Чтение онлайн

— Связь должна быть полной, — в словах женщины чувствовалось спокойствие, свидетельствовавшее о принятом ей жутком решении. Даже среди хаоса всеобщего опустошения ее голос заставлял кровь стыть в жилах. — Я должна вступить в физический контакт с источником аномалии.

Даррас зарычал, спиной отступая от колосса, потянувшегося к нему. Его глаза сверкали смертью. Десантник отстрелил твари палец, вынуждая ее отшатнуться.

— Вы понимаете, что здесь творится? И чем стала аномалия?

Он невольно задался вопросом, могла ли слепота женщины защищать ее от полного осознания их общей судьбы.

— Даже лучше вас, сержант, — ответила она. В ее словах не было надежды, только холодная решимость.

— Тогда подождите меня, — потребовал Даррас. Прорыв был невозможен. Но необходим.

— Я встречу вас у корабля, — раздалось в ответ.

— Что?!

Сначала сержант подумал, что неправильно расслышал, но затем неожиданно увидел ее. Женщина была уже на полпути от командного центра к посадочной площадке. Она двигалась с той же непреклонной уверенностью, как и всегда, но быстрее, чем он когда-либо видел. Свой посох она держала, словно знамя, а трость ее едва касалась земли. Эрефрен не бежала, но при этом с легкостью уклонялась от гигантских, крушащих все без разбору лап чудовищ, словно предвидя каждое их движение. «Циндару», второй катер Саламандр, твари уже раздавили, но «Железное пламя» пока уцелело. Астропат стремилась к нему по настолько прямому пути, насколько это позволяла безумная пляска разрушения вокруг.

Даррас бросился за ней.

— Всем воинам в пределах досягаемости, — передал он по воксу, — следовать за мной к «Железному пламени». Брат Катигерн, нам нужен пилот.

— Уже в пути, брат-сержант.

— Брат Атракс… — начал было Даррас.

— Я все понимаю, — отозвался дредноут. — Я дам вам нужное время.

Сержант перекатился под взмахом хвоста и врезался в стену командного центра.

— Благодарю тебя, почтенный брат. Тебя будут помнить.

В воксе раздался хриплый звук — смех, почти настолько же далекий от человеческого, как у Аттика.

— Никого из нас не вспомнят. Но обещай, что покараешь врага.

— Клянусь.

Атракс тяжело двинулся к центру базы. Он стрелял из болтеров по дуге, зацепив сразу трех ящеров на базе и еще одного, что лакомился трупами жертв за стеной. Все они обернулись к маленькому созданию, столь дерзко посмевшему потревожить их. Легионеры, у которых не было возможности добраться до «Железного пламени», присоединились к Атраксу, чтобы поддержать его огнем. Из кошмарного вихря вокруг базы проступил мрачный порядок. Космодесантники, на фоне подпиравших небеса зверей казавшиеся муравьями, не пытались уклоняться. Плотоядные боги нацелились на них, начисто забыв о тех немногих, кто погрузился на борт «Громового ястреба». Чудовища даже глазом не повели, когда двигатели с ревом выдохнули пламя.

В кабине Даррас встал позади усевшегося в кресло пилота Катигерна и наблюдал за последними мгновениями крепости. Ящеры ринулись в атаку. Казалось невероятным, чтобы такие огромные твари могли двигаться с ужасающей скоростью, но они двигались. Битва продолжалась всего несколько секунд, но даже это время стало ярким свидетельством силы Железных Рук. И величайшей их заслугой стало то, что они свалили еще одного зверя. Исполинская тварь рухнула на крышу арсенала, и удар такой силы подорвал достаточно боеприпасов, чтобы запустить цепную реакцию. Туловище рептилии исчезло в огненном шаре, что поглотил половину базы.

Одно существо подняло голову, когда пламя турбин штурмового катера полоснуло его по спине. Остальные не обратили на это никакого внимания, слишком поглощенные истреблением Железных Рук. Они топтали легионеров лапами, поднимали и разрывали пополам. Когда «Железное пламя» уже поднялось над посадочной площадкой, один из ящеров извернулся и ударил Атракса хвостом. Такой мощи могучий дредноут не выдержал. Внутри его корпуса атомантический дуговой реактор получил критические повреждения, что привело к катастрофическому сбою. На несколько секунд все перед глазами Дарраса исчезло в ослепительной вспышке. Когда же свет угас, Атракса больше не было, а взрыв реактора разорвал на куски нижнюю половину тела ящера. Чудовище прожило еще мгновение, даже после того, как его внутренности вывалились на землю. Его захлестывала бездумная ярость, требующая жрать добычу во что бы то ни стало. Но затем и он застыл.

