Чтение онлайн

Но сейчас был именно тот момент, когда до темноты в глазах хотелось побыть занудой, педантично перебирающей факты. Иначе бы я просто рассыпалась по ковру от избытка противоположных, рвущих изнутри эмоций.

Не так много имелось вариантов у занятого мага! Легко представлялось, как он стаскивает платье с какой-нибудь придворной дамы в темном дворцовом коридоре…

– Приобрел специально для вас в свой последний визит в Хитану, – оборвал мои мысли Рэдхэйвен, пока они не зашли слишком далеко. – На бал вы пойдете в нем. Благодарность можете не изображать, хотя мне стоило усилий заставить сира Жюфье работать над ним всю ночь.

Я молча покусала губы, одними глазами уверяя Рэдхэйвена, что еще больше усилий он потратит, пытаясь заставить меня его надеть. Тот невозмутимо расправлял ткань на постели, демонстрируя невыносимо прекрасный корсаж, вручную расшитый золотыми вензельками.

Я его, конечно, надевать не планировала, но втайне все равно залюбовалась. При всем своем прохладном отношении к дамским журналам, модам и прочей бессмысленной чепухе, я умела замечать красоту. Без всякого желания видела ее и в платье, и в хитанце проклятом. Последнее было особенно прискорбным.

– Оно черное, – выдохнула, когда Рэдхэйвен встряхнул юбку, позволив той стечь на пол шелковой волной. – Это не мой цвет. Не моя стихия.

– Зато это мой цвет. И моя стихия, – его взгляд застелило холодом, лишний раз доказывая, что с моими желаниями мастер считаться не собирается.

– Свою тьму таскайте сами, а меня в нее не впутывайте, – отвернулась от рабовладельца, складывая руки на груди.

В комнате вдруг стало нестерпимо холодно, щеки закололо морозом, а в груди вместо сердца забилась ледышка. Запястья ныли от невидимых пут, которыми сковал меня вархов договор.

В виски колотилась мысль, что это просто вот такая забавная игра. Спасение от скуки избалованного хитанца.

– Вы уже в нее впутались по самые красные ушки, Эйвелин.

– Выпутаюсь, не сомневайтесь, – дернула плечом, скидывая с него согревающую ладонь.

– Правда? А мне показалось, сир Райс доступно объяснил, что темный дар вернуть не получится…

– Дело вовсе не в даре! – запыхтела сердито, оборачиваясь к столичному выскочке.

Да я про те фиолетовые ниточки и самопроизвольно разгорающиеся руны уже и забыть успела. Так меня закрутило в водовороте «новостей» от сира Рэдхэйвена и моего папеньки.

Пробудившийся темный дар стал казаться сущей ерундой, не стоящей и капли моего внимания. Его я могу забыть. Им я могу не пользоваться. А вот о рабском контракте и разнообразных смыслах мне позабыть не дадут.

– Да, не в даре, – подтвердил Даннтиэль. – Хочу утвердить свое право собственности, уж коль мистер Диккинс скачет внизу в зеленом.

– «Собственности»! – повторила зло. Он намеренно меня выводит из себя? Так я уже близка к тому, чтобы снова начать царапаться. – У меня есть платье, сир. И есть спутник на этот вечер. Я держу слово и не меняю планов в последний момент. Это моя, вирра вас задери, зона комфорта!

– Вы пойдете в этом, мисс Ламберт, – он рывком привлек меня к себе за талию, просунул руку под волосы на затылке и требовательно потянул застежку вниз. Зашептал сбивчиво в ухо: – Или сама переоденешься, или я тебя переодену, Эйвелин… Но тогда не факт, что мы с тобой доберемся до бала. Можешь сама просчитать вероятность…

– Вы что, ради линялого гхарра, имеете в виду? – вскинула на него напряженный взгляд и уперлась ладонями в варховы эполеты. Красивые такие, украшенные по краю желтыми драгоценными камешками.

И сам он – глянцевый, лощеный, ухоженный, белозубый, с аккуратной короткой щетиной… Одним словом – столичный сноб, фаворит Ее Величества. Вне всяких сомнений, королева знает толк в привлекательных мужчинах.

– Что вам лучше переодеться без моего участия, – со свистящим выдохом он отпихнул меня от себя и сделал шаг к двери. – Вам необязательно ходить со мной за руку и изображать пару, но платье вы наденете черное.

– В цвет вашей жуткой ауры? Или как символ нашего грядущего «счастливого» супружества? – профыркала, по-новому приглядываясь к траурной ткани.

Если вдуматься, она полностью передавала разъедающие грудь эмоции. Овдоветь хотелось уже сейчас, не дожидаясь свадьбы. В голове прокручивалось с десяток способов, как это можно устроить.

– Это цвета моего рода, Эйвелин, – проворчал мерзавец. – Будете спорить – пойдете на бал еще и с рогами. Зелеными, раз вам так нравится.

– Ну, замечательно! – всплеснула руками, когда дверь с оглушительным треском захлопнулась, оставив нас в Фиджем недоумевать.

– Надевай, Эйфф. Этот больнее кусается, – посоветовал мизаур, выглядывая из-под покрывала. – И если ослушаешься, первой он укусит не тебя.

– Ты слишком мудрый для лопоухого недоразумения, – обреченно завалилась на кровать и притянула к себе коробку.

Рэдхэйвен не всегда носил черные тона. Я его и в белой рубашке видела, и в темно-синем плаще… Но сейчас каждый завиток на платье истошно кричал, что наши вещи из одного комплекта. И пошиты, скорее всего, в одном магическом ателье. В Хитане.

Оставалась надежда, что главные сплетницы академии не допустят и мысли, что Рэдхэйвен зачем-то купил мне платье. На благотворителя он похож так же, как я – на Ее Величество. Глянешь на эту самовлюбленную загорелую физиономию – и прямо пятой точкой ощущаешь, как он «жаждет» помогать другим.

Сколько шансов, что все поверят в нелепое совпадение? Что мисс Ламберт случайно пришила на черный лиф те же желтые камешки, что мастер Рэдхэйвен – на свои эполеты? Со всеми бывает! Натурально.

***

Мышцы моей спины были так натянуты под черной тканью, что еще немного – и судорогой сведет. Прерывисто выдохнув, я заставила себя спуститься с последней ступеньки.

Весь путь вниз убеждала себя, что ничего кошмарного не случилось. Это просто платье. Черное, зеленое – какая, к Варху, разница? А к Рэдхэйвену недощипанному я и на прыжок гхарра за весь вечер не подойду.

Имелась только одна серьезная проблема. Она как раз выплывала всеми своими выдающимися плечами из входной двери, изрядно подмороженная и вполне себе голема напоминающая.

– Эв?.. – взгляд Диккинса обвиняюще сполз с моего белого лица на расшитый золотом корсаж. – Зеленое. Мы говорили про зеленое.

Парень растер раскрасневшееся на морозе лицо и пригладил пятерней взлохмаченную светлую копну.

– У меня было зеленое, просто оно… – кончики ушей предательски закололо. Проклятье! – Я переоделась в последний момент.