Чтение онлайн

Многие женщины [126] страдают хроническими соматическими заболеваниями, во время их обострения меняется поведение женщины, она перестает контролировать свое поведение, что может привести к совершению преступления. Опыт работы сотрудников Федерального центра пограничной психиатрии в общесоматических стационарах (Ромасенко Л. В. и др., 1985–1999) [127] , показал, что среди пациентов терапевтических отделений многопрофильных соматических стационаров, психогенные (невротические) реакции наблюдаются в 12,6 % случаев, неврозы и невротические развития личности – в 7,8 %, неврозоподобные расстройства при соматических заболеваниях в 10,1 %. Среди пациентов неврологических отделений многопрофильных больниц неврозоподобные расстройства (при сосудистых, инфекционных, травматических поражениях головного мозга) отмечены в 7,3 % случаев [128] . В территориальных поликлиниках частота пограничных психических расстройств оказывается еще большей. Было проведено сплошное обследование больных терапевтического участка одной из территориальных поликлиник Москвы. Пограничные психические расстройства были обнаружены – у 51,6 % больных [129] . При оценке нозологической принадлежности изученных расстройств невротические реакции выявлены у 9,3 % обследованных, неврозы – у 5,6 %, психопатии и акцентуации характера – у 13,6 %, неврозоподобные расстройства при соматических и неврологических заболеваниях – у 23,1 % больных. Сравнение полученных результатов В. М. Махова, Л. В. Ромасенко, А. Ф. Кузьмичева с данными В. Н. Козырева и А. Б. Смулевича (1981), которые проводили изучение на контингенте больных психиатрического кабинета одной из территориальных поликлиник Москвы, (представлено в приложении № 9). Оно свидетельствует о том, что среди клинических вариантов пограничных психических расстройств довольно часто при соматических заболеваниях отмечаются психогенные (невротические) реакции на сам факт соматического страдания с преимущественно неврастенической, истерической или обсессивно – фобической симптоматикой. При длительном, хроническом течении соматических расстройств у больных наблюдаются стабилизация невротической симптоматики, формирование неврозов (состояний), а затем и невротических развитий личности. При этом, как правило, сохраняется и развивается (усложняется) структура психопатологического синдрома, который был лишь намечен в первый период возникновения невротической реакции. Эта динамика определяется, с одной стороны, психотравмирующими факторами и личностными особенностями больного, с другой – закономерностями течения основного болезненного процесса, в той или иной степени изменяющего психическую деятельность.

При любом соматическом (неврологическом и др.) страдании возможны те или иные психопатологические проявления невротического уровня. Это обосновывает необходимость «сближения» современной пограничной психиатрии и общей медицины. Оценка глубины и выраженности депрессивных поражений требует соотнесения их с тяжестью и типом течения соматического заболевания (туберкулез, заболевания почек, различных оперативных вмешательств и т. д.), которые оцениваются врачом-терапевтом [130] .

Судебно-психологическая экспертиза эмоциональных состояний [131] назначается в случаях, когда встает вопрос об установлении аффекта, либо иного эмоционального состояния. В числе доказательств, устанавливающих наличие эмоционального состояния подэкспертной женщины [132] , используется заключение судебно-психологической экспертизы. Важной особенностью физиологического аффекта является то, что он воспринимается как необычная, парадоксальная, чуждая личности подэкспертной женщины [133] форма реагирования на конфликтную ситуацию. Нередко следствие, дознание и суд, сталкиваются со сложными проблемами анализа причин деликта, поэтому на предварительном расследовании, даже когда не ясна конкретная причина преступления, анализ индивидуально-психологических особенностей личности будет способствовать выявлению типа аффективных ситуаций и характера психогении [134] . В каждом конкретном случае следует решать вопрос о наличии или отсутствии аффекта, поэтому правомерно назначение судебно-психологической экспертизы на предмет аффекта в отношении женщины [135] .

Назначать судебно-психологическую экспертизу следует женщинам [136] , имеющим пограничные состояния психического здоровья, о чем могут свидетельствовать медицинская документация, информация об отклоняющемся от нормы поведении, а также само поведение женщины в ходе предварительного расследования.

Н. имела психическую патологию в форме пограничного личностного расстройства психики с параноидальными акцентуациями. Следователь не направлял ее на консультацию ни к психологу, ни к психиатру, экспертиза в отношении Н. не проводилась [137] . Н. в ночь с 2 на 3 декабря 2008 г. в своем доме в деревне К. Ярского района УР, в состоянии алкогольного опьянения нанесла несколько ударов топором своему мужу. От полученных повреждений он скончался. Затем она разрубила труп и частично сожгла. В момент совершения правонарушения Н. находилась в состоянии шизоаффективного психоза, его остаточные симптомы были выявлены при СППЭ.

