Чтение онлайн

Все трое молчали.

Профессор впал в дремотное состояние. Мысль его блуждала в области его науки.

— У меня в ушах звенит, перед глазами огненные круги мелькают, — сказал лорд.

— И я чувствую то же, — отозвался профессор. — Жара сгущает кровь в моих жилах.

— Долго мы еще будем мучиться? — простонал Станислав.

Слова его остались без ответа…

IX

БОРЬБА СО СМЕРТЬЮ. КЕМБРИЙСКИЕ ТРИЛОБИТЫ

Мы тщетно старались бы отгадать, как долго наши несчастные путешественники оставались в оцепенении. Первым очнулся лорд Пуцкинс. Он не сразу сообразил, что с ним и где он находится. Впрочем, это и не занимало его. Он не сознавал бы даже, что живет, если бы не муки, овладевшие им вдруг с новой силой.

Не отдавая себе отчета в том, что он делает, он приподнял немного голову и окликнул своих товарищей тихим ослабевшим голосом. Никто не ответил ему.

Когда к нему вернулось сознание и вместе с ним страх смерти, он решил поползти на четвереньках искать своих товарищей. Заглохшая было жажда заговорила с удвоенной силой.

— Воды! Хотя бы одну только каплю воды! — с усилием шептал он, и вдруг в голове его мелькнула дикая мысль. Запах теплой крови дразнил и раздражал его. Напиться этой крови казалось ему величайшим блаженством. Все равно, где бы ее ни взять, лишь бы освежиться!..

Увы! напрасны все его усилия… Товарищей и след простыл. Они, верно, покинули его или, быть может, их вовсе нет уже в живых… «В таком случае, теперь очередь моя», — подумал он и с равнодушием отчаяния стал ждать своей участи.

Вдруг он услышал шум шагов. По спине его острым холодом пробежала дрожь. Он насторожился и с таким напряжением вслушивался в тишину, что слышал биение собственного сердца. Наконец он заметил в нескольких десятках шагов от себя неясную человеческую фигуру. Она бесшумно приближалась к нему. Ему трудно было сначала разглядеть ее в темноте, но мало-помалу он стал различать черты лица и даже все подробности одежды. Это был сэр Рамблер в дорожном плаще, товарищ председателя Клуба чудаков. На одном боку у него болтался бинокль на длинном ремне, на другом — большая бутылка в кожаном футляре.

— Ты зачем пожаловал сюда, товарищ? — с усилием промолвил наконец лорд Пуцкинс. — Ты жив, скажи мне, или это тень твоя?

— Зачем ты убежал от нас? — ровным, глухим голосом спросил сэр Рамблер.

Лорд жадно посмотрел на бутылку.

— Что это?

— Виски!

— Давай! Я умираю от жажды! — вскрикнул лорд и быстро протянул руку к бутылке; но в ту же минуту его окутала кругом какая-то непроницаемая, черная пелена, голова его свесилась на грудь, ноги подкосились, и он без чувств упал на землю.

В то же самое время, в другой части подземелья отдаленные удары кирок о камни вывели из оцепенения профессора Допотопнова. Сердце его неудержимо забилось в груди. Он с восторгом вслушивался в звяканье кирок, казавшееся ему милей самой лучшей музыки, какую ему приходилось слышать на своем веку, и двинулся ощупью по направлению доносившихся звуков. На ближайшем повороте он совершенно неожиданно увидел при желтом, мерцавшем свете фонариков несколько маленьких, но чрезвычайно здоровых, плотных человечков с длинными седыми бородами. Они с остервенением копали землю, и, чем дольше геолог всматривался в их подвижные, энергичные лица, тем труднее ему было сосчитать их.

С каждой минутой число их увеличивалось. Скоро их собралась огромная толпа, и звяканье кирок да грохот падающих обломков буквально оглушали профессора. Гномы работали, не переводя духа.

Один из них, обративший на себя особенное внимание ученого, прервал работу, обернулся к нему и взял его за руку.

— Я король подземного царства, — сказал он. — Пойдем, я поведу тебя в мой дворец.

Профессор почувствовал, как у него волосы на голове поднимаются дыбом.

— Не пугайся, — прибавил карлик, — вверься мне, и ты узришь чудеса, неведомые роду человеческому. Перед тобой у меня нет уже тайн.

Лоб профессора покрылся крупными каплями холодного пота.

