Чтение онлайн

Странный смешок француза, его улыбка, поза, жест слегка озадачили девушку, и она замолчала.

– Я сказала что-то смешное? – после вопросила она, нахмурившись.

– Нет, что ты… Эта ситуация оказалась слишком смешной. Вернее, она совсем не смешная, и весьма печальная… Видишь ли, мне не столько лет, сколько кажется. И это одно из составляющих моего проклятия. Я не старею. И мне не двадцать, и даже не сорок… Намного больше.

Лаура, вначале замерев с открытым ртом, потом вдруг нервно рассмеялась.

– Может, ты хочешь ещё сказать, что бессмертен?!

Смех девушки оборвался, наткнувшись на ледяной взгляд хозяина поместья Уэйнрайт. Он не шутил. Он действительно верил в это…

Но взгляд его красивых синих глаз не был безумен.

И Лауре вновь стало не по себе от этого человека, этих стен, этой обстановки.

– Этого не может быть. – сквозь зубы процедила она, пересытившись этой фантастической сказкой. – Люди не могут жить вечно. Никто. Никогда.

– Люди не могут. – легко согласился Гаспар, сверкая раззадоренным блеском в глазах. – Но кто тебе сказал, что я – человек?

Глава сороковая. Шейла.

Хейден истуканом стоял у заслона Чёртовой пустоши, положив на него обе ладони, и, не мигая смотрел вперёд. Со стороны могло показаться, что он спокоен. Но агрессия сжигала его изнутри, каждую клеточку его изменяющегося тела.

Оборотень, так?

Он не верил в них. Никогда. Хейден помнил, как Лаура затащила его в кинотеатр, на премьеру очередной части «Сумерек». О, боги! Как он смеялся! Просто до слез. За это его и выставила охрана, прямо посреди сеанса показа. За это Лаура дулась на него целую неделю…

Люди-волки были так смешны в его представлении. Нелепы. Да просто невозможны! Противоестественны…

Как люди в здравом смысле могли придумать такое?

Только вот, похоже, это оказалось не выдумкой. Зря он не верил в древние мифы и предания. Да ещё смеялся над верой приёмной матери и сводной сестры в призраков.

Верь он во все такое, то ни за что не позволил бы Лауре ехать в это проклятое место! Он бы запер её в доме, заковал в кандалы, да что угодно! Лишь бы она не добралась досюда, и всё осталось как прежде!

Но что сделано, то сделано.

Любимая исчезла за этим заслоном, а сам он превратился в раба обстоятельств. Полдела – связать свою жизнь с дурнушкой Марисоль, а вот превратится в животное, безмозглое, которое и может, что полагаться только на инстинкты.

– Не трудись, не пробьёшь. – голос, раздавшийся сзади, напугал его до чёртиков. Хейд узнал его сразу, шарахнулся в сторону, хоть и не престало молодому сильному парню так реагировать на древнюю старушонку.

Но он помнил, чем чуть не закончилась их прошлая встреча.

– Шейла… - вспомнил Хейд имя бабули своей нареченной. Да уж, стоили они друг друга, это точно.

Ведьма смотрела косо, враждебно, но пока попыток как-то навредить будущему супругу своей внучки не предпринимала.

– Боишься меня? – хмыкнув, выдавила она. – Правильно делаешь, Охотник.

Слово «охотник» Шейла произносила с особой брезгливостью, словно желая подчеркнуть, насколько гадко оно звучит для неё самой.

– Ты не тронешь меня, больше не получится. – как можно более спокойно парировал Хейден. – В прошлый раз ты действовала неожиданно, но теперь я всегда буду начеку!

Старуха, выслушав его всё с той же отвратительной миной, возмущённо буркнула:

– Дурак. Я бы могла убить тебя прямо сейчас. Но высшие законы запрещают мне это сделать. – прожёвывая каждое слово, произнесла она. – И если бы не дурочка Марисоль, связавшая вашу кровь, я давно бы поквиталась с тобой за всё… Но эта нечистокровная попутала все мои планы. Увы, если она не родит ребёнка, наш род прекратит своё существование. Потому что мы единственные, кто остался жив после того страшного нападения…

– Что значит – нечистокровная? – нахмурил брови Хейден. – Вы же вроде все из одной… стаи.

– Её отцом был человек. Неинициированный. Понимаешь, Охотник? Думаешь, почему она столь уродлива? Наши предки не давали согласия на её рождение. Никому и никогда она не была нужна. Даже тебе сейчас. Даже собственной матери.

– Ну, ты загнула, бабуля! – Хейден поймал себя на мысли, что ему даже стало обидно за знахарку. Когда родная бабушка выдаёт такое…

– Ты чужак и тебе не понять законы нашей стаи. Пока что не понять… Зверь в тебе будет по-другому смотреть на многие вещи. Да, она не нужна здесь никому. Но без неё, как я уже сказала, наш род оборвется. Я уже слишком стара, чтобы родить. Да и Лило мой погиб слишком давно, когда моей дочери едва исполнился год. А, как ты знаешь или, может быть, нет, после инициации, женщины в нашей стае могут быть лишь с одним мужчиной. Это раз и навсегда, даже если возлюбленный мёртв, жена остаётся ему верна. Сама природа способствует этому, закрывая каналы к деторождению от чужих самцов. Видишь, какую серьёзную миссию взвалила на твои плечи Марисоль? И в какую ловушку загнала тебя…

– А мужчины? – вырвалось у Хейдена. – Мужчины могут потом с другими?...

Презрения в глазах ведьмы прибавилось ещё. И всё же она ответила.

– Кто же удержит Зверя? Самцы – народ непостоянный, тем более что у них, в отличие от женщин, две личины.

– А зачем ты всё это мне рассказываешь? – вдруг прищурился Хейден. – Я же тебе вроде как поперёк горла…

Шейла вновь хмыкнула, не нисколько не смутившись.

– Теперь ты часть нашей стаи, чужак. И только ради продолжения рода я готова помочь тебе… кое в чём. Ты должен успокоиться, иначе дитя, которое ты подаришь Марисоль, родится больным и нервным. К тому же, наши цели совпадают не только в этом. Заслон. Я тоже хочу избавиться от него.

Хейден вначале ушам своим не поверил. Неужели?! Неужели он не спит… Но вида не подал.

– Тебе-то это зачем? – подозрительно скривился он.

– Скажем, там, за невидимой стеной, осталось что-то очень важное для меня. И я хотела бы это вернуть. И предупреждаю: ни слова Марисоль! Если она узнает, у нас ничего не выйдет. Понял, Охотник? И ты никогда больше не увидишь ту, что на самом деле живёт в твоём сердце. Да, ты уже никогда не сможешь связать с ней свою судьбу. Но у тебя хотя бы появится шанс её спасти.

– Я согласен, ведьма! – в сердцах воскликнул Хейд, едва речь зашла о Лауре – на всё остальное было просто плевать. – Я буду молчать, да хоть немым стану, только помоги вытащить мне её оттуда!

Старуха скривилась – нехорошо, недобро.

– Помогу. – и, отвернувшись, переваливаясь с ноги на ногу, зашагала прочь.

– Эй! – не понял Хейден. – А заслон?

– Я скажу тебе, когда придёт время.

– А…

Но Шейла больше не произнесла ни слова, даже не повернулась. А догонять её парень не решился.