Чтение онлайн

Это должно было быть настолько эффективно, что позволило естественную детскую смертность сократить до минимума и расширить ареал обитания, потому, что вода как аккумулятор тепла делал среду вокруг детенышей более комфортной, так как не было неизменных перепадов температур в суточном периоде день-ночь, таких как на суше. Конечно, можно предположить, что этот, теперь уже не такой и обязательный морфологический признак существует до наших дней в активном состоянии, только потому, что его поддерживает от затухания, как раздражитель, околоплодные воды, окружающие ребенка до рождения.

Великолепная «грива» волос у нас на голове, как видовой признак, у гоминид сформировался не только чтобы защитить голову от палящих лучей солнца, когда тело находилось в воде. Она появилась и для того чтобы детеныши, которые плескались рядом с взрослыми особями, могли в любой момент, при необходимости, ухватиться за волосы и удержаться на поверхности воды. А причин для этого в окружающей водной стихии было более чем достаточно.

Каждая мать, испытала на себе, какие сильные руки в хватательных движениях у младенцев и как они ловко хватают и крепко держат волосы своей мамы, когда она наклоняется над ними, лежащими в кроватках. Эти рефлекторные хватательные возможности младенцев вот оттуда из тех далеких времен. А у наших женщин перед родами на голове вырастают некоторые волоски большей прочности, чем остальные, как бы готовясь к тому, что ребенку на первых порах жизни это будет жизненно важно.

При перекочевке на другое место в прибрежных зарослях, а тем более при возникновении какой-либо опасности, когда взрослым быстро приходилось покидать пастбище, детеныши, ухватившись за волосы находящихся рядом взрослых особей «буксировались» в безопасное место. Этот способ позволял быстро передвигаться, так как руки взрослого были свободными для плавания. Таким образом, великолепная «копна» волос на голове у гоминид имела важное практическое значение. Длина волос, без сомнения не была очень большой. Естественный отбор потрудился, чтобы волосы были определенной длины. Чересчур длинные волосы это большая опасность в водной среде. В принципе они были такими, чтобы детеныш мог за них ухватиться, плавая не далеко от матери или других взрослых особей, но и только. Для регулировки длины был выработан механизм секущихся волос, который и сейчас некоторым женщинам доставляет много хлопот. Кстати, ношение длинных волос женщинами это не традиция и не каприз, и не прихоть, это, в общем-то, остатки видового поведения.

Мы просто не знаем, какова видовая роль волос, которые растут у взрослых людей на лобке и под мышками. Можно только предположить с большой натяжкой, что они остались у гоминид для ориентации детенышей плававших рядом со взрослыми, чтобы эти маленькие, но шустрые создания могли в воде отличить взрослых от старших по возрасту детей, которые уже могли самостоятельно добывать себе пищу, но еще были слабы физически. У детей до подросткового возраста растительности на лобке и под мышками нет. Это вполне возможно было необходимо для того, что бы детеныш в минуту опасности мог отличить взрослого от ребенка и не схватить за волосы на голове не на много старшего своего собрата, что, конечно, при определенных обстоятельствах влекло за собой гибель обоих.

У животных ведущих наземный образ жизни шерсть встает дыбом в моменты агрессивного поведения, или в другие моменты жизни, где есть необходимость показать, какой он большой и сильный. У человека ведь тоже есть такой эффект, который очень любят писатели и кинематографисты, обыгрывать в комедийных ролях. Это когда при сильном испуге волосы на голове становятся дыбом. У наших далеких предков данный механизм поднятия волос при испуге был хорошо развит. При нападении или опасности нападения хищника волосы у гоминид вставали торчком. Тело-то в воде более менее защищено, а вот голова и плечи на виду и являлись для хищника мишенью номер один. При испуге эта великолепная грива волос рефлекторно поднималась, что иногда заставляла хищника промахиваться. Но основная значимость данного эффекта в такой ситуации все же была не только в этом. Он служил в качестве сигнала об опасности для всех находящихся рядом представителей ассоциации. Этакая «вспышка» волос светлой окраски над водой, Даже кричать об опасности не надо, будь только наблюдательным. Конечно, это была не передача сигналов в прямом смысле, а лишь отражение эмоционального состояния животного в ответ на возбуждение окружающего информационного поля факторами опасности прямой или мнимой. Конечно, это был далеко не единственный способ оповещения. Можно с уверенностью сказать, что существовал набор криков оповещающих об опасностях их разновидностях и общих насущных потребностях индивидов. Мы об этом говорили выше.

