Чтение онлайн

Слишком мало у него осталось времени провести наедине с Вильдой, чтобы расточать его на других. Боже, да он ревновал свою колдунью даже к лягушке! Пока она сюсюкалась с толстой жабой, называя ее папой, Рессар торчал на ней, пытаясь привлечь ее внимание к себе.

Вильда раздражала и притягивала со страшной силой.

Никогда Рессар не думал, что любовь так мучительна! Он всегда считал, что это розовая сказка для девочек, которая кончается фейерверком в постели.

Влюбляться сам он не планировал — и вот такое невезение!

Если бы он вернулся из круиза в свой дом, то первым делом велел Фенхелю убрать всех женщин из дома. А сам бы никогда больше не влюблялся, потому что это сильно раздражало.

При пересечении границы с Царством Фей Вильда еще переключилась на созерцание пейзажей, манящих своей загадочностью.

А как же Рессар, в которого невозможно не влюбиться? Ему так нравилось, когда Вильда тайком поглядывала на него, думая, что он не замечает…

Феи встретили всех очень дружелюбно, пока из кареты не вышла Крисинда.

Колдуний феи явно недолюбливали. Это не касалось Вильды, в ней смешалась кровь, но дочь Матильды феи видеть не желали.

Все осложнилось, когда гости прошли через Водопад чистоты. Тот снимал со всех иллюзии и чары. К сожалению, проклятья Водопад не снимал. Если бы такое дело, Рессар простоял бы под ним всю ночь!

Но очищающего действия хватило, чтобы Крисинда перестала слушаться Вильду и начала капризничать и качать права.

— Верните меня домой! Я не собираюсь продолжать путешествие с этими пристукнутыми змеями!

— Какая шумная, — поморщилась Главная фея, взмахнула крылышками, волшебная пыльца взметнулась, попадая в лицо Крисинды, и у той пропал голос. Она продолжала возмущаться, но никто ее не слышал.

Рессар переглянулся с Вильдой.

— Как уедем отсюда, я снова напою ее зальем, — пообещала колдунья. — А пока приглядывайте за ней, мой господин. Я должна оставить вас.

— Куда? Я тебя не отпускаю!

— Мне нужно повидать фею-крестную, — объяснила Вильда. — Она возможно сможет помочь мне со снятием проклятья.

— Восстановить девственность у Кристинды? — усмехнулся Рессар.

Вильда покраснела.

— Боюсь, магия тут бессильна. Но может у нее есть что-то, что может обойти некоторые условия проклятья.

Рессару не хотелось отпускать Вильду, но и держать возле себя было эгоистично. Вдруг она не захочет после получения освобождения возвращаться в Королевство Чародеев, и будет жить здесь, в царстве Фей.

— Иди, но обещай попросить у своей крестной немного пыльцы на будущее.

— Зачем? — удивилась Вильда.

— Очень действенное средство от болтовни. Иногда она раздражает, — поморщился Рессар.

Вильда захихикала, привстала на цыпочки и коснулась губами его щеки.

А потом упорхнула, оставляя его тосковать по невозможному счастью рядом с ней.

Фея-крестная печально качала головой, отрезая последнюю надежду Вильды.

— Даже если случится так, что наша принцесса влюбится в твоего принца, она не сможет снять с него проклятье.

— Почему? — расстроено спросила Вильда.

— Потому что танец у фей в крови. Мы можем кружить и танцевать месяц, но ноги не собьем. У нас у всех есть крылья. И волшебная пыльца. Ни одна фея никогда не собьет ноги в кровь. Матильда постаралась вычеркнуть все возможности спасти принца.

Вильда расплакалась.

Фея обняла ее за плечи, гладила по волосам и успокаивала, как когда-то в далеком-далеком детстве, когда приезжала к Вильде в гости на Зимний бал Колдунов. Это были самые долгожданные дни встречи с любящей крестной и получение самых нужных и полезных подарков.

— Никто не сможет протанцевать сутки, моя дорогая. Даже оборотни с их звериной выдержкой. Феи никогда не собьют ноги. Сирены никогда не полюбят. Чародеи никогда не развеют иллюзий, чтобы найти принца. Матильда все продумала.

Вильда всхлипывала, понимая, что все бесполезно.

— А гоблины?

— Хм… Дело в том, и ты об этом знаешь, что девушка должна быть невинна. У гоблинов же не приветствуется хранение чести, это для них что-то вроде брака.

Вильда всхлипнула, подняв на крестную взгляд.

— Значит принц Рессар из-за этого такой бабник?

Фея покраснела, что-то пробормотав нелестное в адрес всех мужчин, независимо от расы.

— А я? Я могу снять с него проклятие? — наконец-то спросила Вильда самый тревожащий ее вопрос. — Я полуфея, но сил во мне хватит для танца. Я девственна. И я колдунья, значит, ноги будут в крови. Я вижу сквозь иллюзии и смогу найти его… И я его люблю. Этого хватит, чтобы спасти принца?

— А он? Он любит тебя?

На глаза снова стали набегать слезы. Этого ответа на вопрос Вильда не знала. Он желал ее, но любил ли?

— Зачем ему меня любить? Ведь для снятия проклятия этого не нужно…

— О, нет, девочка. Это главное условие, которое злая колдунья никогда не выдаст. Но все сильные проклятия разрушаются только истинной любовью. Когда не только твое сердце горит от любви, но и его пылает. Подумай, что будет, если он дотронется до твоих ног после танца?

Вильда сразу вспомнила розу, которая превратилась в пепел в его руке.

— Я умру?

— Да. В том цель проклятья.

— Но, крестная, его мать любила его! И он любил ее! Тогда почему он превратил ее в пепел?

— Он был маленьким ребенком, который искал защиту, тепло и молоко. Он еще не любил ее. Их связь еще не окрепла. Это как сравнить влюбленность и любовь. Первая скоротечна. Яркая и короткая. А любовь это вечное и тлеющее. Нужно время, чтобы понять, что ты любишь и жить без нее не можешь.

— А если… Если он меня он меня испепелит, — слова давались с трудом, но она должна была спросить, — проклятье с него спадет?

Фея подумала и кивнула.

— Спадет. Ты снимешь проклятье ценой своей жизни.