Проклятие Силты
Шрифт:
— Погоди! — откуда-то сверху прогремел знакомый голос.
Он эхом отражался от стен.
Сверху что-то промелькнуло, и это что-то заставило множество красных глаз перевести внимание на себя. Оно перекувыркнулось в воздухе, и частично изменило свое направление. Прямо к Кодре.
Тот медленно полуповернулся к нему и вытянул руку — то, что летело на него, вскрикнуло и упало пластом в паре метрах от него. Это был Коби.
Оторопевший от резкой смены развития событий Ирнис не мог и пошевелиться. Только стоял и смотрел, как Коби оперся руками о твердь и, кряхтя, поднялся на ноги. Все его тело покрывали темные пятна. Лежавшие на плечах гребни были частично обломаны.
— Коби! — выдохнул кармслянин.
— Порядок! — выкрикнул тот, не оборачиваясь. — Давай, пришло время нам покончить с этим.
Он полусогнулся, выпустил когти, чем и приготовился атаковать. Ирнис проглотил поднявшийся к горлу ком — у него оставался всего один заряд в бластере.
Глава 52
— В этом нет никакой необходимос-сти, — прохрипел Кодра.
Его никто не послушал — Коби взвился в прыжок и кувыркнулся, сжавшись в клубок и вытянув ногу. Кодра дернулся в сторону, но на него набросился Ирнис, дабы сбить с ног. Кодра не успел среагировать и упал на спину, выронил сферу.
Коби хищно ухмыльнулся и поставил ногу ему на грудь. Надавил.
— Ну и что дальше, а? — с издевкой выплюнул он, победно скрестив на груди руки. — Признай, что проиграл.
Все четыре глаза противника заметались, что заставило Коби в глубине души пожалеть о своих действиях.
Раздался стук внешних челюстей.
Нечто темное обвило руки и ноги кармслийца и рывком потянуло туда, откуда появилось.
— Коби! — вскричал Ирнис.
Он резко повернул к нему голову. Успел увидеть, как тот встрял в черное месиво. Оно быстро погружало в себя его тело, оставляя открытым только морду.
Кармслиец не подавал признаков жизни — видимо, его оглушило от резкого удара об стену.
— Проклятье! — заревел синекожий, высвобождая бластер из костюма.
Нужно было действовать быстро; ринувшись ко все лежавшему на спине Кодре, он выкрутил мощность оружия на максимум и прицелился. Опустил палец на кнопку, намереваясь покончить с творением Дролесса раз и навсегда.
Кодра резко открыл глаза и дернулся к нему, схватил за выпирающий воротник костюма, круша его укрепленный материал. Одним порывистым движением обрушил Ирниса на пол, отчего тот снова выронил оружие. Наклонился к нему и перевернул на спину. Схватил за воротник и приподнял.
Его глаза вновь заметались. Жвала широко раздвинулись в стороны, чуть не разрывая щеки.
Ирнис закричал от разрывающей голову боли. Упал на колени и схватился за голову. Ужасные воспоминания захлестнули его. Образы, которых он никогда не видел и мысли, о которых давно забыл.
— Теперь ты понимаешь? Понимаешь? — широко распахнув глаза, истошно взревел Кодра. — Почему ты явился сюда, почему ты должен повести нас всех? Я не могу сделать этого. Голос хочет, чтобы это сделал ты. Прими голос, избавь меня от этого тяжелого бремени! Я… Я больше не могу этого выносить!
Ему вторил вновь и вновь поднимавшийся откуда-то снизу гул. Еще немного, и он рассыпался на вопли, которые разнеслись в разные стороны и растаяли в тишине.
— Ты слышишь? — вопил он. — Свершилось! Твои друзья, наконец, приняли свою судьбу! Они слились воедино с планетой, стали ее плотью и кровью, ведомой намерением голоса! Они ждут тебя! Исполнят любое твое желание!
Ирнис упал на живот и тяжело поднялся. Успел заметить, как бьющий из колодца поток воздуха изменил свой цвет с рыжеватого на белый, чем еще больше осветил эту комнату. То, что он увидел, совершенно ему не понравилось.
Усеянная красными глазами черная дрянь уже сильно разрослась и поглотила стены пещеры, опустила щупальца на пол. Они мерзко пульсировали и медленно разрастались, выбрасывая вокруг себя все новые ответвления.
Ирнис увидел и Дролесса. Он был по пояс погружен в густое черное месиво. Почерневшие руки его были сильно удлинены, распадались на сети, чтобы затем собраться воедино и стать зелеными пальцами. Его ног не было видно, но видимо, и они были расщеплены в вязкую слизь. Он не был мертв — его грудь слабо двигалась в такт дыханию.
— Наша сила… — с гордостью сказал Кодра, указав вверх на него своим остроконечным пальцем. — Та, что поведет нас, несмотря ни на что. И наша хитрость, — он указал на стену, где должен был быть Коби, но вместо него уже пульсировало нечто, похожее на черный кокон. — Которая легко заведет нас в самые потаенные уголки Галактики. Я стану нашими глазами, что будет видеть даже то, что скрыто. А ты… станешь нашим голосом!..
С этими словами Кодра неимоверно сильно швырнул Ирниса вверх и вперед. Тот пролетел несколько метров и спиной врезался в мягкое черное вещество. Сполз по его вязкой поверхности, ежесекундно чувствуя, как оно своими холодными щупальцами обволакивало его.
Не было сил подняться и встать — спина онемела. Двигаться могли только руки. И то, покрытые ошметками слизи, словно нитями куклы-марионетки. Ирнис не мог знать, руководил ли он до сих пор сам своим телом. Перед глазами так и стояли образы воспоминаний, насильно дарованных ему Кодрой.
Он только сидел и смотрел, как четырехглазый с шипением поднялся. Как подошел к светящемуся желтым шару и протянул к нему руку. Его ладонь сразу обратилась в вязкую черную субстанцию, которая протянулась до сферы щупальцем. Она погрузил ее в себя, чтобы вновь вернуть измененной руке ее прежний вид.
Кодра снова зашипел — отраженный от покрытой вязкой слизью стен, звук возвращался глухим и глубоким. Он медленно подошел к Ирнису поднял его безвольную руку. Расправил сложенные в кулак пальцы и положил сферу ему на ладонь. А после этого распался в вязкие черные комья, которые щедро расстелились на полу пещеры.
Ирнис не мог пошевелить и пальцем. Сидел и ждал, когда силы его покинут. Тяжелые мысли вертелись в его голове, превращались в липкие комья, мешавшие думать. Перед глазами начало все плыть.
Было бы чудом, если бы костюм излечил бы перелом позвоночника. Судя по далеким вспышкам уколов и непроизвольной дрожи в теле, часть оставшегося лекарства уже была вколота. Как бы быстро оно подействовало, и получилось бы покинуть эту пещеру до того, как ее наполнит эта слизь, оставалось вопросом без ответа. Но что-то подсказывало, что этого не свершится.
Желтая сфера слабо светилась. Она прожигала Ирниса насквозь своим несуществующим взглядом. Все говорила и говорила с ним безмолвным голосом, пока все сгущающая пелена перед глазами не оборвалась во тьму.