Проклятая картина
Шрифт:
– Фамилия мне мало о чем говорит, – вздохнула мама, выключая фен. – Хоть Гвоздов, хоть Шурупов…
– Шурупов! – воскликнула Марина. – Есть такой! Матвей Шурупов, музыкант, которому мы немного, можно так сказать, помогли. Он сейчас активно дает концерты и Максу прислал билеты.
– Максим сказал, что кого-то подозревает… – задумчиво проговорила мама. – Хм. Может, действительно лечение оплатил этот музыкант. Марина, долго не читай, нам всем рано вставать!
– Только полчаса, ма, – пообещала она и взяла с тумбочки книгу Ремарка, которую давала Станиславу Родионовичу. Пожилой мужчина, узнав о выписке Марины, лично пришел в палату, чтобы вернуть роман. «Спасибо, Мариночка. Успел. И вам рекомендую перечитать! Настоятельно».
Марина с улыбкой вспомнила своего знакомого. Как жаль, что они со Станиславом Родионовичем не обменялись телефонами… Взволнованная скорой выпиской, она как-то об этом не подумала. А Станислав Родионович не спросил ее номер.
Марина открыла книгу, и на одеяло выпал сложенный вчетверо листок. «Спасибо за кофе. Возвращаю долг», – было написано размашистым почерком, а внизу стояла подпись – «Гвозд» с росчерком.
Марина повертела записку, в первый момент не понимая, какой долг имел в виду Станислав Родионович, а потом схватилась за телефон.
Ей не пришлось долго искать. Она только внесла имя, отчество и начало фамилии своего знакомого, и поисковик тут же подкинул тысячи ссылок. Марина узнала мужчину на фотографиях, но, все еще не веря своим глазам, открыла Википедию. Прочитав довольно объемную статью, опустила руку с телефоном на одеяло и прикрыла глаза. Сердце колотилось от волнения, на щеках разливался румянец. Ей бы хотелось срочно поделиться с кем-нибудь своим открытием, но с кем? С родителями – так еще больше взволновать их. С Максом?.. Но вправе ли она открывать чужую тайну, которую случайно узнала?
Дорогую реабилитацию Марине оплатил никакой не таинственный Гвоздов или Гвоздин, и не тем более музыкант Шуруп, а Гвоздовский Станислав Родионович, известный олигарх, чье состояние исчислялось даже не миллионами.
– Господи, сколько же стоит чашечка кофе в ваших кругах, Станислав Родионович? – прошептала Марина и усмехнулась.
«У этого человека нет сердца!» – вспомнились ей слова Люсинды. Марина бы поспорила с коллегой, потому что поступок Станислава Родионовича опровергал его бессердечность. Но Люсинда наверняка знала этого мужчину гораздо лучше, потому что Марина общалась с ним всего несколько раз, а коллега наверняка проживала с ним под одной крышей долгие годы.
«Семейное положение: разведен. Бывшая жена – Маргарита Шварц, известный модельер. Сын – Марк Гвоздовский, бизнесмен, владелец… Есть внебрачная дочь…»
Марина отложила на тумбочку телефон и книгу и погасила лампу. Лежа в темноте с открытыми глазами, она думала уже о Люсинде – о том, что ничего не знает о своей таинственной молчаливой коллеге. Кажется, Люси была замужем, поэтому у нее другая фамилия. А еще Люсинда отчего-то празднует свой день рождения в другом месяце.
Марина уснула быстро, несмотря на одолевавшие ее мысли. Но проснулась посреди ночи от очередного кошмара.
На этот раз не было ни тумана, ни коконов с погибшими мужчинами, ни девушек из прошлого Макса. Но Марина узнала секрет, который парень от всех скрыл. И сам поступок, и причина показались Марине отвратительными. Не ревность к его прошлому, не опасение, что Макс поддастся чарам Алисы или другой девушки, оттолкнули ее от него, а эта тайна, которую Марина неожиданно узнала.
