Чтение онлайн

Окрыленная надеждой, Люсиль повернулась к сестре.

– Думаешь, мы должны бороться?

– А почему нет? – спросила та, переводя взгляд с Люсиль на Хани.

Хани нахмурилась. Как бы ей ни претила идея закрывать магазин, но до этого момента она не задумывалась о том, чтобы открыто выступить против решения начальства. Есть ли смысл? Судя по всем этим разговорам про консультации, которыми вчера сыпал Кристофер, дело уже решенное. Ему самому наверняка пообещали компенсацию, «золотой парашют», чтобы менеджер не позволил никому из служащих мутить воду. И уж явно Кристофера не заботила дальнейшая судьба резидентов. Тех якобы «распределят» – и Хани осторожно обходила это слово, объясняя Мими и Люсиль, что жильцов переселят в другое место.

– Переселят. Словно мы стая бродячих псов, – заметила Люсиль, нервно сжимая тонкие руки. – Никому не нужны старые животные, вот деньги на их содержание и урезают. Ведь это с нами произойдет, да, Хани?

От выражения лица подруги у Хани сердце заболело. Хотелось бы ей дать им надежду, но сейчас единственное, что она могла предложить – искреннее объятие и чашку горячего сладкого чая.

– А если они не смогут поселить нас вместе, Мими? – сказала Люсиль, и Хани пришлось забрать чашку и блюдце из дрожащих рук пожилой леди, чтобы та не пролила чай на свою плиссированную юбку цвета слоновой кости.

Последние семь лет сестры жили в соседних комнатах с собственной ванной, общались с другими резидентами, помогали в магазине. И теперь разделить их? Ужасно. Словно разлучить двух сирот, чтобы увеличить их шансы на усыновление.

– Я уверена, до этого не дойдет, – заверила Хани, от души надеясь, что права.

– Не дойдет, – подхватила Мими, – потому что я им не позволю. Обещаю, Люсиль. – Вечная старшая сестра, даже в восемьдесят три, она села рядом с младшей и обняла ту за плечи. – Хани поможет нам организоваться, правда, милая? Люди скорее прислушаются к тебе, чем к нам.

Две пары глаз уставились на Хани – одни ярко-голубые, блестящие от слез, другие – карие, сверкающие бунтарским духом. Сердце Хани дрогнуло. «Я заступлюсь за подруг».

– Конечно. – Сев по другую сторону Люсиль, она положила ладонь поверх сплетенных рук сестер, стараясь не думать о том, какие они хрупкие. – Конечно, помогу. У нас еще есть шесть месяцев. Куча времени. Мы что-нибудь придумаем.

– Ангел ты наш, – улыбнулась Люсиль. – Где бы мы без тебя были?

– Не надо так думать, – произнесла Хани. – Я никуда не уйду, и вы тоже. Мы еще дадим им бой.

Час спустя Хани добралась домой, все еще прокручивая в голове разговор с Люсиль и Мими. Вообще-то она не собиралась устраивать кампанию по защите дома и уж тем более становиться ее лицом – однако, похоже, придется, потому что все прочие заинтересованные разменяли девятый десяток и рассчитывали на ее помощь. Легшая на плечи ответственность была такой же тяжелой, как сумки в руках. Хани неуклюже захлопнула дверь попой и обвела взглядом коридор, выискивая новые признаки присутствия Хала. Затем посмотрела на дверь соседа, почти ожидая, что он сейчас выскочит и наорет на нее за что-нибудь. Нет, все тихо и спокойно. Хани тихонько вздохнула, зашла к себе в квартиру и поставила сумки на столешницу в крохотной кухне. Размеры помещения еще при первом осмотре совершенно не обеспокоили Хани, потому что ее кулинарный репертуар не выходил за рамки тостов с сыром и томатного супа быстрого приготовления. Сгрузив сумки, она вытащила тот самый предмет, из-за которого, собственно, и зашла в магазин. Виски. Как человек, никогда не пивший ничего подобного, Хани опешила, увидев целый стеллаж разнообразных бутылок. Предпочитает ли Хал что-то определенное? Любит ли исключительно чистый виски? Поискав оптимальное сочетание цены с объемом, она остановилась на фирменном купаже супермаркета. Все равно Хал не распробует вкус, выпьет все залпом. Для него виски скорее анестетик, чем удовольствие. Взяв бутылку и набравшись храбрости, Хани открыла дверь, пересекла коридор и осторожно постучала в квартиру Хала. Ничего. Неудивительно.

– Хал? – весело, по-дружески позвала она. – Это я. Хани.

Он не ответил. За упрямо закрытой дверью не слышалось вообще никаких признаков жизни, но сосед точно сидел у себя. Судя по тому, как он вчера буквально вымаливал текилу, в ближайшее время ворчун выходить не собирался. Хани ощутила неловкость. Ну что ему, трудно покряхтеть? Дать понять, что он вообще там еще жив? Может, Хал налакался текилы и отрубился? Боже, а вдруг он голову расшиб?

– Хал, – попыталась она позвать понастойчивее, но тут же поняла, что ничего своим дружелюбием не добьется. Глянув в сторону своей открытой двери, Хани вздохнула и привалилась к стене. – Я никуда не уйду, пока не ответишь, так что, может, облегчишь жизнь нам обоим, рок-звезда?

Молчание. Хани устало соскользнула вниз и села рядом с его дверью, поставив рядом с собой бутылку, опершись локтями на колени и уткнувшись подбородком в ладони.

– Ну тогда я посижу здесь. И сама выпью этот виски, – добавила она пару минут спустя.

Не особо приятно манипулировать людьми, но теперь уж она точно не ведет себя как правильная девочка. Кроме того, сработало. Хани с облегчением выдохнула, когда шорох по ту сторону двери показал, что сосед все-таки жив.

Он так близко подошел, что она слышала его дыхание.

– И что ты хочешь за виски? – проворчал Хал.

Хани подняла брови и глубокомысленно кивнула. Вот, что она сделает.

– Ой, да ничего особенного. Поболтаем немножко по-соседски?

За створкой опять зашуршало, а потом снова раздался хриплый голос Хала, только на этот раз ближе, словно он тоже уселся по свою сторону двери.

– Я не болтаю.

– Нет? – непринужденно переспросила Хани, даже до конца не понимая, зачем пытается вовлечь его в беседу. Она чувствовала себя как человек, миской молока заманивающий в дом котенка. – Ну тогда можешь просто посидеть и послушать, потому что у меня выдался паршивейший день, и мне надо выговориться.

– И ты решила подкупить слепого соседа виски? У тебя что, совсем друзей нет?

Хани слегка улыбнулась. Ей нравилось его ворчание. Первый признак мазохизма? Глянув на часы, она постучала пальцем по подбородку.

– Вроде того. Десять минут послушаешь – и виски твой.

Хал обреченно вздохнул.

– Дверь не открою.

– Да пожалуйста. Просто не уходи. Можешь заняться чем-нибудь, пока я говорю.

Судя по хриплому смешку, она задела его за живое.

– То есть мне нельзя вернуться в спальню и продолжить кувыркаться со знойной блондинкой? Я тихо.

– Ага, мечтай, рок-звезда. – Хани обхватила руками колени. – В общем… мне только что пришлось сказать двум пожилым леди, что они могут остаться без крыши над головой.