Тут сразу у читателя может возникнуть вопрос. А почему, собственно, волосы у гоминид на голове должны были быть светлыми? Для этого предположения есть некоторые причины. Ну, во первых: Это была защитная окраска, путем естественного отбора выработался такой цвет, который бы терялся среди солнечных бликов на воде и в зарослях полуводной растительности, которая во многих моментах вегетации так же имеет определенный, желтоватый цвет. Во-вторых: такой цвет волос в воде помогал детенышам отличить их от темных и зеленых водорослей. В-третьих: в «меню» гоминид входило большое количество рыбы, которая как вы знаете, богата фосфором, а он способствует отбеливанию волос.

По данным исследований проводимых в конце 70-х годов прошлого века среди скандинавских народов, было выявлено то, что они потому, по своей этнической природе светловолосые, что традиционно употребляли в пищу большое количество рыбной продукции. Правда, исследователи заметили, что в последние десятилетия скандинавы как-то «ошатенились» - потемнели волосы. Предполагают, что это в связи с кардинальными изменениями потребления пищевых продуктов в сторону уменьшения рыбных компонентов. Оппоненты могут возразить, что вот, мол, японцы и полинезийцы употребляют большое количество рыбы, а вот «блондинестее» не стали. Тут, скорее всего дело в расовой особенности организма. Даже сейчас, спустя миллионы лет мужчинам, не зависимо от расовой принадлежности, в большинстве своем нравятся блондинки. Эта информация впечатана с тех давних времен. Видите, как мы тесно связаны даже с самыми далекими своими предками.

Материнство у предгоминид и гоминид в принципе ни в чем не отличалось от материнских инстинктов высших млекопитающих, где естественный отбор проявляется в стремлении детеныша, еще с утробы матери, получать как можно больше благ и как можно большее время. Со стороны же матери существует стремление сделать своего детеныша как можно быстрее самостоятельным с наименьшими затратами своих сил и средств. Поэтому потомству уделяется, столько внимания, сколько необходимо для выживания и все... Инстинкт самосохранения самки, защищающий ее интересы, как особи или индивида в таком плане расходятся с интересами потомства, точнее вида в целом. Интересы каждой стороны в этой извечной борьбе строго охраняются всем пакетом инстинктов, не допуская попытки переступить границы физиологической дозволенности. Поэтому детеныши предгоминид очень рано начинали самостоятельно двигаться в окружающей и доступной среде, конечно под жесткой опекой матери или может быть и всех взрослых.

Наши новорожденные дети малоподвижны и беспомощны только потому, что после рождения попадают в крайне враждебную для них обстановку. Воздушная среда не их жизненная территория. Вода - вот стихия после рождения. Результаты исследования доктора И. Чарковского, в 70-х годах прошлого века, тому подтверждение. Предложив своей жене родить ребенка в воде, он сделал ряд открытий, которые приподняли занавес времени над образом жизни наших далеких и не очень далеких предков. Оказалось что воздействие воды на кожные, нервные окончания в совокупности своей уменьшает интенсивность родовых схваток - расслабляет. Вообще, как замечено в опытах Чарковского, шум воды успокаивает роженицу.

Каким же образом происходили роды у гоминид, освоивших прямохождение, которое очень усложнило роды. Такой позы роженицы, которая принята в нашем цивилизованном мире, скорее всего не было. Водная среда не предполагает такой возможности. А вот роды, сидя на корточках чтобы плод выходил непосредственно в воду наиболее приемлемый способ. То есть самка гоминид находила тихое укромное место с проточной водой с ровным желательно песчаным дном. Располагалась на глубине, которая позволяла сидя на корточках не погружаться в воду с головой. При начале схваток самка начинала присаживаться, тем самым своей позой давя на живот, что облегчало выход детеныша потому, что при таком положении тела плод находится на наименьшем расстоянии от выхода и своим весом и инстинктивными стремлениями давит на шейку матки, помогая ей раскрыться.

Рождение ребенка в воду известно человечеству давно. Так поступали, например, жрицы в Древней Греции. В наше время такой способ назван «мягкими родами» потому, что они в водной среде менее болезненны и менее стрессовые как для матери, так и для ребенка. К тому же новорожденный из околоплодной жидкости сразу попадает в среду более похожую на ту, где он формировался, и которая очень резко отличается от воздушной среды по конкретным параметрам, абсолютно чуждых новорожденному, и к которым, в последствии, он очень долго привыкает. Все мы несем в себе этот огромной мощности стрессовый удар по нашей психике, возникающий в момент рождения, хотя и сглаженный слабо выраженным, на этом возрастном уровне, но гибким адаптационным механизмом, который был не до конца отработан, из-за того, что наши предки рано покинули свою экологическую нишу. Благодаря рождению в воду ребенок не испытывает такого сильного стресса, а значит у него не блокируются некоторые его способности и элементы видового поведения такие, например, как плавание и ныряние.