Чтение онлайн

– Мне вот интересно происхождение названия вулканов «Грисес Болкан», – Клеон понимал, что должен поддерживать контакт с очень разговорчивым проводником и решил, что хотя бы задаст интересную тему.

Проводник неожиданно замолчал, Клеон повернулся и удивленно посмотрел на него. Выражение дикого страха даже в профиль невозможно ни с чем перепутать. Клеон, когда нанимал рабочих, специально не сказал о точном месте назначения, упомянув только название горы.

Ожидая именно такую реакцию, которую видел на лице проводника.

– Гора, к которой мы идем, раньше называлась как «Место, где туман рассеивается», – природная общительность проводника взяла вверх, и он достаточно грамотно сменил тему. – С местного наречия неправильно перевели.

– Странно, – Клеон посмотрел вперед, хотя горы еще не было видно. – Получается, на этой горе туман рассеивался?

– Си, сеньор, – закивал головой проводник. – Когда пришли завоеватели, они видели, когда везде был густой туман, над горой было ясно. Сверху всегда был свет. Рассеивал туман. Первое название горы означало «Гора звезды».

– Правда, очень странно, – Клеон думал о всех странностях экспедиций.

Он так и не понял, что именно произошло в первой экспедиции, и много не помнил. Однако сами горы и круг черных базальтовых скал, идентичный скальному образованию в его родном городе, он помнил очень хорошо.

– Так откуда взялось название «Грисес Болкан»? – Клеон все-таки решил узнать все, что сможет от местного проводника.

– Это другое место. Страшное. Местные не любят говорить об этом. – Проводник был краток, и Клеон решил больше не развивать тему.

– Мы пришли сеньор, вот «Гора звезды», – проводник показывал рукой прямо перед собой, хотя Клеон и так прекрасно все видел.

Он все успел прочитать про гору; знал, что это самая высокая гора на полуострове, примерно шесть тысяч метров; знал про климат.

Ничего необычного он не заметил.

– Надо делать привал, скоро будет темно, – проводник повернулся к Клеону после того, как о чем-то громко говорил с местными рабочими.

Клеон и сам прекрасно понимал, что шли они с самого утра и отдыхали всего два раза. Кроме того, вечер рядом с горами означал, что буквально через пару часов наступить ночь. Горы этим и отличались, что темнело не постепенно, но сразу. За несколько минут опускалась кромешная тьма.

– Хорошо, мы разобьем лагерь и заночуем здесь, – Клеон снял тяжелый рюкзак и осмотрелся. Климат и правда помогал, хотя бы не было безумно холодно и не нужно было кутаться в теплые куртки.

Рабочие разбили лагерь, приготовили еду, и долго сидели у костра, что-то активно обсуждая. Клеон не участвовал в разговоре, потому что немного устал от громкой и быстрой речи местных. Он включил фонарь в палатке и просматривал все материалы, которые удалось собрать про место, где они находились. Странно, что гора упоминалась часто и считалась местом паломничества альпинистов и туристов. Но вот упоминание «Грисес Болкан», Серых вулканов, кроме новостей, Клеон встретил всего два раза.

Один раз он услышал название Серые вулканы в новостях, второй раз увидел знакомое название, когда искал древние мифы и легенды.

Все время, пока они шли, Клеон пытался не думать о прошлой экспедиции. Всеми силами он старался загнать глубоко в подсознание тяжелое предчувствие, что и в этой экспедиции все повторится.

«Так, нечего тут разводить оккультные сеансы, – одернул сам себя Клеон. – Я ученый, а не предсказатель. Всякое случается, сейчас мне нужно найти деревню Пурос и хоть что-то узнать о пропавших девочках».

Силой он заставил себя успокоиться и лечь спать, так как завтра предстоял тяжелый день, и он должен был нормально выспаться.

***

Снова ему снились страшные сны, от которых он, покрытый ледяным потом, сидел посреди палатки, пытаясь унять бешено стучащее сердце.

Та, которая не могла здесь быть, стояла на высоком выступе горы и пристально смотрела на лагерь у подножья. Темно-красное платье развевалось на ветру, глаза неестественно растягивались по лицу, заполняясь блестящей черной жидкостью. Анагиана прекрасно владела гипнозом, полностью парализующим человеческую волю и передачей видений на расстоянии.

Все, кто хоть когда-нибудь попадал под внушение Первородных, не мог сопротивляться, сознание захватывали безумные картины черной бездны.

По сути, это и было миссией посланной женщины – затопить сознание Клеона видениями, от которых он не сможет оправиться. Воздействие должно был остановить его, чтобы он не нашел запретные места проходов.

– Ты прекрасно знаешь, что должна сделать, – лающий хрип оказывал сильнейшее физическое воздействие, хотя женщина стояла одна.

Анагиана молча смотрела прямо перед собой. Все обитатели черной бездны имели общее поле образов. Высосанных из человеческих душ. Все сущности первородной материи обладали совершенной телепатией. Женщина отлично слышала голос, от которого в страхе вся сжималась внутри.

И конечно, прекрасно понимала свою миссию.

– Влияние на мозг Хранителя должно быть максимальным и непрерывным, – неестественный голос оказывал парализующее воздействие. – Твоя задача – полностью разрушить мозг того, кто может помешать нашим планам.

Формирование черной пелены образов было естественным процессом для Первородных, при мощном потоке получающий подобные картины в мозг, не мог оправиться. Видения навсегда лишали духовной сущности, сознания. Человек переставал быть человеком. Миссия не отличалась сложностью.

Что-то, однако, сильно изменилось. И женщина не понимала, что именно.

– Что это? – прошептала стоящая в полной темноте женщина на склоне горы. – Что это за картины?

В этот раз черный поток зловещих образов, исходящий от Анагианы, остановился, словно встретил неведомую преграду. Первородные, обитая в недрах планеты в зловонной бездне, не знали, что кроме их силы есть и другая.

– Как красиво… – прошептала Анагиана, непроизвольно пытаясь уловить нечеткие образы, которые буквально шли в обратном направлении. – Молодой, такой красивый. Волосы светлые и длинные. Веселый, смеется….

Анагиана не знала, что видела образы молодого и еще счастливого Клеона.

И она не знала, что черные полости вместо глаз, растягивающиеся на пол-лица в момент парализующего воздействия, постепенно сужались. В самой глубине черных дыр появлялись едва заметные светлые прожилки.

– Какая голубая вода, – зачаровано проговорила Анагиана, и слава Богу, никто из правителей бездны не слышал, как в голосе прорывались человеческие нотки. – Тело гладкое. Он выходит из воды. Улыбается, что-то держит в руке.