Чтение онлайн

Практически без сил нам удалось практически выбраться из леса, и мы неожиданно выбежали на речку, протекающую широкой полосой. Соседний берег был виден где-то вдалеке. Лучи света играли на поверхности воды, словно маленькие бриллианты, оставленные таинственным ювелиром. Однако, спотыкаясь и падая, мы завалились на берег речки. Упав на спины и жадно глотая воздух, мы дышали, словно после марафона. Сил не оставалось, как и надежды на спасение; гогот приближался и казался совсем рядом.

"Вспомнил! Одного звали Степан, а второго — Стас!" — с восторгом почти закричал Мэтью.

Но его радостное восклицание было прервано новым поступившим больным, который угрожающе поднял палец в знак тишины.

"Будь добрым человеком и соблюдай тишину, как в библиотеке," — прошептал кто-то за соседней койкой, напоминая ему о покое.

Мэтью сам удивился своей реакции. Еле слышно он продолжал: "Мы начали рыскать в карманах и вещах, в поисках любого средства на спасение. Степану удалось найти в сумке склянку темного цвета. Что в ней было, я и сам не знал." Таких склянок мне не приходилось видеть. Она выглядела очень впечатляюще. В ней словно находилось что-то живое.

Он успел достать её и показать, вытянув руку вверх. В этот момент громкий топот лап, хруст веток и дрожащие деревья говорили только об одном: они нас настигли. Степан, показав склянку, сделал рывок в сторону и бросил её рядом с нами. Она разбилась, и чёрный туман окутал меня и Стаса. Сам же Степан следом открыл что-то наподобие портала, успев крикнуть: "Ещё свидимся!" Мигом нырнув туда, он исчез за долю секунды. Облако чёрного цвета медленно растворялась, оставив лёгкую пелену едва заметного белого цвета.

Все эти действия прошли очень быстро, и мы сами не успели осознать, как нашему взору предстала картина, одновременно завораживающая и внушающая ужас. Около десятка птиц стояли, внимательно осматривая берег реки. Я уже хотел сказать Стасу: "Похоже, наш конец," но Стас мгновенно схватил меня за руку, а другой рукой приложил палец к губам и, слегка поворачивая голову, дал сигнал о безмолвии. Чернокрылки мотали головами, словно пересматривая местность через перископ, гоготали и осматривали берег. Пелена, окружавшая нас, поглощала их взоры; для них мы стали невидимы. Однако Стас всё ещё держал меня за руку и стоял, словно окаменевший. Мы оба продолжали смотреть прямо перед собой, не издавая никаких звуков.

Внезапно раздался резкий, пронзительный звук, нарушивший спокойствие берега и нашего слуха. Одна из чернокрылок дёрнулась с места и побежала, за ней последовали остальные члены стаи. На берегу осталось только несколько из них, возвышающихся над прибрежным песком, словно островки темноты в море ночи. Они уходили от нас, притопывая мягкий песок, и скрывались всё дальше и дальше вдоль берега.

Каменная хватка Стаса постепенно ослабевала, и я чувствовал лёгкое прикосновение, словно освобождение от гнёта неведомой угрозы. Стас разжал руку, и напряжение ушло, будто тяжесть мгновенно снялась с моих плеч.

— Нам невероятно повезло, — сказал Стас, его голос звучал полон признательности и удивления. — Степан, хоть и странный парень, поступил неожиданно и отважно. Кто бы мог подумать, что у него есть такой редкий эликсир, да ещё и как он его использовал!

Я согласился, удивлённый и благодарный за спасение от неведомой опасности.

— Мне и в голову не пришло, что он так поступит, — ответил я, чувствуя себя одновременно изумлённым и облегчённым.

Мы начали медленно двигаться, пелена от магического зелья испарилась и слилась с воздухом, словно её никогда и не существовало. Угроза миновала, и мы, вполголоса, начали обсуждать наши перспективы по возвращению в поселок. Подсчитав численность чернокрылок, мы поняли, что их было не так много, как казалось на первый взгляд. Стас отправился к началу реки, чтобы оценить возможность её переплыть, а я решил исследовать направление, куда унеслись чернокрылки. Одним из вариантов оставалось вернуться обратно в лес и выйти на тропу, по которой нам будет легче сориентироваться.

Внезапно я услышал, как Стас мягко зовёт меня по имени. Он махал руками, призывая подойти к нему. Подойдя ближе, я спросил:

— Стас, что случилось?

Стас стоял с легким разочарованием на лице и показал пальцем на Пираний-Слизняков. Поняв, почему речка так сказочно переливалась, мы решили не задерживаться и двигаться в другом направлении, подальше от косяка Пираний-Слизняков.

Стас предложил мне выпить немного Аквы, заметив, что у него начинает болеть голова.

— Голова раскалывается, — сказал он, — сил надолго не хватит, мы и так бежали, как не в себя.

— Интересно будет узнать, как сложится участь этих двух воров с их наживой, — добавил Стас с долей иронии. — Возможно, им удастся выжить и обогатиться. Яйца чернокрылок — довольно недешевое удовольствие, как сказал нам сам Виктор.

— Да, но живы ли они, смогли ли скрыться? За нами бежало их немало, остальные, вероятно, охраняют яйца, — ответил я, размышляя о возможной судьбе воров.

Пройдя дальше в сторону, куда устремились чернокрылки, мы решили приблизиться и посмотреть, что их так возбудило и заставило побежать. Однако, приблизившись, мы не заметили никаких действий, только на речном песке остались свежие следы крупных лап. Легкий ветер развевал в воздухе черные, как смоль, пух перьев, а гогот был слышен едва различимо. Решение оставалось единственным.

— Мэтью, — сказал Стас, — давай вернемся на ту тропу, с которой сошли, когда вышли наблюдать. Сейчас будет безопаснее так поступить.

— Мне тоже кажется так, — согласился я.

Лёгкой походкой мы возвращались в лес. Когда мы случайно выбежали к речке, лес казался нам цельной картиной, где все детали находились на своих местах. Но произошедшее после набега чернокрылок привело к серьёзным изменениям. Мелкие деревья были вырваны с корнями, мох и земля валялись в разных частях, словно трактор прошёлся по земле.

В крупных деревьях торчали черные лезвия крыльев, и порядок, который раньше царил здесь, был нарушен. Проходя и пытаясь вспомнить, как мы бежали, и найти верный путь на тропу, мы делали короткие остановки, чтобы скорректировать направление своего движения. Стас тихо рассуждал вслух, как лучше добраться до тропы:

— Мы можем нагло пойти по следам чернокрылок и выйти на тропу. Но есть нюанс: эти твари не глупые и могут быть неподалеку. «Мы можем попасть в засаду», — сказал он, почесывая затылок.

В его голове крутились разные варианты, но этот казался самым адекватным, хоть и опасным.

— Что ж, мы можем рискнуть и пройти, надеясь на лучшее. Мы также можем обойти в другом направлении, если не собьемся с курса, сделав небольшой крюк. Вероятно, их уже не будет на этом месте, — ответил я.

Остальные варианты мы оставили без обсуждения, считая их либо безумными, либо неадекватными. Остановившись на более безопасном решении, мы двинулись спокойно, обходя место птичьего разгрома. Шли неспешно, вслушиваясь в голоса леса. Здесь царило спокойствие, всё было живым и мирным. Проходя каждый метр и внимательно осматриваясь, мы не замечали опасных признаков, но чувство тревоги не покидало нас. Когда мы отдалялись друг от друга, мы обменивались условными жестами и командами рук, позволяя нам действовать скоординировано и бесшумно. Это была наша импровизированная система связи, которая иногда очень выручала.