Глава 13
У этой стены определенно что-то было. Люсинда в очередной раз приложила ладони к поверхности и замерла, пытаясь поймать ускользающее видение, но ничего не вышло. Она только чувствовала холод, похожий на тот, что ощутила в мастерской художника.
– Вы что-то уловили? – Виктория приблизилась почти вплотную, и Люсинда с трудом сдержала порыв шагнуть вперед, чтобы увеличить расстояние. Впрочем, впереди была стена. Поэтому девушка аккуратно отошла вбок.
– Что-то есть. Здесь, где была картина. Но что – не понимаю, – честно ответила она. – Позволите?
Люсинда указала на свадебную фотографию на книжной полке.
– Да, конечно.
Гостья аккуратно вытащила снимок из рамки, подержала в руках и, вздохнув, вернула на место.
– Ничего? – тут же спросила Виктория.
– Вика, можете сделать мне чай? Сладкий. Мне нужно немного восстановить силы.
– Да, конечно! Простите, должна была предложить сразу.
Когда хозяйка ушла, Люсинда снова подошла к стене. Чаю не хотелось, но нужно было чем-то занять женщину хоть на несколько минут.
Без присутствия дышавшей ей в затылок Вики сосредоточиться получилось лучше. Люсинда снова приложила ладонь к тому месту, где висела картина, а потом перевела взгляд на свадебную фотографию. На этот раз удалось получить короткое озарение.
– Виктория, а кто такая Светлана? – спросила Люсинда, входя на кухню. Хозяйка вздрогнула, и сахарница чуть не выпала у нее из рук.
– Это… Это бывшая сокурсница Саши.
– Она имеет какое-то отношение к вашей семье?
Виктория брякнула сахарницу на стол и отрывисто спросила:
– Что вы увидели?
– Вашу недавнюю ссору с мужем из-за этой женщины.
Виктория помолчала, кусая нижнюю губу, а затем, отвернувшись, чтобы налить чаю, сказала:
– Светка очень в Сашу влюблена, считала, что они встречаются. Хотя на самом деле было не так. А потом появилась я и… Ну вы понимаете, – Виктория нервно усмехнулась, поставила перед Люсиндой чашку и тяжело присела напротив гостьи.
– Светлана посчитала, что я отбила у нее «жениха». Не давала прохода Саше, умоляла его «вернуться». Неприятная история, если честно. Эта женщина вечно крутилась рядом, даже когда поняла, что ловить ей нечего. Это меня очень нервировало. Но хуже всего то, что Саша пригласил Свету на свадьбу, а я узнала об этом накануне.
Виктория задумчиво повертела на столе вазочку с конфетами, а потом подвинула Люсинде.
– Угощайтесь! Мне сладкое нельзя. Риск заработать диабет беременных. Врач уже предупредила, что, если я не уменьшу количество пожираемых конфет… Представляете, она так и сказала – «пожираемых»!
Виктория грустно засмеялась, а потом решительно выхватила из вазочки батончик, быстро развернула и сунула за щеку.
– Немного сладкого не повредит, – пробормотала она с набитым ртом. Люсинда улыбнулась и не глядя тоже взяла конфету. Ей досталась шоколадная с вафлей. Любимая.
– Мы тогда с Сашей впервые поссорились, прямо накануне свадьбы. Поэтому на фотографии такие хмурые.
– Я почувствовала это.
– Потрясающе… В общем, Света отгуляла на банкете. Лихо отплясывала, кокетничала со всеми подряд, даже с престарелым дедушкой Саши, а потом громко рыдала в углу. Но, к счастью, затем она исчезла из нашей жизни. Я уж думала, что навсегда. Но месяц назад Саша зачем-то с ней встретился. Света позвонила с какой-то просьбой, безотказный Саша согласился. Он сам проговорился, а я вцепилась как клещ и вытащила все подробности. И, конечно, взбеленилась, потому что просьба – это помощь то ли с ремонтом, то ли с переездом. Каково, а? Я запретила мужу на пушечный выстрел приближаться к этой прилипале.