Чтение онлайн

– Слыхала. И даже читала. Но гипноз, это просто метод работы. И не более того. Вся суть в том, что ты будешь делать после того, как человек войдет в транс.

– Маша, ты разбираешься? Классно! Вот не зря я тебя искал. Если честно, то ничего не понимаю. В институте его не преподают. И даже не упоминают. Можешь помочь?

– Так сразу?

– Ты такая же, как я. К кому мне еще обращаться?

– Ладно. Давай в субботу после обеда. На этом месте.

У Максима Ивановича хорошее настроение. Появился объект. Сейчас никто не спросит, почему раньше не нашли. А потому что не надо трогать было, вот и не нашли. Все учтено. Зато сейчас есть о чем докладывать. Американцы не зря приехали. Некто Миша Лабузов, двойной агент, деньги у них получает. А за помощью обратился к милицейским кураторам. Те, конечно, помогли. И установку сделали по месту жительства девушки Маши, и по месту работы, и информацию собрали, и даже порекомендовали отставных сотрудников наружки для постоянной работы.

Очень интересная оказалась девушка. Но скрытная. Мало того, не отказывает в помощи бывшему КГБ, которое массово вливается во все сферы новой жизни.

– И это хорошо, что не отказывает, - потер руки Максим Иванович, - еще немного, и наша.

– Нет такой уверенности, - ответил собеседник, - очень осторожна. И поведение нетипично.

– Но на работу согласилась? Вот, то-то. Задания выполняет? Так что еще нужно? Такие люди сейчас наперечет. Но ты молодец. Свою должность в милиции давно перерос. Но не кем заменить! Понимаешь? Одни идиоты кругом. Голову сносит, как власть получают. Поучаствуют два раза в акции, выпьют кровушки и все, властелины мира! Но ты прав. Есть и у меня некие сомнения. Поэтому наблюдаем, американцам не мешаем.

Милиционер ушел.

Максим Иванович велел принести чаю. Так он называл настой весьма сложного тибетского сбора. Привычка не говорить лишнего впиталась в него с политинформацией еще до посвящения.

Американцы уже вышли по своим каналам на Великого, а потом и на него. Дело у них намечено серьезное. В октябре приезжает жрец из Европы. Один из самых Великих. Такое раз в несколько десятилетий бывает. А то и сотню лет не почтят провинцию вниманием, не взглянут на наше убожество. В этот раз причина основательная. Найден ключ. Пусть малый, но ключ. Народу набежит уйма!

А принимать ему, Максиму Ивановичу. Старая гвардия не подкачает. И есть большая надежда, что заметят, отметят и запомнят. Если что у них не выйдет, не его вина. И ни чья. Даже лучше будет, если сразу не выйдет. Тогда оставят спецов условия рассчитывать. Будет какой-нибудь филиал института социологических исследований или геомагнитная лаборатория. И можно не опасаться страшных перемен, а иметь почетную, обеспеченную старость.

В субботу зарядил мелкий дождь на весь день. Но слово сказано. Под черным зонтиком я добралась до парка. Рома увидел меня от подъезда медицинского института и подбежал.

– Я думала, ты не придешь, - вытираю я лицо от капель, - чего без зонта?

– А я пришел. Точнее прибежал.

– Предлагаю зайти к нам в гости, там и поговорим.

По дороге в центральном гастрономе купили яблочную пастилу в плоских упаковках. Под одним зонтом дошли до трамвайного кольца. В полупустом вагоне сидим вместе. Он младше меня. И я ему нравлюсь. Но Рома дикий и не сделает никаких шагов. Рано ему еще. Я для него только объект научного познания. Видно, когда мальчик начинает жить половой жизнью. У этого еще вся энергия при нем.

Дома знакомлю его с Верой Абрамовной. Она рада новому человеку. Рома ей сразу приглянулся. За чаем и начинаем разговор.

– Ромочка, а тебе зачем гипноз?

