Чтение онлайн

Последняя работа позволила ему получить должность директора по научно-исследовательской работе в профсоюзе моряков и судостроителей, который являлся членской организацией Конгресса производственных профсоюзов США. В 1945 г., напомним, он был назначен директором Международного отдела КПП, а в 1955 г., после слияния АФТ и КПП стал директором Международного отдела АФТ-КПП, проработав в этой должности до своей смерти. Занимаясь международными делами в КПП, М. Росс имел возможность продолжать накапливать опыт изучения коммунистических лидеров.

В литературе, имеющей отношение к международному профсоюзному движению, – отмечает в своей статье Дж. Боугтон, – Росс «рассматривается как второстепенная фигура». Как чиновник, занимавший невыборную должность в профцентрах США, он «имел в лучшем случае влияние, но не власть» [189] .

М. Росс был ценен для СМО своей деятельностью в международном профсоюзном движении, но это была особая деятельность: во время этой работы он получил возможность приобрести опыт общения с коммунистическими лидерами, понять их образ мыслей и настроений, логику поведения и т. п.

М. Росс, являясь директором Международного отдела КПП, в период 1945–1949 гг. в коммунистических профсоюзах ещё считался «своим» (хотя негласно уже был членом СМО) и даже фигурировал в документах ВФП как «товарищ Михаил Росс» [190] – т. е. менее чем за полгода до того, как КПП вышел из ВФП и принял участие в учреждении МКСП. Это не могло не вызывать в сознании Росса «когнитивный диссонанс».

Переход М. Росса на открыто антикоммунистические позиции был встречен американской политической элитой с одобрением и повысил его статус в ее среде. В 1950 г. исполняющий обязанности консультанта по труду Госдепартамента США Бернард Визман в своем выступлении так характеризовал деятельность М. Росса: «В нашей стране имеются два профсоюзных консультанта: мистер Делани [191] для АФТ и мистер Росс для КПП, которые дают ценные советы» [192] . Какого свойства были эти «ценные советы» – об этом остается только догадываться, но в любом случае опыт Росса, приобретенный в ходе общения с коммунистами, играл здесь не последнюю роль.

Возникает вопрос – был ли М. Росс изначально антикоммунистом, инфильтрованным в ряды Компартии (Великобритании) с определенной целью, или же стал таковым буквально за несколько месяцев? По этому поводу остается только строить догадки, но в любом случае, став на этот путь, он попал в категорию тех, кого начали использовать западные спецслужбы в своей стратегии, получившей несколько позднее, после создания Конгресса за свободу культуры [193] , название «продвижение некоммунистических левых», которая стала «теоретическим основанием политической работы против коммунизма на два следующих десятилетия» [194] . «Эти бывшие пропагандисты Советского Союза были переформатированы, очищены от коммунизма и использованы правительственными стратегами, которые видели в их обращении неотразимую возможность для саботажа советской пропагандистской машины, которую те когда-то смазывали» [195] .

Здесь считаем необходимым сделать небольшую оговорку. История неоднократно демонстрировала, что никто так оголтело и эффективно не борется со своими бывшими сотоварищами, как отступники и ренегаты.

Хрестоматийный пример этого – Эжен Франсуа Видок (1775–1857), бывший преступник, добровольно ставший начальником Парижской тайной полиции в XIX веке, равного которому не было в деле изобличения и поимки преступников. Видок сформулировал свое кредо в словах: «Только преступник может побороть преступление». Эту свою деятельность он описал в захватывающих воспоминаниях [196] .

Другой расхожий пример, который ближе к нашей проблематике – уже упоминавшийся нами Алан Пинкертон (1819–1884) – в молодости шотландский социалист, после эмиграции в США в 1850 г. основал частное детективное агентство, которое сначала специализировалось на расследовании железнодорожных краж. Однако основной сферой деятельности агентства Пинкертона вскоре стала борьба против профсоюзного движения в США: инфильтрация агентов в руководящие органы профсоюзов, выслеживание профсоюзных лидеров, подготовка отрядов боевиков для борьбы против стачечников и т. п. [197]

Таким образом, подобно Франсуа Видоку или Алану Пинкертону действовал и бывший коммунист М. Росс, и бывший в молодости социалист Д. Дубинский, и – особо показательный пример (!) – Джей Ловстон (о котором подробнее будет рассказано выше), и многие другие. Кроме того, у тех, кто их использовал в своих целях, был расчет на то, что «бывшим левым» быстрее и больше поверят, чем правым консерваторам-ортодоксам (в плане реализации стратегии «продвижения некоммунистических левых»).

