Чтение онлайн

Молчание.

– Или лучше вернемся в комнату?

– Лучше вернемся в комнату.

Они зашли в комнату, захлопнули дверь.

– Он хочет просить милостыню, – сказал Вуди.

Они снова были втроем в кабинете директора – Маркус, Лео и Вуди.

– Он – это Нгог? – не понял Маркус.

– Он – это тот, который стоит там, наверху. Я не помню его имя. Ему очень стыдно.

– За что? – снова не понял Маркус.

– Его желание – просить милостыню, – повторил Вуди. – И ему очень стыдно перед своей семьей. Это все, что я знаю.

Маркус встал. Поправил рубашку. Вид у него был убитый.

– Вы здесь ни при чем. Все это – моя вина, затмение мозга. Моего мозга, – уточнил он. – Детям никогда не осилить проблем взрослых.

Он направился к двери. Взялся за ручку.

– Но все же одну маленькую истину вы должны понять. Богатые не просят милостыню. Потому что могут взять все, что хотят. А Поль Дандер не просто богат, он – миллиардер.

– Он хочет этого так сильно, – промолвил Вуди, не поднимая глаз, – что готов прыгнуть вниз.

Он слышал сейчас, как высоко на карнизе башни плачет Поль и угрожает, что прыгнет вниз. И как в зале ресторана канючит и просит горячего супчика Нгог.

Маркус вернулся в комнату.

– Вуди, – он наклонился к Вуди близко-близко, как вчера в укропной лавке в переулке Косых Углов, – как давно это было! – Признайся. Ты услышал от Лео про забастовки попрошаек и решил, что Поль тоже…

Вуди помотал головой.

Маркус взял его за плечо.

– В таком случае придется признать, что желания – это… Даже не знаю, как выразить… Желания – это такая штука, которая не может просто так исчезнуть. Либо они исполняются, либо нет. И если нет, они могут перейти к другим людям – даже к таким, которым эти желания абсолютно не свойственны.

Маркус распрямился. В комнате стало так тихо, что раздавшийся вдруг голос Лео прозвучал, как гром.

– Мне кажется… Я бы не мог выразить это так умно… Но вы правы.

Маркус хотел что-то ответить, но передумал. Вместо этого он вытянул из кармана телефон и, не набирая номера, просто сказал:

– Министра Теккерея… Уильям, это я. Ты помнишь демонстрацию беженцев с Аквиланских островов?

Но услышать ответ ему не удалось.

Дверь тихо раскрылась. Вуди увидел лицо мистера Дандера – смазанные, искаженные горем черты.

– Он прыгнул, – сказал мистер Дандер голосом, сухим, как шелест газет.

5

Через две минуты в ресторане не было уже ни одного газетчика, ни одного оператора и полицейского. Все они ринулись на площадь.

В опустевшем зале остались профессор Маркус, Лео и Вуди. И официант, который собирал по полу осколки разбитых в суматохе кофейных чашек.

И еще – безучастный ко всему происходящему Нгог с грудой коробок супа.

– Продолжаем наш репортаж, – объявил телевизионный экран. – Драматические события этого вечера, похоже, еще не закончились. Полиция сообщает, что, согласно данным охранной системы, в «Алмаз Столетия» никто посторонний не проникал. Это же подтверждает охрана здания…

– Привет, – услышал Лео за своей спиной. – Почему ты меня помнишь, а я тебя нет? Ты разве наш?

Нгог говорил просто и дружелюбно, и лицо у него было смышленым.

– Нет, я не беженец с Аквиланских островов. Я видел тебя на митинге. Ты стоял с лозунгом и трещоткой, – ответил Лео.

– …В таком случае остается загадкой, – продолжал телевизионный голос. – Каким образом попал в здание Джонни Гомес, за которым мы только что наблюдали? И еще вопрос. Почему отказала система управления лифтами?

Ведущий возник на экране в слепящем свете прожекторов. Он был неподдельно растерян:

– И самое главное… Леди и джентльмены, я двадцать лет веду репортажи. Я видел войны, я видел разное. Но никогда не был свидетелем чудес. Простите мое волнение… Вы помните – на наших глазах Поль Дандер прыгнул с 96-го этажа вниз. А теперь – внимание! – здесь, внизу, на площади «Алмаза Столетия» нет его тела!

Вуди и Лео переглянулись.

Маркус вспыхнул, перехватив этот взгляд:

– Не делайте из меня идиота! Отвечайте, вы оба это знали?!!

– В общем, да, – за двоих сказал Лео. – В общем, да.

– Когда вы только успели сговориться? – поразился Маркус. – И что теперь? Продолжайте! У вас, вероятно, уже готов план?

– Дяденька, – Нгог легко взял профессора за плечо. Лицо его выражало вселенскую муку.&

– Вы даже не знаете, какой Нгог голодный. Попросите принести ему горячего супчика, – произнес он мерзостно-плаксиво.

Маркус тряхнул плечом и, вероятно, что-то хотел ответить.

Но Вуди опередил его.

– Это было бы отлично, – сказал он, – только, если можно, попросите принести два.

– Почему два? – удивился Маркус. – Один для Нгога. А второй для этого, как его… Поля.

6

Подняться пешком на башню «Алмаза Столетия» просто.

Если ты выйдешь вечером, если не будешь давать себе отдых чаще, чем через пять этажей, если ты тощий, как щепка, потому что всю жизнь питался одним укропом, если тебе это действительно почему-то важно, – то к утру дойдешь.

Джонни поджидал его на 95-м этаже.

– Я так и знал, что это будешь ты, – сказал он Вуди. – Сначала думал, что пойдет Лео. А потом решил: «Нет, этот клиент – для зеленщика».

«Когда вы только успели сговориться?», – вспомнил Вуди слова Маркуса.

Он сел рядом с Джонни. Вернее, рухнул. Он преодолел за ночь две тысячи ступеней, по тысяче на каждую ногу. Теперь эти ноги не подчинялись ему.

– Где… Поль? – тяжело дыша, ответил Вуди.