– Людей лечить буду, - удивленно повернулся он и загорелся, - понимаешь, сколько не читаю, везде только эффекты описаны. Никакой конкретики. Никаких инструкций. Прямо запретные знания какие-то.

– Лечить, это хорошо. Насчет знаний привыкай. Мир так устроен, что никто тебе не даст готовую методику. Думаешь, в госудасртвенном вузе учишься, по другому будет? Нигде и никогда. Направление укажут, возможно. Дальше сам. Какую-нибудь мелочь, да умолчат.

– Даже ты?

– У меня все методики под меня сделаны. У тебя будут под тебя.

– А их несколько?

– Конечно. Для начала тебе надо определиться, что такое гипноз?

Рома начал рассказывать про состояние сознания, всякие волны мозга, про Бехтерева и Дурова.

– Забудь все это, - прерываю я лекцию, - ты до старости будешь читать, так с места и не сдвинешься.

– А как же наука? Надо обосновать все.

– Нет никакого обоснования. Есть предположения. Точнее, объяснялки. Ты сейчас рассказывал про совершенно разные процессы, но подвел под общую гребенку. Давай отталкиваться от эффектов.

– Давай. Внушение - это гипноз?

– Нет, конечно, - я усаживаюсь поудобнее и начинаю лекцию, - гипноз, это просто термин, предложенный в девятнадцатом веке. А схожих явлений в человеческой и животной психике множество. Только механизм у всех разный. Поэтому термины официальной науки здесь не подходят. А те, что подходят, держатся в секрете.

– Есть тайная сторона науки?

– Всегда. Неужели ты думаешь, что жрецы, мудрецы и ученые древности в подробностях не разобрали каждое свойство и не научились применять?
– чуть улыбаюсь я, - первооткрыватели выискались! Один египетский жрец как-то сказал новоявленному греческому мудрецу: «Вы все время живете и действуете так, будто до вас не было никаких открытий, вы каждый раз начинаете все заново».

– На американцев похоже. Те тоже только себя признают.

– Традиция одна. Не будем отвлекаться.

Мы разбираем, что такое морок, какие патерны короткой памяти и восприятия для него используются. «Вот смотри, - вскакиваю я, - деревенский колдун внушает непочтительной компании молодежи, что вода нахлынула, топит все вокруг. И все ее увидели. Залезли спасаться на заборы и деревья. Это что? Не гипноз. Они не спят. Но предполагаемое колдуном действие выполнили. А могли бы и с обрыва шагнуть. Нет. Это не внушение, в официальном понимании». Разбираем, что такое внушение: куда, в какую область человека нужно направить взгляд, звук, чтобы дошел образ. И это тоже не гипноз.

В результате гипноза возникает транс различной глубины. Разбираем трансы. По степени глубины и знака воздействия относительно воли пациента.

– Подожди, - ставит чашку Рома, - во всех руководствах пишут, что под гипнозом ничего нельзя сделать наперекор волечеловека. Разве может быть другой знак воздействия? Разве можно заставить сделать то, что противно моральным установкам?

– Легко. Врут все в твоих руководствах. Линия партии такая. Очень запросто можно и запрограммировать поведение, и заставить убиться или убить.

– То, что ты рассказываешь, похоже на магию, - хмурится он.

– А ты что думал? Не похоже, а все эти приемы и используются.

– То есть, лучше мне этим не заниматься?

– Для лечения давай возьмем самый безобидный вид.

Без сожаления отдаю ему способ, которым пользуюсь сама. Все просто. Нужно, чтобы человек сосредоточился на внешних или внутренних образах. Внешне можно блестящим предметом махать, голосом уговаривать. Но я использую свои руки. Накладываю ладони на определенные участки головы. Человек чувствует мое тепло, и кинестетический канал задействован. Я мягко и проникновенно говорю, что он должен чувствовать, и он начинает это ощущать. Аудиальный канал в работе. И видит он сначала серый фон. Или красный, зеленый, черный. В зависимости от эмоционального настроя. Меняется цвет фона, меняется настрой.