Прогулки вдоль линии горизонта (сборник)
Шрифт:
Родина (1)
Ирине Чемодановой
(Воспоминание о 50-х) [7]
Родина, просто ли родина —роды, и росы, и рожь?В мир прирастаем к ней родинкойдуха? Отрежут – умрёшь?!Солнцем раёшно заоблачным,пестрядью детской берёз,ситником пыльным просёлочным,говором линий и гроз.И расстояньем – громов и вьюг(даль и лесная мгла)?Или – от дула к надбровьюгулом – вдоль рук и стола?Трав неоглядною ржавью,горечью их неживой,глушью равнин – рвы зажаты! —в чёрный распах ножевой?…Гром приумолк, мгла уж прячется,битвы покрыты землёй.Что всё клянёшь ты нас, мачеха?Матушка, боль успокой!7
Стихотворение долго пролежало в черновиках. «Воспоминание (о 50-х)» в заглавии появилось намного позже. («Родина»).
Осенний рисунок. Дорога
Гадалка
1. В детстве
2. Гадание. Провал
8
Туры – туристические поездки. Манкий (-ая) – на жаргоне 50 – 70-х – заманчивый, манящий (от «манить»).
9
Имя обезглавленной французской королевы.
Пасьянс с таким названием был. Помнится, был даже и пасьянс «Могила Наполеона».
3. Очнувшись…
Мне в этом зеркале
Моя Пьеретта
I
Постылым стал асфальт дороги пыльным – лоск зелёный листьев.Так мне приснился городок,куда с пути так просто сбиться.Там ярмарка, там все кричат,и мой двойник, что канул в воду:«Кому нужна – всего на час —моя бессрочная свобода?»К нему подходят. В первый разглаза – две капли небосвода.«Жаль, что не будет вам как разшар-балахон моей свободы.Она по мерке им да мне(врождённая ли, с ней мы сжились?),но в гулком этом полотнемы для других – уже чужие.Да, ворот глух, а платье – нет,что хочешь в нём, летай ли, плавай.Как в мешковине – тьмы плотней —смешно барахтаться, не правда ль?» II
Вокруг – свист, брань. Гремят, орут,змеятся, содрогаясь, трубы,за души дёшево берут,в улыбках лопаются губы.Обмены-мены без конца,и нет черты – хотя бы зыбкой —в куске всеобщего лицас разорванной, как нить, улыбкой.Подходит странный человек,глаза как выбитые донья,косой пергамент жёлтых век.Он склеит лаком мне ладони.Углом положит их на грудь,а ноги вытянет, как палки,уж головы не повернутьна клейком кукольном прилавке.Мой балахон срывают – р-раз! —царит иная в морге мода.…Тракт, рельсов гул, последний час…Владимирка… вагон «Свобода». Корни
Из цикла «Местоимения и корни»
Только б не ведать, только б забытьВ слове голубить – слоги «убить»,Призвук презренья – в слогах «призреть» [10] ,В участи, чести – не слышать «учесть».Крепки ли мы на земле, когдаВ родине громко слышно – «орда»?Если я мыслю, значит, жива?Если я плачу, значит, я есть?Или – плачу за то, что живу,Промыслом, хлеб мне дающим здесь?Мир растворяется – вширь ли? На нет? —В круге зрачка ускоряется свет,Нам остаётся осадка ночлегВ вольноотпущенном русле реки.Известь в ручье, в глине соль и вода,В изнеможенье распада и льдаДождь, снегопад и зелёный побег,Вьющийся, вечно витающий снег…Господи Сил и Боже Любви,С чем мы смесили слоги Твои?Явь – водопад, гроз – светотеньСлоги Твои, Отчая сень.10
Призреть, призревать – дать убежище, приют (отсюда старинное Дом призрения).
Скрипач
М. Малевичу
I
В глухом городке, на эстраде дощатойстоит человек, улыбаясь печально.Но руки уверенно держат улыбку,летящую бегло, зеркально на скрипку,(созвучные смыслы скрывая и знача,то прячась, то вглубь что-то яркое пряча).Без умолку солнце колеблется, льётся,так вдруг с потолка паутинка сорвётся —на каплю, что в тёмной водице смеётся.И вновь безустанно прядётся и вьётся,а тени стрекоз пропадают в колодце. II
Глухой городок в носорожьих сугробах,далёко в снега убегает дорога.Чьё сердце стучит всё короче и глуше,ритмичному току смычка непослушно?Кружит, кувыркается нота бемоли,вдоль чёрной спирали влекомая болью,Скачок между соль и басовым ключами!(В конце – как всегда, побеждает молчанье,не длись ни секунды, мгновенье, – довольно!Раз больше не нужно, и больше не больно.)Всё, нота упала. Хлопки простучали,и нет никого… На эстраде дощатойзачем (вслед кому?), улыбаясь печально,стою я и жду… Нет скончанья молчанью. Поделиться с друзьями: