувствует моё нетерпение. Коралловый лабиринт проносится мимо сплошной стеной. Я осторожно, еле сдерживая дрожь от волнения, привёл к кольцу.
– Это что?
– смотрит она с недоумением на кольцо и не спешит брать его в руки.
– Кольцо. Для тебя. Для второй половинки моей души.
– Целую её и шепчу ритуальную фразу, которая сейчас наполняется особым смыслом.
– Я буду в каждой волне, что прибежит к твоим ногам. Моя любимая.
– Что?
– тихо спрашивает она.
И тишина взрывается грохотом взбесившихся волн. Свет, который наполнял для меня душу Райнис, стал в сотни раз ярче.
– Я тебя люблю, Райнис! Иначе этот камень просто бы не родился.
– Любуюсь безумством эмоций в её глазах я.
– Люблю, - тихо произносит она и прячет покрасневшее лицо у меня на груди.
– Просто словом ты не отделаешься!
– смеюсь я и с еле сдерживаемой жадностью нападаю на её губы.
И даже не сразу понимаю, что нас окатывает с ног до головы волной.
– Что это?
– испуганно смотрит она на словно кипящие воды, закрывающие выход из грота.
– Пойдём, посмотрим. И помни, тебе нечего бояться со мной рядом.
– Я сжал её руку и вышел на побережье.
Смутная догадка мелькала в мыслях...
Я целовал Райнис, отрываясь от неё только для того, чтобы шёпотом повторить ей своё признание. Она таяла и отвечала. А воды чужого мира с яростью набрасывались на берега и поднимались, словно пытались достать до небес. Райнис сжала моё лицо в своих ладонях и вглядывалась так, словно пыталась что-то разглядеть.
– Моя душа навсегда останется рядом с вами! С тобой!
– вдруг сказала она.
И как тогда в пещерах, когда она исцеляла Чена, от её ладоней полился ослепительно яркий свет. Я чувствовал, как он проникает в меня живительным теплом, чувствовал, как просыпается буря в моей крови.
И как будто что-то скованное льдом внутри меня, как далёкие северные воды, вдруг пробудилось, накинулось с невиданной яростью на сковывающее стены. И эти стены не выдержали, разлетаясь на мельчайшие осколки. Хлынувшая по жилам сила пьянила. Одного движения рукой хватило, чтобы усмирить непослушные раньше волны чужого мира.
– Что происходит?
– тихо спросила, прижавшись щекой к моей груди Райнис.
– Третья ступень. Обретение. А все эти волны призвала ты. Стихия признала свою Призывающую.
– Запутался я пальцами в её волосах.
Первым кто встретил нас по возвращению во дворец, был Кайрис. Его брови удивлённо приподнялись, когда он увидел кольцо на руке сестры. А я наконец-то смог вздохнуть полной грудью. Я поверил, что ничто уже не отнимет у меня мою половинку. И даже предстоящие роды волновали, но не страшили.
Уже были готовы комнаты для будущего принца. Восстанавливался и храм. Вместо старых, замшелых и еле заметных ступеней, к купелям вела лестница из белого мрамора. Были восстановлены и колонны, и чаши. А вот стенки купелей оттирали мы с Райнис. Как и углубляли линии рисунков с внешней стороны. Восстанавливали резьбу, как сказала Райнис.
Не смотря на приближающиеся роды, ничто не омрачало её мыслей. Иногда проскальзывала среди её эмоций грусть, но не более.
От мыслей о подарке для неё после рождения Ясина, меня отвлёк гонец.
После долгих разбирательств и многочисленных поездок братьев Вхен к своему отцу, старый глава Красного Жемчуга, прислал вестник с местом встречи. Он готов был говорить и заключать мир. И, к сожалению, я должен был быть на этой встрече.
Оба брата Вхен сильно удивились этому посланию. Они чуть ли не на вкус проверили подлинность печатей.
– Нет ничего, чтобы указывало на то, что это послание не от отца. Но чтобы наш старик так быстро сдался? Не узнав о судьбе дочери?
– удивлялся Кхан.
– Возраст.
– Вздыхал Кинтаро.
– Меня не будет несколько дней! Вернусь, как только будет возможность встать из-за стола переговоров, не оскорбив правящий род Красного Жемчуга.
– Обнимал я жену перед отъездом.
– Ты главное помни, что я люблю тебя.
– Со странной улыбкой отвечала она.
Эта улыбка не давала мне покоя несколько часов. Что-то не так...
– Разворачиваемся!
– дал я команду.
– Чен, я напишу письмо с извинениями, но думаю, глава Жемчуга поймёт, что я не смог оставить жену, которая вот-вот подарит мне сына.
– К тому же, мне кажется мне есть о чём с ним поговорить.
– сурово сдвинув брови добавил Лу Гуян.
Эта остановка и спасла нам жизнь. Полетевшие со всех сторон гарпуны, были нацелены на участок дороги, на который мы только ступили. Пострадали только едущие впереди гвардейцы. Враг видя, что первый залп ушёл в никуда, был вынужден выступить из засады и завязать бой, чтобы успеть перезарядить и перенаправить гарпуны. Но эти воины рассчитывали добивать раненных, и не готовы были встретить отпор хорошо подготовленных бойцов.
Особенно они оказались не готовы к тому, что за их спинами появится неизвестно откуда девушка и начала осыпать противников стрелами и метательными ножами. Лу Гуян тоже её заметил, и с оскалом взбесившейся акулы прорывался к ней. Он кружил без остановки, не подпуская к ней никого из противников, и успевал сбивать направленные в воительницу стрелы.
Очень скоро врагов не осталось. Единственный раненный оборвал свою жизнь сам, выкрикнув странную фразу: "За нового владыку".
– Лу Гуян! Объясни мне, что ещё за новый владыка у нас тут завёлся?
– обернулся я к побратиму. Но тому, похоже, было не до чего. Он крутил и осматривал девушку, ругаясь сквозь сжатые зубы.
– Я тебе говорила! После моего похищения отец согласился бы встретиться только с теми, кто привёз за меня невестин откуп!
– возмущённо взлетали и били девушку по спине десятки косичек.
– Но ты ж самый умный и знаешь моего отца лучше меня!
– И поэтому ты решила, что можешь лезть в сражение? Даже без какой-нибудь защиты?
– Лу Гуян развернул к свету запястья девушки, и проверял, не поранилась ли она тетивой.