— Какому же счастливому обстоятельству я обязан такой милостью? — спросил он, стараясь победить объявший его страх.

— Смерти! — спокойно ответил карлик.

— Смерти?! Но ведь я жив еще.

— Да, ты жив еще, — с сокрушением сказал старик, — но блаженный миг твоего спасения уже близок. Ты останешься здесь, пока не удовлетворишь своего любопытства и любознательности. Ты всю жизнь свою старался проникнуть в тайны земли, лишал себя сна, радостей жизни, покоя во имя науки, и ничего не узнал. Когда ты мнил себя у цели исследований своих, ты был от нее еще очень, очень далек. Теперь ты убедишься, как мало ты знал о земле, на которой ты родился. У меня ты найдешь историю земли, но далеко не такую, какая создалась в твоем воображении, а более полную, просторную и правдивую. Ты увидишь и род свой человеческий, каким он был когда-то. Тебя интересует последовательное развитие животного царства, начиная от первой амебы, — я и с этим познакомлю тебя.

— Но я не хочу умирать, — вскрикнул Допотопнов, рванулся вперед, вырвал свою руку из руки гнома, зашатался, упал и со всего размаха ударился виском об острый край камня. У него потемнело в глазах.

Исчезли гномы, затихли кирки, и средь мертвой тишины он слышал опять лишь удары собственного сердца, бившегося в груди, как испуганная птичка в клетке.

«Не думал я, что так тяжко умирать! А может быть… может быть, еще удастся спастись», — и несчастный пополз на четвереньках вперед. Вдруг ему показалось, что непроницаемая мгла редеет. Вдали замелькало, словно вестник света, небольшое сероватое пятно… Допотопнов собрал свои угасающие силы и пополз быстрее. Серый туман рассеялся, мрак остался далеко позади. Луч надежды проник в сердце геолога. Наконец он почувствовал легкое дуновение ветерка; в то же время перед ним запестрели светлые пятна. Это был свет. Сомнений больше быть не могло! Профессор едва не обезумел от радости. Он пополз дальше с удвоенной силой. Еще один поворот, другой, и вдруг — дневной свет рассеял мрак пещеры. По-видимому, из подземелья был еще один выход. Хватило бы только сил добраться до него. В то же время обостренный слух геолога уловил шум воды, и запах влаги приятно защекотал его нервы. Он быстро вскочил на ноги и нетвердыми шагами поспешил к выходу. Через несколько минут он вышел из туннеля в открытое пространство, залитое ослепительным светом. Он жадно, всей грудью вдыхал в себя влажный воздух. Еще несколько шагов, еще две минуты, долгих, как вечность, и ноги его потонули в песке, а на ослабевшее тело полились обильные крупные капли настоящего дождя.

— Я спасен! я спасен! — повторял он, жадно глотая стекавшую по лицу его воду.

Он подставлял дрожащие руки, собирал полные горсти воды и пил, пил без конца.

Наконец он глубоко вздохнул и оглянулся кругом. Насколько надвинувшиеся тучи, туман и дождь позволяли разглядеть предметы, ему удалось заметить с одной стороны отвесную скалу, с другой же взгляд тонул в безбрежном водном пространстве.

— Где я нахожусь? Здесь душно, жарко, — проговорил геолог и направился к берегу.

Маленькие волны ласкали желтоватую массу песка. Геолог зачерпнул воду рукой и попробовал ее. Вода была соленая. Он тщетно пытался угадать, что это за озеро. Около часу блуждал он вдоль озера в надежде найти какое-нибудь указание, какие-нибудь разъяснения о местности, где он находился. Но побережье было настоящей пустыней; он тщетно искал следов хотя бы какого-нибудь живого существа. Он скоро перестал бродить, — духота и слабость во всем теле пригвоздили его к месту, — и теперь лишь заметил кучу странных существ, неподвижно лежавших у берега и по внешнему виду напоминавших несколько гигантских мокриц.

— Трилобиты! — испуганно вскрикнул он. — Или я с ума сошел? Живые кембрийские трилобиты!

Никогда еще не изведанный им страх обуял его, когда он вспомнил о своих товарищах. Ему казалось, что он теряет сознание. Придя немного в себя, он подумал, что надо спешить к ним на помощь, и начал искать отверстие, через которое он вышел. Но, увы! дождь размыл следы его шагов на песке, и он не мог попасть в подземный туннель.