Чтение онлайн

Но вдруг огонек ответного сигнала сменил оттенок, и в наушниках раздался ответный голос диспетчера, разрешающий посадку. При том живой голос, а не модуляция искина.

– Признайся, ты переживал, что там никого не окажется, - с легкой иронией сказал Лаккомо брату, становясь на вектор приземления.

– Я боялся, что там все вымерли за давностью лет, - проворчал Эйнаор. – А ты нет?

– Перед полетом я запросил со «Стремительного» фотографии из космоса, - признался старший. – И мог пересчитать там каждый корабль.

– И это особо охраняемое место на планете? – с сомнением спросил близнец, вздернув брови.

– Я бы назвал иначе… - скривился Лаккомо. – Это дыра, которая не нужна никому, кроме нас, - и увидев скепсис в глазах брата, пояснил. – Увидишь…

Эйнаор недоверчиво поерзал в сидении и приготовился ждать. Шаттл уже достиг привычной ему высоты и заходил на посадку в предгорье. И если издалека острова казались сплошь дикими зелеными участками земли, то при приближении Лоатт-Лэ начал различать у берегов мелкие причалы и рыболовные корабли. В то время как здания и крыши по-прежнему терялись в буйных зарослях. Но что Эйнаора смущало больше всего, так этого полное непонимание, куда в этих кустах можно причалить. Однако, Лаккомо вел шаттл по направлению очень уверенно и вскоре начал ощутимо сбавлять скорость, закладывая небольшой вираж и огибая береговую линию.

Причальная площадка нашлась за склоном, по цвету сливающаяся с серым камнем окрестных гор. Лаккомо мягко развернул шаттл почти в обратном направлении и начал плавно опускаться на гладкую поверхность, напоминающую скорее широкий карниз на скале, чем причал. Эйнаор, по-прежнему продолжал наливаться скепсисом.

– Интересно, как они намерены посадить сюда королевский кортеж, – едко заметил он.

– Никак, - ответил Лаккомо, и тут же пояснил. – У них есть второй крупный причал на земле. Я видел его по дроге. Но я специально запросил площадку под крышей.

Эйнаор остро кольнул брата взглядом и демонстративно склонился к окну, оценив высоту до уровня моря.

– Да, придется пройтись, - пожимая плечами, сознался старший. – Но сюда идет грозовой фронт, а шаттл…

– Я понял, - перебил его брат, после чего вдруг просиял. – А вот и наши встречающие!

Лаккомо невесомо и плавно опустил легкий шаттл почти к уровню земли и на медленной скорости, легонько покачиваясь на антиграве, вплыл под каменную крышу. Площадку с натяжкой можно было назвать ангаром. Но общая чистота и опрятность гладко сточенных каменных стен все-таки свидетельствовала о том, что площадкой регулярной пользовались.

Встречающая делегация из трех мужчин застыла неподалеку от каменного проема, который уходил куда-то вглубь скалы. Троица в серо-стальных мантиях терпеливо дожидалась, пока шаттл закончит маневрировать и встанет на опоры. И пока Лаккомо разворачивал их транспорт на месте, по привычке останавливаясь носом к выходу, Эйнаор подозрительно изучал хмурые рожи своих будущих сопровождающих.

– Если они хотя бы вдвое старше нас, то можно считать, что я проникся их значимостью, - буркнул Эйнаор.

Лаккомо мимолетно скользнул взглядом по сумрачным лицам и погасил двигатель мягко гудящего шаттла. Еще несколько щелчков по приборной панели потушили огни, оставив систему в режиме ожидания.

– Меня больше интересует, как на такой высоте им не сдувает все мантии, - ответил Лаккомо, отщелкивая герметику шлема и снимая уже бесполезный атрибут.

– Спросишь при встрече, - отозвался брат, повторяя за ним.

Отстегнув ремни и оставив шлемы на своих сидениях, братья и Эантар вскоре вышли из шаттла, по очереди спустившись с узкого пандуса. Делегация пока непонятных местных потекла к ним только после того как все покинули корабль, и переборка за их спинами закрылась.

