Чтение онлайн

— Ты выторгуешь его жизнь и свободу в обмен на поддержку первого министра?

— Именно. Я не против, чтобы королем Черных стал именно он. Быть может, с ним мы сумеем договориться и наконец остановить бессмысленные кровопролитные стычки.

— Тогда надо поспешить! — резко бросил дед Мартина. — Пока власть у Черных не захватила какая-либо безумная клика. Я отправлюсь с дружиной.

Рендор склонил голову.

— Твое право, генерал Дормал. Но прежде чем мы отправимся, прошу тебя позаботиться и о моей невесте. Обеспечить ей достойное размещение, пока мы будем освобождать твоего внука.

Чего?! Достойное размещение? Вообще-то, я тоже хочу отправиться с Рендором вытаскивать Мартина у Черных!

И вновь я не успела вякнуть — мол, баба-яга против! Дормал поклонился.

— Твоя пара получит лучшую заботу и защиту, государь. Но он…

Хозяин крепости опустил взгляд на ворочающегося Вейтара. Взгляд, полный ненависти и боли.

— Скажи, для чего ты привез его сюда? Ведь не для достойного размещения с почестями и удобствами. Ты не убил его сразу. Желаешь, чтобы я судил его и предал казни?

Рендор мрачно качнул головой.

— Я мог бы сделать это сам. Но каково придется твоему внуку жить с сознанием, что его отец убил его мать и сестру, и отдал на растерзание его самого…

— Тогда что я должен сделать с ним?

Рендор шагнул к лежащему на полу Вейтару. С размаху пнул в бок, отчего изменник застонал.

— Что ты пожелаешь. Я не убил его лишь потому, что у меня не было времени дать предателю ту смерть, которую он заслужил. Просто перерезать горло — дар милосердия, после всех мерзостей, что он совершил. Я хочу, чтобы каждый миг оставшейся ему жизни он сознавал, к чему привели его преступления. Чтобы этих остатков ему хватило проклясть свои деяния и себя самого. И кто же сможет обеспечить это лучше, чем отец убитой им женщины, дед растерзанной девочки! Поэтому я принес его тебе, Дормал.

Рендор наклонился, схватил Вейтара за волосы и поднял его голову так, что тот был вынужден взглянуть прямо в глаза тестя.

— Ты все слышал, предатель? Твоя судьба отныне в руках Дормала. Понимаешь, что он сделает с тобой за убийство своих потомков?

Два родственника несколько секунд смотрели друг на друга. А потом Вейтар начал подвывать, тихо и жутко. Рендор вновь пнул его и отшвырнул к полу.

У меня под кожей забегали ледяные мурашки. Таким я его еще не видела. И никогда он так меня не пугал. Даже когда кромсал на куски Черных в бою. Там был бой, а тут поверженный противник. И лютая ненависть… за которой я ощущала что-то еще. Что-то помимо жажды справедливости и наказания для предателя.

Словно Рендор не наказывал, а мстил. За боль, причиненную лично ему, а не другим людям — пусть даже его подданным. А может быть — за вину, которую испытывал. И в чем же она была — что не сумел защитить женщину и детей? Или было нечто, чего я не знала?..

Дормал отдал команду. Двое оставшихся телохранителей схватили Вейтара за руки и ноги и попытались утащить прочь. Но Рендор остановил их.

— Я знаю, ты и твои воины связаны с тобой чарами. Ты можешь доверять им как себе самому, они никогда не предадут и даже не ослушаются. Но по пути его могут увидеть другие обитатели крепости. Нам не нужны лишние вопросы. Ради твоего внука.

Генерал подал знак. Один из воинов снял с себя рубаху и натянул Вейтару на голову. После этого они ушли со своей ношей.

— Почему он не сопротивляется? — удивилась я. — Он ведь в сознании. Он… раскаялся? Или так напугался того, что его ждет?

Мне ответил Дормал:

— Я надеюсь, что напугался. Есть чего — и он это знает. Но есть еще чары крепости. Они дают силы защитникам, укрепляют их волю — и подавляют дух врагов. Ублюдок понимает, что его ждет… и под действием чар может лишь покорно ждать своей участи.

В очередной раз я убедилась, что попала в суровый мир. Не в детскую сказку. Проигравшим тут не было пощады. Если бы Вейтар с Джаррой и Тайлири одержали верх, выть и покорно ждать своей участи пришлось бы нам с Рендором. А еще Мартину и много кому еще. Возможно, всем Лазурным Драконам.

— Вы не скажете Мартину?

Оба мужчины единодушно качнули головами.

— Пусть думает, что его отец пал героем, защищая своего короля. Так же пусть думают все драконы. Никто не узнает истинную судьбу Вейтара и его падение. Свита Дормала будет молчать. Я пойду по стопам Сендара. Буду перекраивать историю.

Горькая усмешка перекосила его лицо. Сендар? Почему Рендор вспомнил прадеда?.. Дормал тоже недоуменно посмотрел на короля.

— Мой предок посеял немало лжи, — лаконично и загадочно пояснил мой дракон. — А теперь мне приходится это разгребать.

Он осекся и посмотрел на горизонт. Я увидела знакомое зрелище — стремительно приближающуюся стаю слишком больших птиц. То есть, не птиц.

— Дружина здесь! — воскликнул Рендор и повернулся к Дормалу. — Пусть мою невесту проводят в отведенные ей покои.

Ко мне шагнул третий телохранитель Дормала. Точнее, первый — тот, что ушел с Ирсалой и Кейласом. Я и не увидела, как он вернулся. Жестом предложил мне следовать за ним, но я шагнула к Рендору.

— Нет, подожди! Я полечу с тобой!

— Глупости! — резко отрубил Рендор. — Ты не должна подвергаться опасности. Все знают, что ты моя Истинная. Захватив тебя, Черные смогут выторговать еще больше преимуществ, чем через Мартина… или, не дай бог, отомстить.

— Вот именно! А ты хочешь оставить меня одну в какой-то крепости. Генерал и его лучшие воины отправятся с тобой. И вся Лазурная Дружина. А если сюда прилетят Красные, пока ты будешь торговаться с Черными? И захватят меня. Мне безопаснее всего рядом с тобой, Рендор.

Мой упертый драконище чуть не позеленел. Я переиграла его ж аргументами.

— Залезай! — бросил отрывистым тоном, не предвещающим ничего хорошего.

Перекинулся, протянул крыло. Я ликующе взбежала ему на спину. Правда, интуиция так и кричала, что ликовать придется недолго. Ровно до момента, когда мы останемся наедине. Рендор не простит, что я переиграла его, да еще и при Дормале…

Стая огромных ящеров кружила над крепостью, дожидаясь вожака. Рендор взмыл в небо со мной на спине. Дормал с десятком воинов присоединился к нему. Мы полетели обратно через границу с Черными.

У меня неприятно засосало под ложечкой, пока мы пролетали над теми же местами, где мне уже удалось пролететь не так давно. Я чувствовала себя так, словно меня раскатало асфальтным катком. Опасность, бессонница, истощение физическое и моральное наконец дали о себе знать.

В какой-то момент я пожалела, что не осталась с друзьями, в теплой постельке, с вкусным обедом. Но отбросила малодушие. Я должна быть с Рендором. Да и Мартину я нужна. Все эти воины, настоящие мужики, вряд ли смогут поддержать его при известии, что он остался круглым сиротой. Даже не зная всей правды, мальчику придется тяжко.