Чтение онлайн

— Выглядишь паршиво. Тяжелая ночь? — Она пытается выставить это как заботу.

Я вижу её насквозь. — Так выглядит тот, кто провел ночь в охоте за знаниями и навыками, Синдел. Но спасибо, что спросила.

Я отворачиваюсь, осматривая зал. Но замечаю парня, идущего прямо на меня, лишь в последнюю секунду. Пытаюсь уклониться, но, клянусь, он врезается в меня намеренно, задевая плечом. Я едва не получаю целую миску горячего рагу на свою рубашку. Никогда не думала, что тренировки викария пригодятся, чтобы уворачиваться от еды.

— Смотри, куда прешь! — Знакомые светло-карие глаза встречаются с моими. Бендж, жутковатый двойник Лукана из свиты Синдел.

— Прости, — бормочу я и широко обхожу разлитый суп.

— Почему ты перед ним извиняешься? — вмешивается Сайфа. — Он врезался в тебя нарочно.

— С чего бы мне это делать? — Бендж даже не пытается скрыть улыбку, чтобы не выглядеть виноватым. — Теперь мой суп на полу. Полагаю, мне придется забрать твою порцию.

— Ладно, — вздыхаю я, совершенно не желая связываться с этим после последних двух ночей.

— Нет, не ладно. — Сайфа делает еще шаг, вставая почти грудь в грудь с Бенджем. — Ты не будешь врезаться в нее, а потом забирать её еду.

— По-моему, это справедливо, раз Бендж лишился своей из-за нее, — подает голос Синдел, не вставая из-за стола. Ну еще бы.

— Всё нормально, Сайфа, пусть забирает мою.

Подруга ворчит всё то время, пока он идет за новой порцией, но больше не спорит. По этому я понимаю, что она тоже измотана. Пока Сайфа берет свою миску, я сканирую комнату в поисках знакомой высокой фигуры. Не обнаружив Лукана, я притворяюсь, что сдавливание в груди никак не связано с мыслями о том, выжил ли он этой ночью.

Сайфа отходит от общих подносов, когда я чувствую на себе чей-то взгляд. Я демонстративно игнорирую Лукана и накатывающее облегчение. Мне нельзя давать слабину перед этим парнем. Каждый раз, когда я хоть немного открываюсь, он напоминает мне, что предаст меня, если придется. Есть у него выбор или нет — неважно; быть уязвимой рядом с ним опасно.

Но всё же… я рада, что он в порядке.

Я выбираю стол наугад и в итоге сажусь рядом с парнем, у которого один глаз голубой, а другой карий. Странно видеть человека с разным цветом глаз, когда один из них не золотой. Сайфа садится напротив него и пододвигает свой поднос так, чтобы он был между нами. Я не отказываюсь и съедаю несколько ложек грибного супа.

— Хоровин Каэль, — представляется он. — И я знаю, кто вы обе, это очевидно.

Я откусываю кусок яичницы. — Откуда ты?

— Андеркраст, второй уровень.

Я замираю с ложкой в воздухе. — Андеркраст?

— Ты так это говоришь, будто я тут какой-то особенный. — Он смеется. Это теплый, утробный смех.

— Я редко встречаю людей из Андеркраста. — Хотя перемещение между верхней и нижней половинами Вингуарда свободно, горожане редко пересекают эту границу. Те, кто живет внизу, делают это, чтобы не видеть неба. А те, кто живет наверху, считают тихим позором отступление в глубины. Мы лишились стольких земель, что мало кто может вынести мысль о сдаче еще хоть клочка.

— Я тоже, — добавляет Сайфа.

— Мы впятером оттуда. — Он указывает на людей, которые сидели за его столом, когда мы пришли, и представляет каждого. Значит, вот какую группу он формирует… Что ж, хорошо, что они позволили нам присоединиться. — Перед вами все восемнадцатилетние этого года, собранные из города под городом.

— Всего пятеро? — Это меня удивляет, учитывая, сколько женщин уходят в Андеркраст на время беременности — единственный случай, когда это не осуждается живущими на поверхности.

Я не могу представить, что у меня будет ребенок. Отчасти потому, что никогда не была уверена, проживу ли достаточно долго — из-за проклятия, нападения дракона или какой-нибудь другой жути, которая случится со мной из-за того, что я на самом деле не Возрождённая Валора. Но еще и потому, что трудно представить, как приводить новую жизнь в этот мир.

— Большинство в Андеркрасте хотят, чтобы их дети росли под солнцем, — говорит Хоровин.

— Думают, это сделает их храбрее, — добавляет Йенни, девушка с толстой темной косой.

— Ты впервые видишь солнце? — спрашивает Сайфа. Надеюсь, этот вопрос её не обидит… потому что мне тоже чертовски интересно.

Хоровин кивает. — Мой первый раз на поверхности. Хотя я много изучал её по книгам.

Остальные тоже кивают.

Парень по имени Ульвен говорит: — Я поднимался однажды. Но только в полдень, чтобы избежать встречи с драконами. Для меня тут слишком ярко. — Глядя на его мертвенно-бледную кожу, я его не виню. Он даже бледнее меня, а моя кожа, кажется, иногда готова сгореть от одной мысли о солнце. — Я буду очень рад возделывать ферму при свете Источника, когда всё это закончится.

Мысль о том, что кто-то может прожить всю жизнь и ни разу не услышать колокола… Никогда не знать ужаса драконьей атаки… Это так странно. Эти люди могли бы с тем же успехом быть из другого мира.

У меня тысяча вопросов, которые я хочу задать, но случая не выпадает. Внимание всех присутствующих внезапно приковывается к входу в рефекторий. Я следую за их изумленными взглядами.

Викарий Дариус ловит мой взгляд и улыбается.

Глава 21

На мгновение мне кажется, что викарий сейчас вызовет меня. Его взгляд задерживается на мне — всего на секунду дольше необходимого.

Но как раз в тот миг, когда я внутренне сжимаюсь — готовясь к чему угодно, — он меняет позу. Его глаза обводят комнату. Синдел едва не вскакивает со стула, когда его внимание на миг переключается на неё.

— Суппликанты, будущее Вингуарда, следуйте за мной в зал капитула. — Викарий разворачивается на каблуках и выходит; кроваво-красные одежды развеваются за его спиной.

Синдел вскакивает первой. Её новоиспеченная группа подпевал спешит за ней, едва поспевая, пока та шагает к двери. Остальные двигаются куда медленнее, запихивая в рот последние куски еды.

На выходе я пытаюсь прочувствовать, как другие суппликанты относятся к викарию. Несколько человек выглядят довольными и охотно идут следом — хотя и без того рвения, что демонстрирует Синдел со своими прихвостнями. Кто-то тащится нехотя, но большинство кажутся равнодушными.

Викарий упоминал, что, пока мы здесь, будут лекции, но я не придавала этому значения. Инквизиторы и так обеспечили меня делами. В животе завязывается узел: я понимаю, что их тесты и испытания только начинаются. Особенно теперь, когда у них есть доказательство того, что один из нас проклят.