Чтение онлайн

Двойники вокруг гроба шушукались, перемигивались и, в общем, особо печальными не выглядели. на меня никто внимания не обратил. Напротив шушуканье стало более активным, и наконец одного меня - пониже и покоренастей, в косо сидящем пиджаке - вытолкнули на возвышение. Вытолкнутый слабо пытался отмазаться:

– Вы ж знаете, я не умею...

– А кто умеет?

– Давай, не выеживайся, твоя очередь.

– А, шут с вами. Выпить дадите?

– На, алкоголик.

Двойник заглотил полстакана и неловко, боком, полез на возвышение. Утвердившись, он взмахнул невесть откуда взявшейся кепкой:

– Ну, короче, так... Долго распинаться не буду, сами все не хуже знаете. В общем, на двадцать каком-то там году жизни покинул нас, а проще говоря, склеил ласты наш друг и собутыльник...

Я подтолкнул локтем ближайшего двойника:

– Слушай, а вообще, что это за?..

Тот усмехнулся:

– Да мы этого придурка два раза в неделю хороним... Погоди-ка, ты что - новенький?

– Ну. Вроде как.

Он оскалился во всю пасть, хлопнул меня по плечу:

– Класс! Э, там! Уродцы!
– заорал он.
– Новенький пришел! Пусть он скажет!

– Сами меня уговаривали, - попробовал рыпнуться двойник на возвышении. Остальные тут же загалдели:

– Достал! Каждый раз одно и то же!

– Дайте новенького послушать!

– Новенький, давай!

– Кончай стрематься! Водки ему налейте! У кого пузырь?

– Мужики, вы чего?
– я попробовал вывернуться.
– Я ж не...

– Знаем, знаем, знаем... Не говорец, не речевик. Главное, не зажимайся, все свои. Лепи что в голову придет, по барабану.

Я залпом проглотил теплую водку. Меня хлопали по плечам, гудели в уши, подталкивали к возвышению, помогая подняться:

– Главное - не бойся.

– Кепку ему дайте, как он без кепки?

– Да пошел ты на броневик со своей кепкой!

– Ша! Заткнулись все! Давай, новенький!

Я выпрямился, засунул руку за отворот камзола:

– Ну что, приступим. Итак, сегодня мы в очередной раз провожаем в последний путь одного из нас... Что ж, скатертью дорожка ему. Он полагает, что осиротил нас? Прошу вас, братцы кролики, приглядеться к покойнику повнимательней. Поглядите только на эту довольную ряшку! Валяется себе кверху брюхом и ждет соболезнований, а так же теплых хороших слов... От меня - не дождется. Заявляю со всей ответственностью: покойник был изрядной сукой и пасовал при трех тузах... Пардон, сбился. Так вот, глядя на эту довольную рожу, господа, я предполагаю следующее развитие событий: эта сволочь полежит себе в гробу, выслушивая соболезнования и хихикая над некрологом, который сам же и писал, кстати, а потом воскреснет и как ни в чем не бывало нажрется на собственных поминках. Так вот, чтоб впредь неповадно было, я, стоя над этими бренными останками, вношу следующее предложение: бренным останкам сегодня не наливаем!

– Браво!
– рявкнул кто-то из двойников. Лежащий в гробу сел, вытащил изо рта сигарету:

– Э, мы так не договаривались!

– Молодец, новенький! Так его!

– А вы не стойте, разливайте давайте!

Соскакиваю с возвышения, двойник вылезает из гроба:

– Это, знаешь ли, подло.

– Что делать, жизнь такая.

– Если ты такой умный, угадай с трех раз, кто сейчас в рог получит?

– Тебе, что ли, не терпится?

Отклонившись корпусом, пропускаю над плечом кулак, в повороте резко бью от пояса - и рука налетает на неожиданно холодную и твердую преграду, слышу только, как хлюпнуло, разлетаясь, стекло. Тупо смотрю на зеркальные осколки на полу, на свою изрезанную руку. Поворачиваю голову - и сотни двойников повторяют то же движение, протягиваю руку, дотронуться до ближайшего - и тянутся со всех сторон руки, руки, руки... Поднимаю взгляд - сверху, справа, слева глаза, сплошь расколотые, искаженные отражения, рассыпанные кусочки мозаики. Разъятый на элементы и беспорядочно перемешанный я. Эти зеркала могут и планку сшибить...Что-то уж больно простенько Йокан развлекается - этот способ человека из колеи выбить давно уже известен. Но так или иначе, подобные штучки всегда бьют в цель, а значит, надо отсюда как-то сваливать.