В статье, опубликованной в «Foreign Affairs» [198] , М. Росс (от имени КПП) высказал свои соображения относительно того, что должны сделать американские профсоюзы в Европе (главным образом во Франции и Италии), для того, чтобы свести к нулю влияние коммунистов в профдвижении. В начале 1951 г. КПП, открыв свой офис в Париже, направил туда небольшую группу своих функционеров во главе с Виктором Рейтером. Предложения М. Росса и были сформулированы на основе отчетов, которые присылала в КПП группа В. Рейтера. М. Росс также фактически подтверждает (без прямых отсылок к оригиналу) готовность КПП участвовать в реализации тех основных задач, которые незадолго до этого поставил в своей статье Д. Дубинский перед американским профдвижением.

Таким образом, западная элита получила от влиятельных лидеров двух основных профцентров подтверждения того, что американские профсоюзы имеют ясно сформулированную программу своей внешнеполитической деятельности и готовы мобилизовать свои ресурсы для продвижения антикоммунистической и антисоветской внешней политики США.

Некоторые американские влиятельные профлидеры, которые не были членами СМО, тем не менее старались довести до этой организации свое видение проблем, стоящих перед американским обществом, и путей их решения. Одним из них, к примеру, был Альберт Шанкер [199] .

Альберт Шанкер (Albert Shanker, 1928–1997) возглавлявший Американскую федерацию учителей (АФУ; American Federation of Teachers) с 1974 г. до своей смерти, был тесно связан с партией «Социал-демократы США (СД/США)», которая, как увидим далее, сыграла заметную роль как в профдвижении США, так и в СМО. Руководство Совета было заинтересовано в том, чтобы Альберт Шанкер, как человек весьма образованный и имевший, как лидер профсоюза учителей, прямое отношение к системе образования в США, состоял членом СМО. Но Шанкер так никогда и не стал членом СМО. Он, скорее всего, не изъявлял желания вступить в СМО, поскольку в таком случае деятель такого масштаба был бы принят. Но он ограничивался просто сотрудничеством с Советом, не желая себя связывать лишними обязательствами.

С 1980 г. профсоюзы американских учителей (АФУ и Национальная ассоциация образования) внесли почти $57.4 миллионов в избирательные федеральные кампании, что приблизительно на 30 % больше, чем внесла какая-либо корпорация или другой профсоюз. Около 95 % политических взносов от профсоюзов учителей были направлены демократам. В 2008 г. взнос АФУ в пользу избирательной кампании Хиллари Клинтон составил 1,784,808.59$ и 1,997,375.00$ – Бараку Обаме [200] .

В 1951 г. состав профлидеров – членов СМО также пополнил Борис Шишкин (Boris Shishkin, 1908–1984). К тому времени этот эмигрант из Одессы во внешнеполитических делах в США ничем особым себя не проявил (кроме того, что в 1948 г. был специальным помощником А. Гарримана, курировавшего реализацию плана Маршалла в Европе). Видимо, коль скоро его пригласили в СМО, Шишкин подавал в этом плане большие надежды на будущее. Но затем он занимался сугубо внутренними профсоюзными проблемами: был главой отдела гражданских прав в АФТ-КПП (после 1955 г.), а затем – секретарем жилищного комитета АФТ-КПП. Тем не менее, он оставался членом СМО до своей смерти.

Б. Шишкин, не имевший прямого и тесного отношения к международной политике, казался человеком, случайно попавшим с СМО. Это говорило о том, что еще до конца не были выработаны критерии отбора кандидатур на приглашение в СМО из числа профсоюзных лидеров, тем более, что некоторые из них могли и не принять приглашение. Однако первый опыт участия профлидеров в СМО (в особенности Д. Дубинского и М. Росса) показал, что они имеют большой потенциал и могут внести свой вклад во внешнеполитических делах, особенно в условиях холодной войны.