Чтение онлайн

Я как можно доскональнее рассказала обо всем, что происходило в замке этим вечером, стараясь не упустить ни одной детали, Дэвид немногое мог добавить к моему рассказу. Теперь Эрику Катлеру, как он сам признал, было значительно легче говорить с остальными свидетелями. Поскольку комиссар настоял на нашем участии в этой процедуре, я могу рассказать о ней довольно подробно. Первым был доктор Тарни, поскольку он был единственным, кто по-настоящему спешил покинуть место происшествия.

— Насколько хорошо вы знали господина Парра? — спросил комиссар после всех необходимых формальностей.

— Мы ни разу не встречались до этого момента, — ответил доктор, но мне показалось, что он хотел что-то добавить.

Я не ошиблась. Тарни заговорил, не дожидаясь следующего вопроса.

— Я бы хотел вам кое-что сообщить, хотя это, конечно, нужно будет проверить. — Он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Да, я никогда не встречался с покойным раньше, но я знаком с его лечащим врачом и считаю, что у доктора Крафта есть для вас очень важная информация.

— А вы нам эту информацию сообщить отказываетесь? — на всякий случай спросил Эрик Катлер, хотя ответ был очевиден.

— Видите ли, я не могу вам ничего сообщить, не нарушая врачебной этики. Информацию я получил случайно, да могу и ошибиться. Я всего лишь высказал предположение, а доктор Крафт, думаю, не станет от вас ничего скрывать.

— Но факты, на основании которых вы сделали ваше предположение, разве вы не можете сообщить?

— Кое-что могу, но, поверьте мне, вам лучше поговорить с Крафтом.

— Ну, хорошо, спасибо вам, доктор. Вы можете быть свободны.

— Спасибо, но не могли бы вы разрешить и Марике Кроун покинуть замок? Я обещал отвезти ее домой.

— Тогда вам придется задержаться на несколько минут, пока мы зададим ей пару вопросов. Если вам не сложно, пригласите ее, пожалуйста, сюда.

Марика выглядела совершенно спокойной, и это не вызывало удивления. Неприятно, когда подобное происходит на твоих глазах, но вряд ли Марика была знакома со старым коллекционером, а смерть незнакомого старика не способна по-настоящему потрясти.

Катлер задал несколько обычных вопросов, включающих анкетные данные, а затем перешел к деловой части разговора:

— Были ли вы знакомы с покойным до встречи на этом приеме?

— Да, — неожиданно ответила Марика. — Господин Парр — мой довольно близкий родственник.

— Как часто вы с ним встречались и как складывались ваши отношения?

— Какие отношения, комиссар? Дядюшка Морис терпеть не мог всех своих родственников, не думаю, что я была исключением. Еще ребенком я, возможно, видела его на каких-нибудь родственных мероприятиях, но не помню. Я упомянула о наших родственных связях, только чтобы уклонение от ответа не вызвало подозрений. Вы ведь все равно бы об этом узнали, не так ли?

— Скорее всего, да. Значит, вы с ним не встречались и на наследство не рассчитываете?

— Ну, почему же, — усмехнулась Марика. — Если мне что-нибудь перепадет, не откажусь и буду весьма довольна.

— Я вижу, вы не слишком опечалены, — заметил Катлер.

— Не думаю, что кто-нибудь будет в этом случае по-настоящему горевать, хотя по-человечески всегда жаль, когда кто-то внезапно умирает, да еще вот так. Но я не собираюсь притворяться. К тому же если дядя Морис решил уйти из жизни, то это его право. — Марика пожала плечами и посмотрела на комиссара, как мне показалось, с некоторым вызовом.

— Так вы считаете, что это было самоубийство?

— А что же еще? Мы все пили это вино. Если яд оказался в бокале Мориса Парра, то кто его мог туда всыпать?

— Думаю, что ваши выводы несколько поспешны.

— Возможно, и так, я всего лишь предполагаю. Могу себе это позволить, поскольку не служу в полиции.

— Конечно, — согласился Эрик Катлер. — Что ж, спасибо за откровенность, вы можете покинуть замок, но просим не покидать города, не сообщив об этом нам, до окончания следствия.

— К счастью, никакие путешествия не входят в мои ближайшие планы. До свидания, господа. Всегда готова помочь, комиссар.

— Скажите, Марика, — вмешалась в разговор я, — вы ведь не хотели сегодня уезжать из замка?

— Да, Роберт предложил мне погостить у них несколько дней. Я хотела воспользоваться этим, чтобы сменить обстановку, и пожить в замке, — улыбнулась она. — Все мы любим немного поиграть в другую жизнь… Но я понимаю, что мое пребывание здесь после всего случившегося станет слишком тяжелым испытанием для Мишель. Она была не в восторге от этой идеи, а мне свойственно человеколюбие.

Марика удалилась. Комиссар задумался.

— В ее словах по поводу возможного самоубийства есть некое рациональное зерно, — вдруг заявил он. — Прежде чем мы продолжим опрос свидетелей, я бы хотел кое-что обсудить с вами. А точнее, давайте постараемся вспомнить все, что касается этого единственного бокала, в котором оказался яд.

— Замечательная мысль, комиссар, — поддержала я, — давайте.

— Итак, припомните все, что сможете, начиная с того момента, как появились бокалы и вино.

— Вино вкатила на двухъярусном столике девушка, вы могли ее видеть, комиссар, она была в той комнате, где все произошло, в тот момент, когда вы вошли. С ней тогда разговаривал Кроун.

— Да, я помню ее. Продолжайте.

— Сверху стояли пустые бокалы, ваза с фруктами и еще две с конфетами.

— Нет, — поправил меня Дэвид, — с конфетами была только одна вазочка.

— Не спорю, может быть. Внизу стояло несколько бутылок вина. Кроун взял одну из бутылок, открыл ее и разлил вино по бокалам.

— Как он открывал бутылку?

— Штопором. Штопор тоже, видимо, лежал наверху, рядом с бокалами, просто по степени его наклона трудно сказать, что он брал что-то с нижней полочки. Слегка склонился, чтобы взять бутылку за горлышко, и все.

— Да, я тоже так думаю, — поддержал меня Дэвид в ответ на взгляд комиссара в его сторону.

— Как присутствующие брали бокалы? Все ли пили это вино?

— Мне кажется, что вино пили все. Но никто не вставал, чтобы взять бокал, девушка подвезла столик с угощением к каждому из гостей. Комната не такая уж большая, это не заняло много времени. Все, кроме Кроуна и Парра, держали свои бокалы в руках, во всяком случае, когда мы отправились смотреть портрет.