Проклятие Матери гор
Шрифт:
– Наблюдают?
– Воронье. Они подняли шум. Лучшего способа заявить, что мы приехали, не найти. Так, нам надо спрятаться.
Они завели коней подальше в чащу, чтобы те ржанием не выдали себя, а сами схоронились в придорожных кустах, строго-настрого приказав девочке молчать.
Скоро послышался частый стук копыт, а над деревьями взвилась пыль.
– Едут, – шепнул Лунга.
Грогар напряженно слушал.
– Да там целая армия. У них и коней-то столько не найдется.
– Подождем. Может, это не они.
– А кто же тогда?
– Не знаю.
Наконец показались закованные в доспехи, вооруженные до зубов воины – всего человек тридцать, – возглавляемые могучим бородатым мужчиной в вороненой кирасе и позолоченном морионе с вытравленным на нем рисунком. Вид бородача был надменен и суров. Проницательным взглядом окинув окрестности, предводитель поднял руку, призывая к вниманию, вынул устрашающего вида пистоль и негромко произнес:
– Я вижу тебя. Выходи.
Грогар не спеша вышел из убежища, и сияющая улыбка озарила его лицо.
– Ладислао, черт тебя дери! Ну наконец-то! Где ты пропадал?
У Ладислао вытянулось лицо, и он, сильно покраснев, спросил:
– Господин Грогар, вы ли это?
– Собственной персоной. Ты не представляешь, как я рад видеть твою хмурую физиономию!
Ладислао срыгнул с коня, торопливо снял кольчужную перчатку и с чувством пожал ярлу руку.
– Рад видеть вас живым и невредимым, и тебя, Лунга, тоже. Ну и напугали же вы нас. Куда запропастились? Что с вами произошло? А это кто? – он указал на девочку, которая тут же показала ему язык.
– Это долгая история, некогда рассказывать. Отъедем отсюда, а то воняет.
Ладислао с подозрением посмотрел на покачивающийся труп, но ничего не сказал.
– Слушай меня внимательно, Ладислао, – сказал Грогар, пока они ехали в деревню.
– Да, господин.
– Ты помнишь, как мы гуляли на свадьбе этого… как его? Туин, Дуин? Черт, никак не могу вспомнить…
– Траинт, господин.
– Во-во! У него еще был такой мерзкий слуга, со шрамом на подбородке. Помнишь?
– Да, что-то такое припоминаю, но имя его… нет, позабыл.
– Это не важно. Главное, что ты понял, о ком речь. Кто еще из парней знает его?
Ладислао обернулся, внимательно посмотрел на воинов, почесал бороду.
– Шандор, ты был, кажется, со мной тогда? На свадьбе господина Траинта?
– Да, был, командир, – ответил молодой человек с сальным лицом, на котором красовались короткие усики.
– Очень хорошо, Шандор, – сказал Грогар. – Возьми с собой десяток и скачи в деревню внизу. Хватайте там шультейка и этого типа, слугу… Труина, Дуруина… Он должен быть в доме, что стоит особняком, на холме.
– Рядом с ним растет вяз? – уточнил Шандор.
– Да-да-да! Вяжите типа и бабу, которая с ним, и ждите нас. – Тут Грогар повернулся к Ладислао. – А вы что, уже побывали там?
– Мы вас ищем, – немного обиженно ответил он. – Госпожа Миранда места не находит от волнения. Мы здесь были уже дней пять-шесть назад и вот опять… Я намеревался дойти до Копотни, там поспрашивать.
– А Рийго где?
– Сейчас должен быть в Хюге, с госпожой. Мы с ним обшарили все окрестности.
– Вы думаете, это был он? – тихо спросил Лунга у Грогара. – Тот, который… про которого ходят такие слухи?..
– Я все думал, где же слышал этот голос, – ответил Грогар. – И все больше убеждаюсь, что тут не все чисто.
42
На небольшом пустыре перед таверной, принадлежавшей мешковатому субъекту с лицом, похожим на оплывшую свечу, собралась вся деревня. Посреди пустыря стоял на коленях, молитвенно сложив руки, дрожащий и обильно вспотевший, несмотря на прохладную погоду, шультейк Старого Вяза, которого, как оказалось, звали Хельмут. Его сторожили два алебардиста в морионах и панцирях, украшенных гербом дома Хтойрдов – парящим орлом.
– Ну, любезнейший, – нарочито спокойно произнес прохаживающийся взад-вперед перед шультейком Грогар, – не снизойдет ли твоя милость до беседы с «дураком» и «горлопаном», которого ты хотел, по твоему образному выражению, «едрыть в жопу» – так, кажется? Я правильно выразился?
Хельмут пробормотал в ответ что-то нечленораздельное. Грогар окинул быстрым взглядом собравшихся жителей деревни. Женщины перешептывались, вытирая натруженные руки о передник; мужчины, устало облокотившись о лопаты, с интересом наблюдали за происходящим, дети шныряли промеж взрослых, с раздражением покрикивающих на них; хозяин таверны стоял, прислонившись к косяку у входа в свое заведение и жевал тростинку, и по его лицу, которое, казалось, вот-вот стечет на грудь, никак нельзя было понять, радуется он или печалится.
И все они глядели на шультейка с неодобрением.
– Говори! – велел Грогар. – Как звать тех мерзавцев, скрывавшихся за масками? Владыку леса и его подругу-владычицу?
– А? Чего? – Хельмут поднял на Грогара глаза и тут же боязливо отвернулся.
– Не прикидывайся идиотом, голубчик. Ты знаешь, о ком я.
Но шультейк молчал, оглядываясь с затравленным видом, и один из алебардистов решил поторопить его с ответом, легонько ткнув того пикой в бок.
– Э-э-э… я не знаю…
– Я знаю! – сказала дородная женщина из толпы. – Мужика звали, кажись, До или Доо – как-то так, а подругу его – Тиша.
– Тиша и Доо, – задумчиво повторил Грогар, почесав уже изрядно отросшую бороду. – Странное имя – Доо. И куда они делись?
– Убёгли, – ответила та же женщина. – Как увидели этих, – она мотнула головой в сторону Ладислао, стоявшего позади ярла с чрезвычайно важным и сосредоточенным видом, – так и в лес. А с ними и те два быка, племяннички мудака вот этого.
Услышав это, Хельмут метнул на женщину яростный взгляд и сразу согнулся.
– Они и не ждали никого такого, – продолжала крестьянка. – Они, видимо, дожидались вас – всё глядели в ту сторону, где того бедолагу повесили. А тут они, да и вы подоспели. Доо с Тишей растерялись: поняли, подлецы, что им несдобровать, и были таковы.
– Куда они подались, не знаете? В какую сторону?
– Кто ж их знаить.
– Ладно. Ладислао.
– Да, господин.
– Отправь пару-тройку бойцов из тех, у кого кони порезвей, в Хюг. Пусть велят Рийго с парой дюжин ребят скакать в Худштадт. Там встретимся.
– Слушаюсь, господин.
– Спасибо тебе, женщина, за ценные сведения. Лунга, отсыпь-ка ей пару золотых.
– У нас нет денег, ваша милость.
– А где они?
– Их у нас отняли. Что, забыли?
– Ах да. Хорошо. Пойди-ка с кем-нибудь и возьми деньги в доме этого слизняка. – Он кивнул на шультейка. – Заодно и наши заберешь. И книжку прихвати.