Эйнаор, уже успевший в кабине причесать себя после шлема, важно выправился, готовый к диалогу.

– Приветствуем вас, молодые люди, на островах Морской Песни, - с формальным кивком заговорил центральный, облаченный в холодно-синюю мантию. – Чем обязаны вашему визиту?

Эйнаор набрал воздух в легкие, но вдруг с растерянностью отметил равнодушные стариков.Недружелюбные, без тени почтения и похоже даже без намека на узнавание.

Проглотив заготовленную фразу, младший покосился на Лаккомо, словно тот мог по щелчку пальцев выручить их из нелепой ситуации.

– Как главы королевской династии мы прибыли для того, чтобы увидеть Морской Колокол и его хранителей, что должны верно нести службу по сей день, - нашелся Аллиет-Лэ, не дрогнув перед холодным пренебрежением.

– Аметист в глазах еще не ставит человека на вершину мира, - певуче и в то же время равнодушно отозвался центральный встречающий.

Эйнаору переставало нравиться происходящее, и в душе невольно начало закипать негодование. Королевская гордость внезапно пасовала перед такими незаинтересованными лицами, и Лоатт-Лэ отчетливо понимал, что худшее, что он может начать делать – это суетиться и всячески доказывать этим древним старикам, что он король. Вся ситуация начинала играть против них с братом. Начиная от того, что они прибыли сюда спонтанно и тайно, и заканчивая их внешним видом и отсутствием пафосного кортежа с гвардейцами. Эйнаор, конечно, догадывался, что Тория – планета контрастов. Но ощутить воочию на себе проблему классового и профессионального расслоения вовсе не рассчитывал.

И если сейчас Лоатт-Лэ хотел мысленно вылить все свое негодование на брата за его дурную идею, поставившую их в такое неловкое положение, то Лаккомо готов был направить свое возмущение на встречающих.

Однако, спасение ситуации пришло с неожиданной стороны.

«Да хранит вас Вода и Ветер», - мелодично, как водный каскад, на древнем наречии прозвучали слова, сохранившиеся лишь в народных песнопениях.

А затем Эантар выступил вперед перед братьями и продолжил говорить дальше на старом языке, который близнецы едва ли понимали по учительской связке.

«Мои ученики потревожили ваш покой не по прихоти, - сказал Даэррек, – но по острой нужде, не терпящей открытого вида. Сопроводите нас к старшему Хранителю, и я поговорю с ним о воле династии».

Эйнаор слушал певучую речь, как журчание, которая из уст Эантара текла как-то по-особому красиво и складно. Раньше ему доводилось лишь читать старые записи на почти умершем языке их родины. И изредка слышать что-то от брата, когда того сносило за грань предвидения.

Сейчас же старый язык, воскрешенный Учителем, растекся по площадке и, к удивлению Лоатт-Лэ, повлиял на настроение стариков прямо-таки чудесным образом. Словно услышав слова предков, те хоть как-то окрасились эмоциями и вежливо склонились перед просьбой Эантара.

– Проследуйте за нами, - теплее попросили они уже на общем языке, и приглашающе повели рукой в направлении каменного туннеля в скалу.

Близнецы неуверенно переглянулись, но шагнули следом за Эантаром. На их памяти Учитель впервые не стал подбирать свою длинную косу в пучок, и сейчас после шлема, она свободно лежала по спине, самым кончиком доставая до колен. Что в комплекте с летным комбинезоном выглядело еще более диковато, но в то же время роскошно.

В дороге они не говорили. Эантар, как само воплощение церемониала и значимости, шел рядом со старшим встречающим. Остальные двое текли в своих воздушных мантиях позади близнецов. Часть пути по коридору процессия и правда преодолела в туннеле, слабо освещенном золотистыми кристаллами. А потом они вышли на каменную лестницу, вытесанную прямо в скале. Однако, ни порывистый ветер, который завывал здесь высоко над морем, ни влажный туман, не доставали до людей, идущих под прикрытием цельного защитного полотна, растянутого вдоль всего пути и слабо мерцающего преломления света и блеска далеких волн.