Чтение онлайн

– - У тебя с Эммой роман!
– - сказал Феликс, напуская на себя как можно больше серьезности.

Фраза "попала в лоб" и он усмехнулся выражению его лица: "что серьезно, Феликс? Опять? ", загоревшемся на лице Макса мигающей кнопкой.

– - Это не я сказал, -- пояснил он и указал на Киру.
– - А она.

– - Феликс, -- Макс сел на диван, передавая девушке чай.
– - Может быть, хватит уже? Одно и то же каждый раз... Пора бы уже успокоиться и поверить, что мы с Эммой -- друзья, не более, а теперь еще и родственники. И вообще, мне нра...
– - тут, взгляд девушки заставил его сменить направление, -- мне не нравится, что ты продолжаешь доставать меня этим!

– - Ревность -- неблагодарное чувство, Штандаль!
– - сказала Кира, отхлебнув чаю.

– - А тебе-то, откуда знать?
– - фыркнул парень.
– - Ты, похоже, совсем не ревнуешь Альгадо к Кэтрин Мидл!

– - А почему я должна его ревновать?
– - поинтересовалась Кира, поднося чашку к губам.

– - Ревность и любовь -- не разделимы!

В следующий миг его окатило брызгами. Откашлявшись, Кира поблагодарила Макса за платок, который так и не достался Феликсу.

– - Любовь?
– - переспросила она в изумлении.
– - Ты считаешь, что я влюблена в Демиена?

Кивок Феликса и она закатила глаза.

– - Ты что, совсем уже того?
– - воображаемый палец у его виска обрел материальность движения.
– - Вот скажи мне: ты любишь Морису?

– - А причем тут моя сестра?

– - Просто ответь!

– - Да!

– - А ты её ревнуешь?

– - Ревную? Нет, она же моя сестра!
– - ответил он.
– - К чему ты это все?

– - К тому, Штандаль, что раз уж мы тут мифы развеиваем, то на тебе еще один разгром: Я не влюблена в Демиена, а он не влюблен в меня: мы дружим с самого детства -- он для меня как брат. Это не та любовь, которая может вызвать ревность! Ясно?

Глаза Феликса обвели гостиную, и следом за ним Кира обнаружила, что все собравшиеся смотрят на них с интересом.

– - Кто следующий?
– - спросил Эмиль, заметив её напряжение.
– - Я вот, к примеру, все еще сплю с плюшевым медвежонком.

Теперь все смотрели на него и Кира облегченно вздохнула.

– - А что?
– - он скрестил руки на груди.
– - Это тяготило меня: попытки прятать его от соседей по комнате, страх разоблачения, самоанализ психологического застоя, страх расставания... А теперь, я признался, и вроде как свободен! Кари, -- обратился он к малышке.
– - Ты любишь плюшевых медведей?

– - Нет!
– - уверенно ответила она, протягивая ему ежика.
– - У меня есть живой Мармеладка!

Пока все смеялись над Радугой, Кира спросила Макса:

– - Она что, назвала ежика Мармеладкой?

– - Да, -- так же тихо ответил он, улыбаясь.

– - Как конфету?

Макс рассмеялся. Он посмотрел в её глаза: зеленые с серой паутинкой, длинные ресницы, касающиеся тонких бровей, и этот блеск во взгляде.

– - А вы с Эммой и правда, очень похожи!
– - заметил он.

– - Чем же?

– - Да многим!
– - ответил он, разворачиваясь к ней всем корпусом.
– - Вы обе любите лошадей. Хорошо разбираетесь в физике, -- перечислял Макс.
– - У вас обоих приятный голос и красивые выразительные глаза. Вы даже одним и тем же вещам удивляетесь одинаково.

– - Прости, что?

– - Я говорю, вы удивляетесь одинаково.

– - Да нет же, что там про глаза?
– - уголки губ дернулись в неуловимой улыбке.
– - Ты считаешь, что у меня красивые глаза?

– - И не только, -- ответил Макс, немного смутившись.
– - Хочешь еще чаю?

– - Да, пожалуй, с мармеладкой!

– - Пре непременно!
– - весело заверил он.

Передав ему в руки чашку, девушка проследила, как Макс подошел к зоне кухни и включил чайник.

– - Наверное, он -- хороший друг, -- сказала Кира, обращаясь к Феликсу.

– - Лучше нет!
– - ответил он.
– - А я знаю многих.

– - Для каждого свой друг -- лучший!

Феликс взглянул на неё и сказал с усмешкой:

– - Но со своим-то ты разругалась!
– - заметил он.
– - Поняла, наконец, что он -- полное дерьмо!

Кира вздрогнула и резко обернулась к нему. Макс тоже обернулся и увидел, как девушка вскочила на ноги.

– - Знаешь, Штандаль!
– - зло бросила она.
– - Не тебе судить о людях, которых не знаешь! И, более того, не тебе указывать мне на недостатки моих же с кем-либо отношений! Понял?

– - Понял!
– - быстро сказал парень.

Во всей этой атмосфере праздника и доверия, он совершенно забыл, с кем разговаривает. Еще минуту назад перед ним сидела вполне нормальная, открытая девушка. Но стоило ему задеть её, как она превратилась в гордую снежную королеву.

– - Я ухожу, пап!
– - совершенно спокойно предупредила Кира, поцеловав Соболева в щеку.
– - У вас очень вкусный чай, миссис Керн!
– - поблагодарила она Джессику и направилась к двери.

Макс подошел к Феликсу.

– - Что ты ей сказал, дурень?
– - зашипел он на друга.

Тот хотел ответить, но его перебил голос ректора, обратившийся к Максу:

– - Макс, -- позвал он.
– - Проводи Киру до её комнаты, пожалуйста!

Девушка пыталась возражать, но отец настоял на своем. Спорить с ним совершенно не хотелось, да и зачем? Если он решил что-то, то уже не отступит. Открыв дверь, она кивнула Максу, и он поспешил следом.

Скинув джинсы, она стояла перед шкафом в низких стрингах.

– - Красивая татушка!
– - заметила Лилиан, указывая на развилку, начинающуюся от перехода спины в ягодицы.
– - Давно сделала?

Эмма обернулась и провела пальцами по замысловатому узору.

– - Очень давно, -- ответила она, продолжив рыться в шкафу.
– - Это забавная история. Мне было столько же, сколько сейчас Карине, когда мы с бабушкой ездили в Шартр -- город, где она родилась.

– - Твоя бабушка -- француженка? Ух ты!

– - Да, по маме. В то время, в Шартре проходила ежегодная ярмарка с гуляниями и бабушка повела меня на праздник. Мы гуляли, ели яблоки в карамели на палке, смотрели уличный кукольный театр -- было весело, и, было жарко. Поэтому, зная, что недалеко есть озеро, мы захватили с собой купальники.

На берегу было много народа и развлечений: водные горки, катамараны и просто места для отдыха и спокойного загара. Мы переоделись в специальных кабинках и направились к воде, а когда устали -- решили, что пора собираться домой. Мы почти добрались до кабинок, как нас остановила разряженная женщина. Она приглашала всех взрослых и детей принять участие в увлекательном развлечении -- раскрашивании долго стойкими красками.
– - Эмма усмехнулась.
– - Когда бабушка дала свое согласие, она решила, что будет забавно увидеть выражение лица моей мамы, когда я скажу ей, что сделала татуировку. Мы выбрали место, чтобы мама не сразу обнаружила, и женщина-художник за пять минут украсила меня этим необычным узором.