Чтение онлайн

И теперь даже гадать не приходилось, что за срочный сбор и в честь чего подняли тревогу.

Кто-то нашел тело Рафаэля. И мне придется постараться, чтобы доказать, что я союзник, а не убийца.

«Скачок в науке позволил королевству Ризолд первому создать не только небесные лодки, печи и машины, но и протезы, которые активно используют лекари. Однако далеко не все протезы работают безупречно. Умельцам, которые хотят менять утраченные органы на механические, предстоит еще много работы».

Шаг в новую эру. Первое издание

Окна в бальном зале закрыли светонепроницаемыми шторами и зажгли свечи. Теперь зал выглядел зловеще и тревожно. Темнота здесь напоминала о том вечере, когда Рафаэль заполучил силу Воя Ночи. Тени вились вокруг него плащом, дрожали за спиной, будто крылья…

А теперь он лежал мертвый у колонны, где я его и оставила. Вокруг столпились незнакомцы. Вида громко завывала, сидя на коленях перед Рафаэлем.

— Не покидайте меня! Господин! – рыдала она, хватаясь за изорванную рубашку и прижимаясь лицом к груди, испачканной кровью. – Я люблю вас!

Меня передернуло от ее слов. Тени в зале будто сгустились и забрались в мою душу. Все во мне бурлило, так хотелось взять Виду за волосы и оттащить от Рафаэля!

В сопровождении стражников мы все ближе подходили к толпе, собравшейся вокруг тела. Наше присутствие заметили, и теперь меня сверлили десятки пар глаз. И в каждой я видела подозрение или даже презрение.

— Это она, — шепнула Вида, указывая на меня пальцем. – Она убила господина!

— Откуда такая уверенность? – больше из интереса, чем из попытки встать на мою сторону, спросил кто-то.

— Тиа! – Вида, шатаясь, поднялась на ноги. Ее глаза покраснели, губы дрожали, как и палец, которым она указывала на меня. – Ты всегда ненавидела Рафаэля, пока он в тебе души не чаял! Только с тобой он мог быть так неосторожен, чтобы позволить себя убить! И только ты могла этой слабостью воспользоваться!

Она бросилась на меня, явно намереваясь выдрать мне все волосы и выцарапать глаза. Только вот Вида забыла, с кем имеет дело. Я отродье, а значит – сильнее. Я маг-отступник, и уж точно не простому человеку со мной тягаться.

— Смейся, — процедила я приказ. – Смейся так, чтобы тело свело судорогой!

Все в зале застыли с распахнутыми глазами и ртами, когда Вида на полпути ко мне остановилась. Сначала из ее рта вырвался слабый смешок, больше похожий на икоту. Бедняжка сама не поняла, что случилось. Но следующий порыв стал громче, дольше – Вида звонко закатилась, ее губы растянулись в омерзительной улыбке. Но глаза продолжали сверкать злым огнем.

— Что с ней? – встревожено шептались собравшиеся в зале люди и вампиры.

Кто-то подошел к Виде, коснулся ее плеча в бесполезной попытке привести в чувства. Та отмахнулась и вдруг упала на пол, забилась в приступе дикого хохота. Из ее глаз лились слезы, Вида хваталась за живот, который наверняка свело.

«Жаль», что пока она не может поделиться впечатлениями.

— Кто-то еще хочет обвинить меня в том, чего не делала? – я прошла мимо Виды и встала перед столпившимися вокруг Рафаэля.

Я старалась не смотреть на него, чтобы не потерять уверенность, без которой меня затопчут незнакомые маги, и не утратить концентрацию на заклинании. Не хотелось бы, чтобы Вида пришла в себя и снова попыталась вонзить в меня когти.

— Нападение на нашу соратницу не доказывает твою невиновность! – поджала алые губы незнакомая вампирша. Судя по медовым волосам, она первородная. Только зубы и глаза выдавали ее природу.

Значит, Рафаэль и правда собрал под своим крылом и людей, и вампиров всех титулов. Причем добился такого положения, что над его трупом горюют, а не празднуют даже те, кто выше его по происхождению.

Невероятно…

— Тогда допросите меня. Наложите чары, мешающие лгать, если знакомы с такими. Могу предложить свое заклинание – клеймо души, но только если вы будете готовы для надежности испытать его на себе. Вы должны понимать на собственном примере, что носитель клейма может говорить только правду.

— Не нужно, — вперед вышел низкорослый мужчина. Волосы вокруг его головы походили на грозовую пышную тучу – они клубами вились на висках и затылке, оставляя макушку блестеть от огней свечей. – Я сам тебя допрошу.

— И кто же вы?

— Это тебе знать необязательно. Просто помни, что соврать не выйдет. Моя магия помогает улавливатьзапахчувств иэмоций.

— И откуда мне знать, что вы не солжете, чтобы подставить меня? – я сложила руки на груди.

Кожу покалывало от чужих взглядов. Все смотрели на меня. Даже Вида, которая до сих пор каталась по полу от смеха. Я услышала, как незнакомые дамы шепчутся о ней. Все ли будет в порядке с бедняжкой? Будет. Но немного позже.

— Придется довериться, — развел руками чародей. – Мне нет смысла врать. Если ты союзник, то пригодишься нам.

— Пригожусь, — уверено кивнула я. – Во-первых, потому что у меня есть идея, как вернуть Рафаэ… В смысле, господина Карстро.

Мужчина втянул носом воздух и моментально выдал:

— Правда. Ты действительно хочешь ему помочь. Почему?

Почему?

Почему я хочу спасти того, кого не так давно больше всего на свете желала отправить к Пустоши? Хороший вопрос.

— Он – моя семья, — подумав, произнесла я то, что считала правдой. – Мы можем не ладить, ссориться, но это не изменит главного – ближе друг друга у нас никого не будет. У меня не осталось никого, кроме Рафаэля.

Я заметила, как собравшиеся женщины как одна недовольно скривились.

— Я думала, дело в любви! – пряча рот за ладонью, шепнула одна.

— И я! А дело в простом страхе одиночества?

— Как эгоистично! Как неправильно!

Их слова вонзились под кожу, как занозы. Я отвела глаза, следя за тенями, что дрожали на мраморном полу.

— Правда, — в некотором замешательстве кивнул допрашивающий меня чародей. – А теперь самый главный вопрос. Как так вышло, что господин Карстро, несгибаемый воин и наш лидер, оказался в таком состоянии?

— Долгая история. И я вам обязательно ее расскажу, но сначала должна кое-что сделать. Ради господина, — я посмотрела на Рафаэля. Так странно видеть его лежащим на полу в окружении десятков людей столпившихся у его тела…

— Нет. Мы не можем так просто ее отпустить! – какая-то дама взволнованно прижала руки к груди, где на платье виднелись крохотные влажные пятна. Неужели слезы? – Пусть сначала расскажет обо всем, а потом мы решим, можно ли верить этой Тиа!

Столпившиеся закивали, кто-то поддержал плаксивую даму громким возгласом. Какая трогательная сплоченность! Жаль, что она сейчас больше мешает и злит, чем помогает.