Чтение онлайн

– - Ооо, -- удивилась Эмма.

"А что собственно тебя удивляет?
– - подумала она".

– - Ага, она мне действительно нравится, очень... но все сложно.

– - Сложно?
– - переспросила Эмма, ей хотелось узнать больше.

– - Да, -- коротко ответил Макс, и дальше они пошли молча.

По обе стороны аллеи, разделяющей сад на две части, росли каштаны. Рядом с этими красивыми деревьями Эмма ощущала еще большее единение с природой и этим местом. Да, она понимала Макса, когда тот говорил, что эти леса для него словно родные. Тогда в комнате, погружаясь в сон, и сейчас, гуляя среди этой красоты, она чувствовала нечто похожее.

– - Жаль, что ты вольный слушатель!
– - вдруг сказал Макс.

– - А?

– - Ну, будь ты студенткой академии, жила бы с нами в общежитии.

– - Где?
– - переспросила Эмма.

Ей и в голову не приходило, что все студенты почти круглый год живут здесь. Конечно же, им нужны были места.

– - Пойдем, покажу!

Макс взял её за руку и побежал через сад. Спустя пару минут они оказались перед высокой изгородью; разглядеть что-либо за ней было невозможно. Эмма подняла голову: "Метра три, -- подумала она". Прямо посередине находилась большая калитка, которую Макс тут же отворил и вместе они вышли на выложенную желтым кирпичом дорогу. Она напомнила Эмме сказку "Дороти в стране Оз".

Они прошли через большую площадь мимо парадного входа академии, который украшали огромные колонны. Еще минуту левее, по ответвленной от желтой дороги тропинке, мимо изгороди, которая была раза в четыре ниже предыдущей, они дошли до места, где прямо к замку, примыкало большое трехэтажное крыло. Само здание и коридор, словно мостом соединяющий его с академией вторым и третьим этажами, были выполнены в том же стиле, до самых мелочей.

Свернув влево, они обогнули его, а впереди -- метров через сорок -- находилось точно такое же второе. Со слов Макса Эмма узнала, что подобных корпусов у академии семь. Это, в купе с практически круглой формой что академии, что пристроек, навело её на мысль о "Цветике семи цветике". Она вспомнила, что академия с высоты выглядела именно большим цветком.

– - Ну, вот мы и пришли, -- сказал Макс, останавливаясь у дверей.
– - Это корпус моего факультета. На первом этаже зал ожидания, второй и третий -- комнаты студентов, а со второго этажа, -- он указал на застекленный коридор, -- мы проходим прямо в академию.

– - Удобно, -- согласилась девушка.

– - Знаешь, Эм, -- начал парень, -- ты могла бы выбрать мой факультет. Он, кстати, самый легкий и мы...

Рассерженный взгляд заставил его замолчать.

– - Ты думаешь, я -- глупая?
– - почему-то с обидой произнесла она.

– - Что ты, -- всполошился он, -- я вовсе не это имел в виду! И, потом, ты же сказала, что отличница, задачи по физику как орешки щелкаешь: уверен, ты прекрасно бы училась на физмате.

– - На физмате?
– - заинтересовано переспросила Эмма, а Макс сморщился.
– - Что?

– - Знаешь, это сильный, но весьма гнилой факультет.

– - В смысле?

– - На нем, в большинстве своем, учатся дети неприлично богатых родителей, у которых своя философия в отношении таких как...

– - Мы?
– - закончила девушка.

– - Ну, вообще-то я хотел сказать: таких, как я, но в целом ты права, -- Макс сложил руки в карманы и внимательно посмотрел на неё.
– - Сможешь ты учиться среди людей, которые постоянно унижают тебя?

– - Все так плохо?

– - Да, нет. Вовсе нет. Преподаватели не позволяют нам делить друг друга на слои.

– - Но...

Парень усмехнулся.

– - Верно, есть одно "но". Да, преподаватели пресекают и наказывают нас за подобные выпады, но: во-первых, я не думаю, что бежать жаловаться -- это выход. А во-вторых, сами преподаватели, порой, не замечают, или делают вид, что не замечают, как открыто благоволят более обеспеченным студентам. В особенности, -- уточнил он, -- это касается студентов, чьи родители входят в совет попечителей.

– - Да, я слышала о нем.

– - Ага. Их около двадцати пяти человек, и почти у всех дети учатся здесь.

– - И все плохие?

– - Да, нет! Только некоторые, а за ними ведутся еще некоторые. Но есть и нормальные, -- уверил он.
– - Наша староста Ванесса -- отличная девушка. Достает порой, но совершенно справедливо. Еще есть Рич и Вив -- брат с сестрой. Их отец когда-то был в совете, а мама и сейчас преподает здесь химию; она декан химико-биологического факультета.

Здесь он перечислил все шесть факультетов академии и снова вернулся к теме:

– - А про Грома с Радугой я вообще молчу! Они дружат с первого курса уже пять лет! Мой друг тоже...

Эмма недоверчиво посмотрела на Макса. К горлу начал подкатывать ком.

– - Гром? Радуга?
– - переспросила она медленно, еле сдерживаясь.

– - Да, а что?

– - А "дождь" со "снегом" на лекциях можно встретить?

Его брови поползли вверх и Эмма взорвалась. Приступ хохота быстро перехватил и Макс, до которого дошел смысл сказанного. И вот они, два относительно взрослых человека стоят у замка, согнувшиеся пополам, еле успевая переводить дыхание.

Через некоторое время, не в силах более удерживаться на ногах, Эмма свалилась рядом с другом, прямо на землю.

"Друг, -- эта мысль пронеслась в голове и заставила остановиться".

Там, дома, у неё было много друзей, вот только все они, почти все, куда-то испарились вскоре после того, как у её семьи начались проблемы. Даже её парень -- Матеуш, который, по слухам, собирался сделать ей предложение на выпускном, начал избегать. Так бы и продолжалось, пока она сама не порвала с ним, чему, -- как выяснилось, -- обрадовался не только он, но и её лучшая, тут же получившая приставку "Экс", подруга. Эмма слышала, что они поженились в начале этого лета. Вот такая она -- дружба.

Погруженная в свои воспоминания, девушка не заметила, что Макс молча наблюдает за ней.

– - Прости, задумалась.

– - О чем?

– - Да так, былое, -- отмахнулась она.

– - Расскажешь?
– - спросил Макс, и под его пытливым взглядом она сдалась.

Пару мгновений он размышлял, а потом, поднял её с земли, и мягко сжав плечи сильными руками, сказал:

– - Не стоит злиться на них, Эмма! То, что ушло -- оно ушло, просто отпусти. Значит, так надо.

– - Уже отпустила, -- сказала она, и тут же вздрогнула.

– - Врешь, -- тихо сказал Макс.

В его голосе было сожаление.

– - Я чувствую.

– - Вру, -- призналась Эмма, и почему-то стало неловко.

– - А еще ты боишься.

Эмма смотрела на него не отрываясь.

– - Ты боишься, что никому больше не сможешь доверять, верно?

Макс улыбнулся ей и потрепал за щеку. Этот жест, такой простой, был наполнен заботой и нежностью. Макс был искренен, и Эмма вздохнула и про себя согласилась с ним.

– - Но ты не побоялась рассказать обо всем мне, -- продолжал он.