Чтение онлайн

Подливали масла в огонь родственники Саши. Родители недоумевали: с какой стати их сын съехал? Кристина, не выдержав часовые переговоры по телефону, нагрубила матери парня, за что та обозвала девушку «трупёрдой недалёкой», после чего прокляла и повесила трубку.

На следующий день Кристина пошла в магазин за мороженым, не выдерживая давления на психику. Дома её ждал неприятный сюрприз. Саша удалил все аккаунты своей девушки из социальных сетей. А так же обзвонил всех парней, список которых нашёл в забытом дома мобильном телефоне с паролем «111111». Словно компенсируя недавнюю ссору с матерью, Саша обозвал отца Кристины, уважаемого профессора гуманитарных наук, «тупым долбоящером», когда мужчина постарался разузнать, – весьма вежливо – почему с мобильного его дочери звонит незнакомый человек.

В день их юбилея, полтора года, парень отказался выпускать девушку из дома, пригрозив ножом:

– Ты слишком красивая, на тебя могут засмотреться!

– Саш, – голос Кристины дрожал, девушка держалась шкафа, с которого в любую секунду можно было схватить какую-нибудь мелочь, чтобы кинуть её в обидчика, – положи нож. Меня ждёт подруга. Мы с ней договорились встретиться сегодня. Саш!

–Ты перестала называть меня «Сашулей»… Нет! Кто-то тебя соблазнил, да? Кто?

– Сашуль, – сквозь силу выдала девушка. – Сашуль, дай пройти. Саш… Саша, мать твою! Ты переходишь все границы. Убери нож и дай мне пройти!

Парень взглянул на девушку с поистине отцовской заботой:

– Я сказал: нет. Ты будешь сидеть дома, пока я не удостоверюсь, что любишь лишь только меня. Понимаешь, это ради нашего блага. Ради любви. Я не смогу жить без тебя. К сожалению, сейчас ты этого не понимаешь. Но у нас впереди ещё целая вечность.

Последняя фраза пронзила сердце Кристины, словно стрела. Мурашки табуном пробежались по спине. Девушка подбоченилась, обожгла парня озлобленным, упрямым взглядом, холодно спросила:

– А что ты сделаешь, если я, наплевав на такой же тупой, как твоя голова, нож, решу выйти из МОЕГО дома?! Или признаюсь: не люблю?!

– Если не изменишься, то убью тебя, – улыбнулся Саша, эффектно проведя лезвием ножа по шее, легонько разрезая кожу, не обращая внимание на кровь.

– Саша!!!

– А потом – себя, – ухмылка стала шире, безумнее; струйки крови стекали по ключице, впитывались в футболку. – Так будем мы вместе, так будем мы рядом с тобою всегда!

***

Женщина вошла в магазин, когда Станимира яро беседовала с кем-то по телефону. Из трубки вырывались мужской холодный и женский истерично визгливый голос. Хозяйка хмурилась, кривила губы в отвращении:

– Я ничего не собираюсь разрывать с тобой! Ты не захотела прослушать условия договора, теперь будь добра без возмущений вытерпеть всё, что заслужила. Да! Но, в отличие от тебя, мои любовники уходят удовлетворёнными! – Станимира повесила трубку, обернулась к женщине; в лице не застыло ни капли стеснения, стыда. – Не обращайте внимания. Одной сумасшедшей муж запретил отходить от него даже в туалете, впрочем, это к делу не относится. Что ж, Марин, ты пришла, чтобы…

Хозяйка магазина осеклась, удивлённо взглянула на Марину.

– Разве? – спросила она, прищурившись, как близорукая.

Теперь эта девушка, стоящая перед ней, не походила на железную леди. Да и на девушку – тоже. Женщина. За несколько дней Марина стала женщиной, не накрашенной, бедной, сонной, усталой, печальной и разочарованной в жизни. Осанка испортилась, огонь в глазах потух. Трёхликая матерь улыбнулась женщине с выражением истинного наслаждения на трёх ликах, увенчанных шипастыми коронами.

– Чай, кофе? – Станимира отвернулась, чтобы не смотреть Марине в глаза.

– Не надо.

Как тогда, они сидели друг напротив друга. Вечерняя темнота накрыла цветы полупрозрачным покровом, сладкий аромат алиссума щекотал носы. Хозяйка магазина терпеливо ждала и всё-таки дождалась. Печальные глаза Марины блеснули осознанностью, женщина смахнула грязные волосы за спину:

– Витя не поверил в то, что болеет, и сбежал из больницы, – прошептала женщина медленно, задумчиво. – Мы хватились слишком поздно: он пропал, а несколько людей заразились эболой, пообщавшись с ним. Маленькая девочка сейчас лежит при смерти в той самой палате, где должен был лежать мой сын. Её родители плачут в голос, словно сами умирают…

Станимира не поднимала взгляда от поверхности стола. Марина продолжала свой жуткий рассказ мёртвым, механическим голосом:

– Сына нашли часов через десять. Вернее, я нашла, когда возвращалась домой. Он, синий, словно искупавшийся в ледяной воде, сидел у двери. Я тормошила его, била по щекам, всё безрезультатно, после чего проверила пульс. И впала в небытие. Проснулась в поликлинике. Соседи вызвали скорую. При встрече они рассказали, что я рыдала и целовала Витю, а на их попытки расцепить нас, рычала, как зверь, волчица, и сжимала тело сыночка всё сильнее… сильнее…

Марина заплакала, а Станимира протянула руку, сжала ладонь бедной женщины.

– Он потерял много крови да ещё эта лихорадка! – словно оправдываясь, провыла она.

На что хозяйка магазина привлекла внимание к себе, вытерев слёзы Марины ладонью:

– Тс-с… Ты сама виновата. Он бы в любом случае умер. Ты решила откупиться от сына деньгами, этой поездкой, хотя могла открыть ему своё сердце, подарить любовь. Тебе нужно было лишь сломать себя, как сейчас. Но уже слишком поздно, – Станимира горько улыбнулась, повторила, однако, с сочувствием: – Ты сама виновата. Бедная, бедная.

– Знаю.

– Так, зачем пришла?

Марина, сглатывая слёзы, постепенно успокаивалась. Взгляд туманился.

– Недавно я стояла на мосту и смотрела вниз, думала: нужен ли мне камень?.. – женщина подняла взгляд. – Но я боюсь. Хочу, однако боюсь. Врачи говорят: то, что я не заразилась от сына, когда прижимала его к себе, – чудо. Вот только я считаю это проклятием. Мне суждено было умереть! Поэтому и пришла к тебе.

– Тебе нужна ложь? Забытье?

– Смерть. Быстрая. Я не хочу забывать сына.

Станимира смотрела в глаза Марины долго и задумчиво. Постукивала пальцами по столу. Отрицательно кивнула:

– Нет. Это слишком легко, смерть – для слабаков, а ты не такая, Марина.

– Что я буду делать без Вити?

Хозяйка магазина тепло, ласково улыбнулась, сжав уже второй рукой ладони женщины, придвинулась вперёд, наклонилась:

– Заведёшь ещё одного. Просто переживи эту чёрную полосу. Каждый учится на своих ошибках. Твоя была наитяжелейшей, но она преподала тебе хороший урок. Главное – не сдаваться. Не сейчас, Марина, а лучше никогда. Раз в год приходи в церковь и молись за сына, ставь свечку. Этого будет достаточно, нет смысла себя истязать.