Чтение онлайн

— Твоя правда, — согласился я с мнением фамильяра. — Поэтому я ожидал, что он попросит время на обдумывание решения. Если согласится, то хорошо. Не согласится — всё также буду искать других союзников. На Ланцова в случае чего я смогу надавить долгом. С Его Императорским Высочеством та же история — хотя бы за ту пилюлю, которую я выбил, и информацию о убийце. С Яковлевым сложнее, на него нечем давить. Пока что.

— Я бы не говорил, что он твоя самая большая проблема, — Ворон приземлился мне на плечо. — Как мне видится, человек просто хочет дорваться до власти. Даже если он сотрудничает с организацией, желающей твоей смерти, сути это не меняет. Убрать его будет легче лёгкого. А вот если ты начнешь враждовать с ректором и принцем, это будет очень и очень плохо. Шансов против них у тебя маловато будет.

— С чего ты взял, что я собираюсь с ними враждовать? — приподнял я левую бровь, повернув голову в сторону фамильяра. — Ланцов не плохой человек, и заслуживает уважения., но Про принца я могу сказать то же самое, разве что он ещё жутко хитрый. Какой мне смысл делать этих двоих врагами?

— Тогда я не понимаю, чего ради ты третью фракцию, назовем её так, создаёшь? — прокаркал Ворон и щёлкнул клювом, словно требовал, чтобы я скорее ответил.

— Чтобы было меньше желания использовать меня в своих планах, — рассмеялся я в ответ. — Если бы происходящее касалось только Академии, я бы оставил всё как есть и сохранял нейтралитет — пусть сами разбираются в своих делишках. Ланцову выгодно поддерживать меня, и пока его решения не затрагивают моих студентов, на остальное мне плевать.

— Всё равно не понимаю — а зачем тебе тогда граф и другие преподаватели? — моргнув пару раз, спросил меня Ворон. — Если граф не согласится, то в первую очередь он доложит об этом ректору. Тот от такой подлости будет не в восторге. Если же согласится, то все равно эта информация дойдёт до старика. Зачем портить отношения на ровном месте, если тебя всё и так устраивает?

— Это что касается обучения студентов, А вот отношение некоторых профессоров и Яковлева ко мне — уже другое дело, — я покачал головой и стал загибать пальцы. — Во-первых, одной защиты ректора мало. Если оставлю произошедшее без ответа, Яковлев и его приспешники продолжат пытаться на меня давить. Во-вторых, мне легче будет продавливать свои интересы, и чем больше будет людей на моей стороне, тем лучше. В-третьих, это хорошая репутация и отдельный показатель силы в Академии. Ну и в-четвёртых — так легче будет продвигать свои интересы.

— Мне казалось у тебя тут только один интерес — мучить своих студентов, — весело прокаркал Ворон. До дома, к слову, осталось идти всего ничего.

— Есть за мной такой грех, — хмыкнул я в ответ. — Впрочем, я их мучаю не просто так, а чтобы они сильнее стали. Для этого придётся пойти на такие меры, от которых вряд ли кто-то будет в восторге. Даже Ланцов.

— Но что ты с ними собираешься сделать, ты мне, конечно же, не расскажешь, — Ворон стал выглядеть мрачным как туча.

— Само собой. Потому что я злой и хочу, чтобы ты страдал, — рассмеялся я в ответ, зная слабую точку Ворона.

— Ты смеешь использовать мои фразы против меня самого, Алекс? — обидчиво ответил Ворон, после чего растворился во тьме. Ничего, скоро вернётся.

В первую очередь я принялся читать письма, оставленные почтальоном. Ничего интересного в них не было — опять приглашения на разные мероприятия, ничего интересного. «Любовных писем» было три, и я уж на мгновение подумал, что они от разных людей, но нет. По почерку убедился, что писал один и тот же человек, только даты разные.

Я в них не вчитывался и бросал к остальным, не требующим особого внимания письмам. Если со второго раза девушка не поймет, что этим она ничего не добьётся, то поговорю с почтальоном, чтобы мне от неё письма не слали.

Отдельно написала письмо Некрасова, попросив меня зайти к ней гости, как появится свободное время. Причём тоже в конверте, словно подозревала, что телефон могут прослушивать.

Про то, о чём она хотела поговорить, я догадывался, так что с решил не тянуть с визитом и завтра вечером заглянуть к ней в гости. Даже интересно, что по итогу показала экспертиза. Всё-таки я не представлял, как бывший командир отряда «Когтя» мог перевоплотиться в другого человека.

Ничего другого интересного не было, за исключением пары писем от знакомых мне Искателей. Мы не дружили, но было дело сотрудничали вместе и пережили несколько волнительных моментов.

В письмах они интересовались, как моё здоровье. Обычная вежливость, не более. Хотя чего таить, приятно, когда кто-то о тебе беспокоится.

В такие моменты я невольно вспоминал о родной семье. Сейчас они живут далеко за пределами столицы, где я их уже пару лет как не навещал. Не из-за того, что не было времени — просто чтобы не дать другим зацепки. Сейчас ехать туда тем более я не собирался — пока хотя бы не уляжется шумиха.

Да, само собой я позаботился о мерах защиты. Даже если кто-то попытается им навредить, то он обломает себе зубы. Только зачем мне лишний раз рисковать их здоровьем? Тем более у них давно появилась своя счастливая жизнь, от которой они не горят желанием отказываться. Даже если это означало, что они больше никогда не станут аристократами и будут жить под чужими именами.

Из-за этого мой последний разговор с отцом дался мне тяжело. Моей силы ещё тогда было достаточно, чтобы официально отделиться от Вороновых и основать свой род. Набрать влияние тоже не составило бы труда, и с защитой никто бы даже не посмел на нас нападать или попытаться навредить семье.

Однако они предпочли оставить всё как есть. Папа с мамой устали от смертей, которые сопровождали их в то время, да и младшенькие тоже. Меньше всего им хотелось враждовать с моим дядей и его сыновьями. Ещё меньше они хотели, чтобы кто-то разделил судьбу Евгения.

Им не хотелось ни власти, ни силы, ни богатства. Они желали жить счастливой жизнью, и хотели мне того же.

Тогда мне казалось, что папа и остальные не хотели становиться для меня бременем, ведь мне пришлось бы бросить ремесло Искателя и посвятить всего себя возвышению рода. Я бы не смог нормально изучать магию и чувствовать ту же свободу, которая есть у меня сейчас.

Сейчас же я мог сказать, что их все устраивало, и они ничуть не лукавили. Именно поэтому отец не стал уговаривать меня остаться жить вместе с ними. Он понимал, что такая жизнь не создана для меня.

Особенно сильно в голове после разговора засела его фраза: «Самая большая проблема человека в том, что он внезапно смертен. Ни я, ни ты не знаем, сколько нам отмерено времени. Поэтому даже не вздумай тратить время на то, что делает тебя несчастным.»

Столько времени прошло с той встречи, а всё равно кажется, будто она была вчера. Прям ностальгия.

Внезапный стук в дверь вырвал меня из собственных мыслей. Кому в голову пришло долбиться ко мне без приглашения? Я же ещё мощность зачарования поднял недавно, чтобы ко мне непрошенные гости больше не лезли.

Неужто та девушка, которая слала письма? Нет, бред какой-то. Зачем слать письма и сразу же стучаться в двери? Да и Ворон бы сразу на радостях появился — ещё бы, такое представление для него намечалось.

Решив не гадать, кто там тревожит мой покой, я подошел к двери, открыл её, и к удивлению увидел свою студентку. Её внешний вид удивил не меньше — длинное чёрное с золотой вышивкой платье, ажурные перчатки, кулон в форме застывшей капли крови, высокие каблуки. Складывалось впечатление, будто она не ко мне в гости шла, а к императору на бал.