Чтение онлайн

— Ты всю жизнь доказывал Клану Огня, что достоин. Завоёвывал их верность. Если это всплывёт, тебя и твою семью казнят как предателей, — он один раз качает головой. Окончательно.

Гаррик по-прежнему молчит. Слишком неподвижен. От этого у меня в животе всё стягивается.

Наконец он чуть меняет стойку, поднимает взгляд на Тэйна с выражением, которое я не могу до конца прочесть. Потом выдыхает коротко, без тени улыбки:

— Чёрт, брат. Ты ведь вообще не умеешь искать лёгкие пути, да?

Эти слова могли бы прозвучать шуткой. Могли бы быть сказаны с привычной лёгкостью, с тем самым «гарриковским» обаянием, которое всегда латает трещины в мире. Но сейчас он не улыбается.

— Я согласен с Ярриком, — он скрещивает руки на груди. — Ты потеряешь не только Клан Огня. Ты потеряешь всё царство.

Гаррик на мгновение замолкает, прежде чем шагнуть вперёд. Гаррик, который сражался рядом с Тэйном дольше всех. Гаррик, который был там, когда Тэйн стал военачальником. Который шёл за ним, не задавая вопросов, через каждую битву, каждую войну, каждый невозможный выбор.

И когда он наконец говорит, голос у него тихий, но несгибаемый:

— Ты должен был рассказать нам раньше.

Не обвинение. Что-то другое. Тяжелее. Как будто горе, переодетое в верность.

— Мы бы поняли, — его взгляд устойчив, неотвратим. — Мы бы несли эту ношу вместе с тобой, — его слова падают, как удар молота, как клятва, данная задолго до этого момента.

Тэйн не реагирует. Просто смотрит. Стоит так неподвижно, взгляд вцепился в его первого помощника, в друга.

Гаррик делает ещё шаг:

— Тебе нужно услышать меня сейчас. Мы бы никогда не отвернулись от тебя, — голос его твердеет. — И не отвернёмся.

Пауза. Потом он сжимает плечо Тэйна, крепко, безоговорочно:

— Мы — Кольцо Феникса раньше, чем мы Клан Огня.

Яррик и Риан обмениваются взглядом, потом оба кивают.

Тэйн разжимает мою руку. И, не сказав ни слова, подходит и обнимает Гаррика. Гаррик не колеблется. Он обнимает его так же крепко, хватка твёрдая, несдающаяся. В этом нет ничего напускного, ничего показного.

Но я чувствую тяжесть всего этого. Всего, что Тэйн столько лет нёс один. Всего, что он считал нужным держать погребённым. Правды, которая должна была их разделить, но вместо этого только сделала их связь сильнее.

Риан и Яррик подходят ближе, кладут по тяжёлой ладони ему на спину, на плечо. Жест доверия. Признания. Верности, которая не даёт трещин. Они удерживают этот миг чуть дольше, огненный свет пляшет вокруг них, вытягивая их тени по стенам. Потом, медленно, они отходят.

Тишина остаётся. Её никто не нарушает. Но уже изменилось всё.

— Пора идти. Уверен, конвой уже ломает голову, куда мы пропали, — Вален выпрямляется, голос низкий.

Гаррик оборачивается, скептически хмыкает:

— Конечно. Есть только одна проблема, — он небрежно взмахивает рукой в сторону туннеля: — Вернуться тем же путём мы не можем, разве что кому-то очень хочется, чтобы его живьём сожрал этот демонический червь.

В памяти вспыхивают каменные стены, пронзительный, ломящий крик. Ни единого выхода.

Я поворачиваюсь к Лире, как раз вовремя, чтобы увидеть, как из её лица уходит краска. Она чуть покачивается, прижимая ладонь к животу. Слишком бледная. Слишком неподвижная.

— Лира? — делаю шаг к ней, понижая голос.

— Я в порядке, — она часто моргает, словно пытается вернуть себе контроль, стряхнуть с себя это.

Нет. Я вижу это по тому, как сжаты её губы — туго, натянуто. Она держится из последних сил.

Я перевожу взгляд на Гаррика. Он уже всё заметил. Его глаза быстро пробегают по ней, остро и оценивающе. Не говоря ни слова, он подходит ближе, его ладонь мягко, но уверенно ложится ей на локоть, удерживая, не делая из этого спектакля.

Лира напрягается на полсекунды, потом чуть расслабляется. Бросает ему короткую, благодарную улыбку.

— Я не видел никакого выхода… — бурчит Риан, осматривая стену за нашими спинами.

Вален смотрит на меня, изучающе:

— Я могу создавать порталы, — говорит он. — Но только когда рядом со мной стоит по одному носителю каждой Стихии. Амара, ты не просто владеешь четырьмя Стихиями — ты проводник. Я верю, что ты сможешь открыть его сама.

Его слова вышибают воздух из лёгких.

— Что?

— Ты исцелила Лиру, — он не отводит взгляда.

Сердце спотыкается.

— Это было другое, — быстро выдыхаю я. — Я не…

— У тебя не было подготовки, — перебивает Вален. — Никаких знаний. Но ты всё равно это сделала.

В его голосе нет давления, только факт. Уверенность.

— Ты почувствовала что-то и просто поняла. Ты действовала.

Во рту пересыхает. Я не знала, как лечить. Не понимала, как это работает, какие есть риски, как это контролировать.

И всё же, держа Лиру в руках, я знала. Не потому, что меня учили. Потому что это уже было во мне.

Но это… это другое.

— Вален, я даже не знаю, с чего начать.

— Ты не знала и тогда, с Лирой, — его слова попадают точно, чисто.

— Исцеление было другим. Это было… — я мотаю головой, чувствуя, как в животе сворачивается страх.

— Внутренним, — кивает Вален. — Инстинктивным. В самом нутре.

Я не думала, когда лечила Лиру. Это просто… пришло.

Вален подходит ближе, голос у него тихий — не требовательный, а напоминающий:

— Мы вообще не знаем, на что теперь способна твоя магия.

Правда висит между нами, тихая, неоспоримая. Как медленно горящий фитиль.

— Ты связана с драконом, — его взгляд не отступает. — И у нас не было возможности проверить границы возможного.

Всё это разом наваливается на меня. Я не знаю, на что способна. Никто из нас не знает. Но если он прав… если я смогу разорвать пространство, как он, увести всех отсюда разом… возможно, мы всё-таки не в ловушке.

Я смотрю на Тэйна. Уже заранее готовлюсь к провалу. Это невозможно. Больше, чем я когда-либо пробовала. Я даже не знаю, с чего начать.