В некотором роде это тоже можно было считать победой. Но когда к оставшимся рептилиям присоединился их брат из-за стены, а по склону возвышенности уже поднималась целая свора, для оставшихся на базе Железных Рук вырванные с боем секунды истекли. Битва закончилась. Надежда сгинула среди клыков и когтей.

Катигерн повел штурмовой катер в крутой подъем. Он выжимал из двигателей все до последней капли и выстрелил вперед из всех орудий разом. Сдвоенные тяжелые болтеры на фюзеляже, лазпушки на крыльях и крупнокалиберная пушка на крыше одновременно дали залп. Монстр, что бросился за улетающей добычей, исчез в огромном облаке крови и огня. «Железное пламя» пролетело сквозь него, разгоняясь и набирая высоту.

Но недостаточно высоко. Недостаточно быстро.

Колосс воздел обе лапы и ударил по кораблю.

Глава 21

ПОСЛАНИЕ. ПИР. БЕЗЖАЛОСТНАЯ СИЛА

Когда день слег в могилу и каменное солнце взошло, чтобы пропитать землю леденящим холодом мертвого мрамора, Каншель взглянул на Танауру. Такая же ошеломленная, как и он сам, женщина ничего не ответила. Но затем громовые шаги великих ящеров зазвучали, и островок спокойствия исчез. Неистовое, остервенелое безумие возобновилось. Агнесса замерла в нерешительности, глядя то вверх по склону, на стену крепости, то вниз. Каншель почувствовал растущую внутри панику. Больше не осталось ни четкого пути, ни ясной цели, и в любой момент их могли растоптать или сожрать.

Прибывали новые чудовища — существа столь огромные, что Иерун вновь ощутил прикосновение высшего величия. И всхлипнул от того, что оно приняло облик столь жуткий.

— Назад, — решила, наконец, Танаура и устремилась вниз по склону, нацелившись в узкий просвет между беснующимися зверями. Будь то удача или остаточная аура последней стадии ритуала, что-то явно оберегало двух слуг. Ни одна рептилия не обратила на них внимания. Звери были полностью поглощены боданием друг с другом и пожиранием культистов, что толпами добровольно расставались с жизнью.

— Почему? — на бегу прокричал Каншель.

— Здесь битва окончена. Но в поселении, может статься, еще нет.

Больше они не переговаривались. Остановились, подождали, сорвались с места, спрятались, и так снова раз за разом — они снова бежали наперегонки со смертью среди могучих лап и щелкающих челюстей. Но теперь все было иначе. Раньше в крови Каншеля кипел гнев. Он хотел отмстить Ске Врис. Перед ним стояла цель, на которой он мог сосредоточиться и отстраниться от окружающих ужасов. Теперь ее не стало. Остался лишь ужас и отчаянное желание избежать его мучительных объятий хотя бы еще на один удар сердца. Иерун следовал за Танаурой, но силы в нем поддерживало лишь одно — вера в Императора.

Этого было достаточно.

Он не отчаивался. Он знал, что каждый его шаг ради борьбы с нечестивыми врагами Императора был праведным поступком. И если он умрет в следующую секунду, то умрет как истинно верующий. Быть может, даже как мученик, хотя он не мог представить, чтобы кто-нибудь когда-нибудь услышал о произошедшем на Пифосе. За спинами слуг звучала симфония войны и разрушения — богоподобные звери атаковали базу.

Они достаточно далеко спустились по склону, когда услышали знакомый рокот двигателей «Громового ястреба». От радости сердце Каншеля учащенно забилось. Битва еще не окончена. Рота еще могла хорошенько вдарить по врагу. Иерун услышал звонкое, яростное стаккато орудий «Железного пламени». Он надеялся, что кара низвергнется на весь холм, обрывая никчемные жизни окружавших его тварей. Он не боялся умереть в этом очищающем огне. Лучше принять достойную смерть от оружия, нежели быть располосованным когтями и клыками.