Пробуждение тьмы
Шрифт:
— Прости, это была… часть моей прошлой жизни. Очень глупая часть.
Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидел не ревность, а облегчение. — Ничего, — прошептала она. — Просто… пошли отсюда.
Мы быстро расплатились на кассе, погрузили пакеты в уже загруженную под завязку «Ниву» и тронулись в путь. Я смотрел в боковое зеркало, на удаляющиеся огни «Ашана», и чувствовал, как обрывается последняя ниточка, связывающая меня с тем старым, глупым Степаном. Впереди была только дорога. И наше новое, настоящее будущее.
Интерлюдия: Подземный бункер ZX12–39
Глубоко под землёй, в месте, отмеченном на секретных картах лишь сухим кодом «ZX12–39», царила стерильная, почти хирургическая тишина, нарушаемая лишь низким гудением вентиляции и монотонным пиком мониторов. Воздух в бункере был холодным, лишённым даже намёка на запахи, из-за множества фильтров, через которые его прогнали, прежде чем запустить в святая святых.
По центральному коридору, залитому голубоватым светом светодиодных ламп, неспешной, уверенной походкой шёл человек, известный здесь лишь как «Инициатор». Он был облачён в идеально сидящий тёмный костюм без галстука, его лицо было маской спокойной, почти отеческой доброжелательности, но глаза… глаза были холодными и бездушными. Рядом с ним, почтительно отставая на полшага, семенила группа людей в белых халатах — ведущие исследователи проекта «Обретение».
— … показатели стабильны, но прогресс, конечно, оставляет желать лучшего, — докладывал главный исследователь, мужчина с умными, усталыми глазами за толстыми стёклами очков. — Количество подопытных критически мало, а смертность на этапе активации и стабилизации генома всё ещё превышает девяносто пять процентов. Организм просто не выдерживает пробуждения силы и сгорает. Мы работаем над…
— Вы работаете недостаточно быстро, доктор, — мягко, но не допускающим возражений тоном парировал Инициатор. Он бросил беглый взгляд в одно из смотровых окон, за которым в прозрачной капсуле, опутанной проводами и трубками, лежало бледное, почти безжизненное тело молодого человека. — Ресурсы вам предоставлены колоссальные, а результат пока — горстка неудачных экспериментов и кипа отчётов о вскрытии.
— Мы ограничены самой природой генов! — взмолился другой учёный. — Полевые группы привозят слишком мало подходящего материала! А те, кого находят… большинство не выдерживают и пары дней!. Сила пробуждается спонтанно и уничтожает носителя до того, как мы успеваем…
Инициатор остановился и медленно повернулся к ним. Его улыбка не сползла, но в ней появилась ледяная сталь. — Я вас успокою, господа. Ваша проблема с «материалом» скоро решится. Буквально на днях мы подписали окончательное соглашение с китайскими партнёрами и уже на следующей неделе сотни тысяч новых игровых капсул «Эринии» будут установлены в Поднебесной. Миллионы новых игроков. Тысячи потенциальных… доноров. Ваша задача — быть готовыми к такому наплыву. Наращивайте мощности и ускоряйте процесс. Я хочу видеть результат. Понятно?
Учёные закивали с облегчением, смешанным со страхом. — Да, конечно! Мы сделаем всё возможное! Это прекрасные новости!
— Рад это слышать, — Инициатор снова улыбнулся своей не естественной улыбкой, и покровительствующе сказал: — Продолжайте в том же духе.
Он развернулся и пошёл прочь, оставив группу исследователей переваривать услышанное. Его прогулка по бункеру была завершена. У лифта его уже ждал другой человек — высокий, сутулый, с лицом профессионального охотника, на котором читалась усталость от многих лет грязной работы. Это был Андрей — глава всех полевых групп проекта.
Лифт плавно понёс их наверх. — Ну как, прошёлся, оценил? — лениво спросил Андрей, доставая пачку сигарет и тут же закуривая, полностью игнорируя запрещающие знаки.
— Оценил, — Инициатор смотрел прямо перед собой на блестящие двери лифта. — Движение есть, но скорость совсем не впечатляет. Надеюсь, ваши люди готовы к большому улову?
— Мои люди всегда готовы, — отозвался Андрей, выдыхая струйку дыма. — Ждали только пока вы там наиграетесь со своими бумажками. Китай, говоришь? Это да, раздолье будет. Никто и не хрюкнет, если там парочка десятков человек вдруг трагически закончат своё существование…
Они вышли из лифта в небольшое подобие кабинета с крайне минималистичным дизайном и голыми стенами. Инициатор подошёл к столешнице с встроенным экраном и вызвал на него новостную ленту.
— Кстати, о «несчастных случаях», — сказал он негромко, пролистывая заголовки. — Ты не слышал о каком-то… странном инциденте в Люберцах во вчерашних новостях? Двое погибших. Один — с отсечённой головой, второй — по слухам, выглядел так, будто его выкопали из могилы через несколько недель после похорон…
Андрей лишь фыркнул, затушив сигарету. — Люберцы? Слышал, конечно. Мусора там с утра носятся, как угорелые, но это не нашего поля ягода. Скорее всего, какая-то быдлотня между собой разобралась. Или криминалисты что-то напутали. Такое бывает. Не стоит нашего внимания.
— Не стоит? — Инициатор повернулся к нему. На его лице играла странная, почти насмешливая улыбка. — Интересная позиция. А это? Это тоже не стоит твоего внимания, Андрей?
Он достал свой смартфон, несколько секунд искал что-то в памяти, а затем показал экран своему собеседнику.
Тот наклонился, его глаза, обычно полуприкрытые от скуки, вдруг расширились. На экране была фотография, сделанная, судя по всему, на телефон в дикой спешке, из-за чего была немного смазанной.
На ней была запечатлена кровать в какой-то шикарной спальне, и по обе стороны от неё, из-под матраца, проросли… корни. Толстые, древесные, неестественно крупные корни.
— Что… что это за хрень? — выдавил Андрей. Вся его напускная лень и снисходительность испарились, сменившись настороженностью профессионала, увидевшего необъяснимое.
— Это, мой дорогой, — тихо произнёс Инициатор, — снимок из спальни сына одного очень уважаемого человека. Сына, который пропал и ни с кем не выходит на связь. Этот снимок прислал мне наш человек в полиции.
Он выдержал паузу, глядя, как на лице Андрея сменяются эмоции: недоверие, недоумение, и наконец — холодное, пронизывающее осознание.
— Так что, как ты думаешь, — продолжил Инициатор, — это тоже совпадение? Быдлотня? Или кто-то сумел не только уйти из-под нашего носа, но и… развить свой дар до такого уровня?
Андрей молчал несколько секунд, переваривая информацию, после чего медленно выдохнул:
— Чёрт… Похоже, мы где-то серьёзно облажались. Кто-то ушёл. И мало того что ушёл… он освоил такие фокусы, о которых мы и не мечтали. Это… это чёртов прорыв и огромная угроза.
Инициатор одобрительно хлопнул его по плечу, жестом почти отеческим, но в его прикосновении не было ни капли тепла. — Вот и я так подумал. Поэтому твоя новая задача, помимо Китая, — найти этого вундеркинда. Выяснить, что с ним произошло, как он это сделал, и доставить его сюда. Живым и невредимым. Всё остальное — второстепенно.