Не обращая внимания на тянущиеся со всех сторон руки, делаю шаг вперед - и налетаю на очередное зеркало. Так... Но где-то ж должен быть проход, верно? Кружусь, нащупывая дорогу, как слепой, и кружатся части тела вокруг. Глаза пока лучше закрыть. Силовое зрение не работает - это уже плохо... Поворот. Еще один. Есть еще вариант - пойти напрямик и поколотить все это к свиньям, но это ж явно не выход... Интересно, а сейчас я по ту сторону зеркала или по эту? И, раз уж на то пошло, какая сторона - та?.. А с другой стороны, раз я в Запределье, сквозь зеркало пройти - ноль проблем... если, конечно, это именно зеркала.

Шаг сквозь зеркало - в другое состояние. В статику. Меня моментально распрямляет. как куклу на пружине, замираю в какой-то нелепо-скульптурной позе, с вздернутой головой и напряженными мышцами, но пошевелиться не могу - движения сковывает какой-то прозрачный материал вроде полиэтилена. Пока не могу разглядеть даже того, что прямо под носом творится, слышу только голос, похожий на мой:

– А теперь, господа, внимание: следующий номер на нашем аукционе - живой Чародей. Представлять его нет нужды, вам он хорошо известен. Не будем заострять внимание на убойной силе объекта, рельефности мускулов, и прочая, и прочая... Но присмотритесь к следующим деталям: Камень как часть личности - не правда ли, примечательно?
– и чародейский меч. Стартовая цена - четыре скальпа. Всего четыре скальпа за такой великолепный экземпляр! Поднимайте ставки, господа!

– Пять скальпов!

– Пять! Кто больше? Неужели нет желающих? Ага, десять! Кто больше? Десять - раз...

– Перстень с королевской печатью!

– Капля росы под лунным лучом!

– Капля - раз... Кто больше?

– Два больших глюка!

Какой-то бред. Гротеск. Ладно, Силу мне пока не отключили. Просчитался Йокан. Стекаю сознанием в Камень, открытый Запределью, чувствую настрой зала - жадный, корыстный интерес... ко мне? И понимаю, как по ним ударить - разом по всем, как по скопищу тараканов, страхом по мозгам...

Еще до удара вдруг проклятая скованность пропадает, соскакиваю с малюсенького, в две ладони, постамента, разминаю затекшую спину - и обнаруживаю, что прикид на мне снова сменился. Черные, в облипку, штаны наподобие трессов, белая рубаха с открытым воротом и пузырчатыми рукавами, ботфорты до колен. За спиной чувствуется что-то плотное. Оглянувшись, обнаруживаю, что нахожусь внутри голубовато светящейся косой восьмиконечной звезды - мерцание мешает что-либо толком за ее пределами, но угадывается, вроде бы, тот самый "тронный зал" наверху башни, только такой, каким он изначально был, во всей пышности. Каким-то чутьем понимаю, что это - место для поединка, что-то вроде «суда божьего», и я - один из участников.

Мой противник - в дальнем от меня углу, стоит спиной ко мне. На нем такая же одежда, только длинные волосы перехвачены не кожаным ремешком, как у меня, а серебристой повязкой, концы свисают на левое плечо. он с кем-то разговаривает. И вообще, чувствуется, что зрителей порядочно собралось... Не очень разглядишь, кто там и что, но, по-моему, мелькнула в толпе бородатая физиономия Даэла, маячит сгорбленная фигура Учителя, на момент возникает чья-то полузнакомая рожа белобрысая, худая, с круглой плешью, только почему-то в погонах, но тут же пропадает.

Расставив ноги, опираюсь обеими руками на меч. Вроде бы, я в относительно приличной форме... Противник поворачивается лицом, замирает в ожидании сигнала. Так и есть, мое лицо, только без шрама на лбу. Чего-то в этом роде и стоило, наверно, ожидать. Помнится, и в Ущелье мне башку раскроил именно двойничок... Вот, стало быть, и финал. Но тут уж поглядим, по крайней мере, кто кого.

Хрипло и пронзительно прокричала труба, подавая сигнал, мы с двойником двинулись к середине огороженной площадки, синхронно отсалютовали клинками. Довольно решительно двойничок выглядит... Оскалился, взялся за рукоять меча - тоже Хельмберта!
– двумя руками - и тут же повел яростную атаку.