Чтение онлайн

Поборов чувство мелкой зависти, Лаккомо уселся за стол по левую сторону от брата, где, как он вспомнил, еще недавно нагрел ему кресло Инарэс. Сам же гвардеец расположился дальше, отставив шлем на свободный участок стола. Эйнаор плюхнулся последним, тут же охотно подтянув поднос с завтраком под металлическим колпаком. Когда он открыл его, в нос тут же ударило приятным запахом свежей выпечки и фруктового сока.

– Как я этого хотел! – не удержался от восторга Эйнаор и, цапнув ближайшую булочку, бесцеремонно вгрызся в нее всеми зубами.

Чем тут же оставил старшего брата один на один с последующим разговором.

– Информация о Ваших прошедших сутках останется в пределах Дворца, как и информация о договорном супружестве, - тихо сказал Инарэс, чем отвлек Лаккомо от переглядывания с довольной кузиной напротив.

– Кто еще в курсе? – спросил Лаккомо, пока не уточняя суть вопроса. В нем было всё, начиная от любовной привязанности Мариэллы, заканчивая тем, как на репутацию братьев повлиял факт, что старший не отправился ночевать в собственные покои.

По убеждению самого Лаккомо этот вопиющий факт о нем, как о публичном лице, мог за утро породить тьму фантастических слухов.

– Гвардия, - невнятно пожал плечами Инарэс.

– Вся? – с недоумением переспросил Лаккомо.

– Это наша общая обязанность… Быть в курсе всего, - осторожно ответил мужчина, быстро стрельнув взглядом на Эйнаора.

Тот с упоением продолжал жрать булку.

– И всюду следить за нами? – излишне колко уточнил Лаккомо, привыкший к личной свободе перемещений и действий у себя на корабле. И если на «Стремительном» он знал планировку практически каждого технического коридора и пользовался ими, то перемещаться тайными проходами во Дворце при своем статусе считал моветоном.

– Защищать вас, - аккуратно поправил гвардеец, все еще не до конца уверенный в реакции Аллиет-Лэ на тотальный контроль.
– А для этого надо никогда не терять вас из вида.

– Камеры? – навскидку спросил старший, откинувшись на стуле и невольно стрельнув взглядами по стенам.

– Дъерки… – оборвал его поиски одноглазых шпионов Инарэс.

Лаккомо смачно выругался под нос.

– …Камеры рядом с вами иногда сбоят, - признался с явной досадой гвардеец.

– Кажется, я начинаю жалеть об отсутствии дъерков на моем корабле, - буркнул Лаккомо, тоже потянувшись за булочкой.

Про влияние привычных обитателей Дворца на систему охраны и неотъемлемый сговор с гвардейцами он позорно подзабыл.

– Так пригласите их, - Инарэс привычно помог Мариэлле наполнить ее стакан соком из графина.

– Кхэнасса будет ревновать, - ответил Лаккомо, проследив поданный женщине стакан, который в обычном обществе обязан был бы наполнять ей Эйнаор.

– Зная его, он их скорее возглавит, - отозвался Инарэс, по этикету последним из присутствующих потянувшись к подносу.

Лаккомо задумчиво выслушал мнение, параллельно отмечая застольные мелочи, от которых успел отвыкнуть на корабле. Тонкости родной культуры особо соблюдались здесь, во дворце и, возможно, где-то в глубинке. Надкусив булочку, Лаккомо невольно приметил, как этим жестом дал добро остальным приступить к трапезе, тем самым приравняв его статус с правителем.

Но и мысли о дъерках его не отпускали. Инарэс своими словами подтвердил знакомство с Кхэнассой. Лаккомо осторожно прислушался к связи со своим дъерком и отправил поток сжатого извинения за свои последние срывы. Сейчас под хорошее настроение ему это было не сложно.

Ответ не заставил себя ждать. Вышедший на вольную охоту дъерк отозвался откуда-то с далекого предгорья, огрызнулся для проформы, а потом смиренно простил. Даже в мозг лизнул с таким чувством, будто снял остаточный фон после умиротворенного настроя. Или прочесал все извилины липким и влажным от чужой эфемерной крови языком.

Гадость.

Лаккомо мелко встряхнулся и поспешил запить ощущение соком.

Но факты неохотно собирались в готовую мозаику. Чтобы сконцентрироваться Аллиет-Лэ занял себя подсчетом тех, кто был в курсе реального положения дел у торийской верхушки. Ведь как бы то ни было, во Дворце они всегда окружены прислугой, гвардейцами, помощниками и помощницами, камерами и просто случайными служащими от которых невозможно скрыть тот же теплый взгляд Мариэллы на ее фаворита. И так же невозможно будет здраво объяснить цветущую рожу Эйнаора при появлении брата. Все эти мелочи и нюансы будут копиться, и когда-то начнут играть против них. Так главы кланов станут задавать вопросы о наследнике. Жрецы могут натравить своих анков на слизывание следов ауры с них четверых. А при накоплении достаточного количества фактов и сомнений, та же высшая знать может подать прошение о генетическом анализе наследника.

Все это лишние проблемы и сложности, которые не уместны в рамках федеральского противостояния и могут не вовремя ударить по репутации династии. Лаккомо навскидку сразу представил несколько сюжетов, в которых он сам, как житель колоний может выразить недоверие нынешней ветви династии. А как только это случится, можно считать, что у Тории и конкретно Золотого Дворца запустился таймер обратного отсчета.

Но совершенное Эйнаором уже не изменить. И в такой ситуации Лаккомо понимал, что уже не имеет права оставлять его наедине с местными кланами. Свою позицию придется менять, как и перетасовывать ценности. И если он действительно хочет в первую очередь сохранить жизнь и здоровье близнецу, то ему пора вспоминать, каково быть братом, а не просто коллегой по Престолу.

Словно учуяв это легкое изменение настроения, какая-то молодая особь мелькнула на периферии зрения в шторах и затихла, слизывая малейшие витки хозяйских мыслей. Лаккомо успел уловить ее взглядом, как жизнерадостный дъерк сорвался с места и юркнул обратно в стены, поспешив разнести одним только теням понятную счастливую мысль.

Аллиет-Лэ успел только открыть ладонь в бессмысленно попытке остановить юркого поганца.

– Что? – с осторожностью уточнил Эйнаор, заметив как напрягся старший.

– Кажется, в этом Дворце все кроме придворных будут счастливы, если я вновь в нем полноценно поселюсь, - тихо сказал Лаккомо. – Или если разделю с тобой старшинство.

– Ммм… - Лоатт-Лэ демонстративно задумался, будто прислушивается. – Для тебя это новость?

– Нет, но… - Лаккомо показалось, что он ощутил, как незаметно натянулась тончайшая струнка связи, которая шла от них напрямую к Учителю. Мелкий дъерк не постеснялся нагло слить свежие новости хранителю Истока. – Впрочем, уже не важно. А нам надо вместе наведаться к Даэрерку, если мы не хотим расстроить его своим беспамятством.

– Он уже знает, – не спрашивая, уточнил Эйнаор, зависнув с бокалом сока, словно проверяя свои ощущения.

Лаккомо просто кивнул.

– Но в любом случае сперва надо доесть! – с напускной жизнерадостностью ответил Лоатт-Лэ, и его брат только очередной раз подивился, откуда во вроде бы правителе империи сохранилось столько ребячества, которое его даже не портит.

Оставшееся время завтрака прошло за спокойными разговорами и утренними бытовыми темами. Мариэлла искренне по-сестрински улыбалась, поглядывая на близнецов. Лаккомо к своему удивлению сам был рад такому взгляду. И даже поймал себя на приятном чувстве семейного уюта. Самого обычного, тихого и ни к чему не обязывающего. Особенно Аллиет-Лэ заметил, с каким спокойствием Мариэлла смотрела на Эйнаора. Словно тот еще недавно болезненно страдал у нее на руках, а сейчас чудодейственным образом вылечился.