Чтение онлайн

– Мамуль?

– Для чего, скажи, вот для чего?

– Что «для чего»?

– Для чего мы тащили из Германии все это барахло. – Она стукнула кулаком по мебельному гарнитуру из темного дерева. – Чертову стенку, диван идиотский, ковры («это же настоящая шерсть!»), даже пальма эта дурацкая и та оклемалась после переезда… А, совсем забыла, еще же магнитофон Siemens и телевизор, куда же без него!

– Мам, успокойся, пожалуйста!

– Как радовались, что бытовую технику не надо покупать! – Мама, не слушая, побежала в кухню. – Этот холодильник перли, микроволновую печь, даже тостер с фритюрницей. Ничего не сломалось при переезде, все прекрасно работает. Немецкое качество на века! Вот скажи, для чего все это? – Только сейчас она посмотрела на Свету, глаза ее были сухие и красные от бессонной ночи.

– Чтобы жить.

– Жить? – Мама истерично засмеялась. – А кому? Где? Папы нет, страна разваливается. Что с нами будет? Папа бросил нас! Жить… Как теперь жить?

– Мамуль, все образуется. Мы с тобой сильные. Потихонечку справимся. Папа не бросил нас, просто так получилось. – Света осторожно обняла маму за плечи и повела из кухни. – Вот, полежи, ты устала, уже несколько дней не спишь. Я слышу, как ты ночами по комнате ходишь. Тебе нужно отдохнуть.

Света накрыла маму пледом и села с краю на диване.

– Поспи, отдохни, – тихо приговаривала Света, гладя маму по спине.

Через несколько минут глаза мамы закрылись и послышалось ровное дыхание. Света вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

<2 сентября 1991г.>

Познакомилась с новым классом. Ребята, вроде, хорошие, веселые. Подружилась с одной девочкой. Зовут Аня, она похожа на русскую красавицу из сказки: у нее длинная коса до пояса и серо-голубые глаза. А еще в классе есть мальчик, похожий на Есенина. Как увидела его, даже сердце екнуло. Но он дружит с Аней, так что… Как не хватает папы! С ним можно было бы обсудить…

На следующий день Света, приветливо улыбаясь, села за парту рядом с Аней.

– Привет! Я сегодня взяла с собой купальник.

– Супер. Только у меня «дела» начались, поэтому поход на море отменяется.

– А другие как же?

– Другие может и пойдут, не знаю. Ты с ними хочешь?

– Нет, я лучше с тобой.

– Тогда на следующей неделе.

– Вода не станет уже холодной?

– Бархатный сезон в самом разгаре. А бздыхи в октябре или даже ноябре умудряются купаться.

– Ой, а кто это?

– Приезжие, конечно! – Аня задумчиво посмотрела на передние парты. – Слушай, а как у тебя со зрением?

– Нормально. А что?

– Просто я подумала, ты маленького роста, и с этой парты тебе плохо будет видно доску. Вон, садись на первую парту с Леной Поповой, у нее как раз свободно.

– Мне и здесь все хорошо видно.

– Это пока. А потом как начнут на доске писать, так фиг разберешь. У меня и то еле-еле получается. Иди, давай я тебе помогу все перенести.

Аня схватила учебники и отнесла их на первую парту.

– Смотри как замечательно все видно. Будешь сидеть прямо напротив доски. Можешь не благодарить меня.

Лена Попова что-то писала, низко нагнувшись над тетрадью. Падающие на стол учебники заставили ее отложить ручку и удивленно посмотреть на одноклассниц через толстые стекла очков.

– Лен, я тебе тут соседку нашла. Вы как раз очень подходите друг другу.

– Привет, ты не против, если я с тобой буду сидеть, – немного стесняясь спросила Света.

– Как хочешь, – Лена пожала плечами. – Только сразу предупреждаю: списывать я никому не даю!

– Я и не…

– Вот и славно, вы обязательно подружитесь, – Аня довольно похлопала девочек по спинам и пошла к себе за парту.

<4 сентября 1991г.>

Мне так плохо! Мама все время плачет. Часто кричит и ругается на власть. Потом начинает винить себя. Невозможно слушать ее стоны. Мне так плохо. Не знаю, как я правильно должна себя вести. Как помочь маме? Как ей сказать, что мне тоже очень плохо? Иногда так хочется на нее… Но я не должна. Это же моя мама. Что делать? Был бы папа, он бы подсказал. Хотя, если бы он был, такого не было.

<5 сентября 1991г.>

Временами будто какая-то чернота обступает меня со всех сторон. Манит к себе, завлекает и обещает покой. Я ее боюсь. Мне страшно.

<7 сентября 1991г.>

Прошла первая неделя в школе. Как бы я хотела рассказать об этом папе… Мне нравится новый класс. И учителя тоже хорошие. Особенно понравилась учитель по русскому и литературе Л.А. У нее необычный подход, сразу видно, что ученики ее очень любят. Она сказала, что мы часто будем писать сочинения прямо в классе, а потом их зачитывать вслух. Может, мне показать ей свои стихи?

В понедельник после уроков большая часть 8А пошла на море. Расположились на камнях возле волнореза или буны, как сами ребята его называли. У всех купальные костюмы уже были надеты под школьной одеждой. Только Света пошла переодеваться в кабинку. Она надела спортивный купальник и обмоталась большим махровым полотенцем. Кто-то вовсю резвился у берега, играя в догонялки, или понарошку боролся, давя на плечи друг друга и пытаясь опустить соперника под воду. Несколько мальчишек прыгали с буны «бомбочкой», плюхаясь об воду так, что брызги поднимались словно от настоящего взрыва небольшой мощности.

Двое одноклассников, Света не смогла рассмотреть, кто именно, забрались на крышу аэрария и собирались спрыгнуть вниз. Остальные, бросив свои занятия и задрав головы, тут же начали следить за ними. Один из мальчишек вытянул руки над головой, оттолкнулся от края балясины, на которой стоял и прыгнул головой вниз.

– Кто это?

– Матюхин, кто же еще.

– Сумасшедший!

– Это же опасно очень!

Второй мальчик немного постоял, а потом развернулся и начал осторожно сползать вниз по деревянным опорам аэрария.

– А это кто такой смельчак? – усмехнулась Аня.

– Кажется, Алик Тулян.

– Почему-то я даже не удивлена, – Аня повернулась к морю, стараясь разглядеть плывущего Сашу.

К ребятам Алик и Саша подошли одновременно. Только Алик сухой и сконфуженный, а Саша довольный и весь в стекающих каплях воды.

– Что, Тулян, сдрейфил?

– Я просто высоты боюсь.

– Не очень-то и высоко там, – пожала плечами Аня. – Санек прыгнул и глазом не моргнул.

– Почему же? Моргнул, – часто заморгал, улыбаясь, Саша. – Если честно, высоковато там. Сколько, даже не знаю.