Чтение онлайн

— Может, дракон, — Моррис вскинул брови.

— Драконов не осталось. Эти зверьки давно пропали, — крикнул Деклан у ворот. Его ноги шаркали, он прошел во двор. Его серые глаза были мрачными от усталости после боя.

Он был с головы до пят в крови.

Пираты спотыкались о собственные ноги, чтобы уйти с его пути. Даже великаны отпрянули. Они делали вид, что проверяют косы, глядя куда угодно, но не на генерала.

Деклан стоял, расправив плечи, во дворе наступила тишина. Кровь капала с его косы на землю. Через миг тень ото лба закрыла его глаза. Он проворчал что-то про мытье и повернулся, но тут Надин выглянула из-за двери башни.

— Тут есть бочки с водой. Тебе нужно помыться, если хочешь внутрь, — добавила она, хмуро глядя на Деклана.

— Я сделаю, как захочу, женщина, — прорычал он.

— Тогда спи под звездами, потому что ты не войдешь, пока не помоешься.

Он изображал, как недовольно топает, но взгляд Деклана был не таким строгим, как раньше.

Джейк и Элена последними прошли во двор. Они медленно шли, о чем-то жарко споря. Джейк хмурился, поправлял очки очень часто, а глаза Элены оставались спокойными над ее маской.

Лисандр помахал, когда они подошли.

— Чары были отменными!

Они тут же разошлись, как две капли масла в воде. Джейк неуютно поправил мантию.

— Я… хотел, чтобы бой быстро закончился. Это не отменно, это просто… сделано.

— Это было фантастически, — бросила Элена через плечо. Она шла среди пиратов к замку.

Джонатан кивнул ее спине.

— Тебе стоит приблизиться к ней, друг, — он подмигнул. — Узнай, о чем она.

— Она хочет меня позлить. И это работает, — Джейк кашлянул под взглядами остальных и взмахнул рукой. — Что тут случилось? Почему все такое… сломанное?

Джонатан помрачнел.

— О, наверное, очередной монстр короля.

Вечерокрыл, сидя на стене ограды, обиженно взлохматил перья.

Моррис нахмурился.

— Не надо так. Он уже извинился, он спас тебя в Вороньем кресте. Если продолжишь ковырять старую рану, только заболеешь.

Джонатан пожал плечами, но хмуриться не перестал.

Они ночевали этой ночью в тронном зале замка: большой комнате с каменной платформой в задней части. Трон лежал на боку на платформе. Его спинка была разбита.

Гобелены раньше украшали стены, но теперь их сорвали, и гвозди оставили дыры в досках на камне.

Джейк зажег огонь в камине, пока остальные устраивались на спальных мешках. Великаны принесли бочки с водой, пираты наполняли фляги. Деклан вернулся через какое-то время, он был чище, чем после боя. В тронный зал он направлялся с улыбкой, которая пропала, когда он пересек тень двери.

Ужин уже шел, комнату наполняла веселая болтовня, когда пришла Надин, ведя за руку Вечерокрыла-мальчика. Его странные желтые глаза скользнули взглядом по всем в комнате, он скованно шел под уговоры Надин.

Лисандр заметил его и поднял флягу.

— Вот мой любимый полусокол! Иди греть перышки у костра, это приказ, кстати. Не заставляй запирать тебя в подземелье, — добавил он с улыбкой.

Два пирата подхватили Вечерокрыла под руки и усадили между собой. Они сунули еду ему в руки и наполнили чашку до краев. От их заботы его сжатые губы осторожно изогнулись в робкой улыбке.

Пока остальные радовались возвращению Вечерокрыла, Джонатан мрачнел. Он не тронул еду. Джейк следил за скрипачом поверх очков мгновение. Его перчатки заскрипели, когда он сжал кулаки. Он прошел к Джонатану.

— Можно? — Джонатан не ответил, и Джейк сел. Он поправил мантию на коленях и потер тканью линзы очков. Он заговорил тихим голосом. — Знаешь, я большую часть жизни провел под чарами короля, привязанный служить герцогу. Чаще мы плавали, и я должен был защищать его корабли от, — он указал на пиратов, — них. Но пару раз у меня были другие задания. Помню один случай особенно… — тонкие пальцы Джейка рассеянно обхватили запястье. — Герцог очень злился на одного из своих подданных. Тот потерял много кораблей, и мне приказали наказать его. Хотя я боролся с приказом герцога, я… был не достаточно силен. Я проиграл в тот день, — тихо сказал он с далеким взглядом. — Я пошел в дом того человека, взорвал дверь… и сжег его жену заживо. Я сжег ее перед ним, медленно, по слою плоти… как было приказано.

Джейк долго молчал. Его губы сжались в линию, рука сдавила запястье.

— После такого не уснуть. Потому что каждый раз, закрывая глаза, ты видишь огонь. Крики терзают уши, их всегда слышно в тишине. И тишины начинаешь бояться, как и тьмы. Сон не спасает… это лишь сцена для кошмаров.

Он медленно разжал пальцы. Он осторожно опустил ладонь на плечо Джейка.

— Постарайся не судить Вечерокрыла слишком строго. Поверь, он ничего не мог с собой поделать. Я боролся и проиграл… как и все мы.

— Может, плохо боролись.

Джонатан встал, и Джейк встал за ним.

— Ты так думаешь? Думаешь, я сжег ту женщину, потому что плохо боролся?

— Не знаю, друг, — Джонатан зашагал. — Может, ты прав. Может, Вечерокрыл был под чарами. Но я бы не сдался так просто.

— Думаешь, ты мог бы лучше?

— Лучше, чем натравить стаю волков на невинного человека? Да, думаю.

— Проверим.

Они говорили теперь так громко, что все в комнате притихли. Все смотрели на Джонатана и Джейка. Скрипач пылал под их взглядами, а потом медленно развернулся и сказал:

— Хорошо, друг. Заколдуй меня. Если я не смогу одолеть чары, я извинюсь. Но если я смогу, — он направил палец на Вечерокрыла, — извинится он.

— Справедливо, — глаза Джейка странно горели, он вытянул руку в перчатке. — Иди.

Одна из ног Джонатана дернулась вперед. Его глаза расширились. Он сделал еще два шага и начал бороться. Он хмурился, следующий шаг был маленьким. Вскоре он остановился.

Джонатан поднял кулак в триумфе, улыбаясь, хотя по лицу стекали капли пота.

— Видишь? Не так плохо. Нужно больше, чем это, чтобы…

— Молчать.

Его рот тут же закрылся, хотя, судя по выпученным глазам, он этого не хотел.

— Это заклинание известно как «чужие ноги». Его использовали, чтобы переводить скот на короткие расстояния. Левитация больше подходит для неживого, — объяснял Джейк. — Живые существа слишком извиваются, когда их поднимают с земли. Проблема, как видишь, в том, что «чужие ноги» — слабое заклинание, оно управляет над большим количеством мышц и суставов, так что сила рассеивается, эффект поэтому быстро проходит. Если, — он поднял другую руку, — не добавить боль.