Суд приговорил Н. к 6 годам лишения свободы. Защитник подал кассационную жалобу, в которой указал, что судебно-психологическая экспертиза в отношении Н. не проводилась. При повторном рассмотрении с учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы суд приговорил Н. к 3 годам лишения свободы.

По данному примеру невозможно говорить о качественном изучении личности женщины [138] – следователем, влиянием психических расстройств на мотивацию ее поведения. В указанной ситуации большое значение имела деятельность защитника, именно он ходатайствовал о проведении Н. [139] консультации специалиста и добился проведения экспертизы по изучению ее личности.

В течение же относительно короткого времени непосредственного общения с женщиной [140] следователю (дознавателю) сложно определить не только основные (базисные) психические качества личности женщины, но и адекватно оценить ее ситуативные эмоциональные состояния для того, чтобы учитывать их при определении квалифицирующих признаков, смягчающих обстоятельств, при проведении конкретных следственных действий [141] .

Научное исследование личности женщины позволит следователю (дознавателю) принять объективное решение по уголовному делу, поможет не допустить ошибки при оценке действий женщины.

Учитывая типологию женщин-преступниц, в целях установления объективной характеристики личности женщины, в какой ситуации она находилась, изучение ее личной жизни, ее роль в преступлении, мы полагаем, что должна проводиться комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. Это связано, как мы указывали выше, что женщина изначально не имеет антисоциальной или антиправовой направленности. Совершение преступления женщиной, особенно, когда у нее имеется семья, дети, предполагает стечение сложных жизненных обстоятельств, которые следует учитывать при оценке совершенного ею деяния. Если же преступление совершает женщина свободная от семейных, родственных и других обязательств, то следует выявить те особенности личности, которые привели ее к принятию противоправного решения, установить движущие ею факторы, причины, толкнувшие ее на преступление.

Комплексные психолого-психиатрические экспертизы с участием терапевта могут проводиться в тех случаях, когда у лиц, страдающих различными соматическими заболеваниями, появляются психические нарушения либо в форме симптоматических психозов, либо в форме депрессивных реакций. Диагностика психозов при соматических заболеваниях является компетенцией психиатров-экспертов, когда необходимо решение вопросов, входящих в совместную компетенцию психологов и психиатров, целесообразно назначение комплексной психолого-психиатрической экспертизы. Следует учитывать, что по уголовным делам в отношении женщин [142] необходимо рассматривать вопрос о возможности назначения комплексных психолого-психиатрических экспертиз.

По мнению И. А. Кудрявцева, основаниями для назначения комплексной психолого-психиатрическая экспертизы, являются:

1) квалификация психического состояния испытуемой женщины, определение природы, вида и типа психической патологии, ее тяжести и личностного выражения, установление взаимоотношения психопатологического и нормально-психологического в психике, взаимодействия явления «полома», недостаточности с проявлениями компенсации, защиты в процессе нормальной или патологической психической адаптации к требованиям ситуации;

2) определение некоторых устойчивых психологических свойств, личностных черт и динамических состояний психики испытуемой женщины с «пограничной» психической нормой или «пограничной» патологией психики: вида и глубины эмоциональных реакций в интересующий правоохранительные органы момент, индивидуально-психологических особенностей аномальных или акцентуированных личностей, природы и степени пограничной умственной отсталости; 3) определение влияния выявленных характеристик личности и особенностей психического состояния испытуемой женщины с «пограничными» проявлениями нормы и психопатологии на ее возможность отражать окружающее, рефлексировать и регулировать свое криминальное или виктимное поведение в конкретной ситуации [143] .

Комплексная психолого-психиатрическая экспертиза [144] – это наиболее эффективная процессуальная форма реализации общенаучного комплексного подхода к экспертному исследованию имеющих значение для дела сторон, свойств и функциональных особенностей психической деятельности определенного лица (подэкспертного). КСППЭ обладает основными достоинствами каждой из базовых экспертиз. Как при судебно-психиатрической экспертизе, так и при комплексной психолого-психиатрической экспертизе, эксперты компетентны оценивать нозологическую природу и степень выраженности психических отклонений, распознавать их патологический или неболезненный характер. Однако, в отличие от судебно-психиатрической экспертизы, устанавливающей лишь наличие или отсутствие принципиальной способности лица к волеизъявлению, рефлексии и правильному психическому отражению, КСППЭ позволяет более дифференцированно определять конкретную меру проявления этой способности у лиц с болезненными «пограничными» психическими отклонениями в зависимости от актуального созревания личности, ее структурно-динамических и содержательных особенностей, наличия ситуационных эмоциональных сдвигов (реакций) [145] .