Чтение онлайн

– Я на вашей стороне, как и Ралнос. – Пран поставил молот на пол, положив ладони на конец древка.

– Хорошо, мы соберём людей в колонну и поведём по подземному проходу. Основная часть сил во главе со мной пойдёт впереди, на случай непредвиденных неприятностей. Вы вместе с отрядом Ранста будете замыкающими прикрывать нам зад.

– А все, кто доблестно сражается на площади падут смертью храбрых? – Пран посмотрел через окно за столом на улицу.

– И мы будем вечно их помнить. – Прану показалось, что по лицу капитана пробежала тень улыбки.

– Тогда после того, как выберемся из города, я помолюсь за них. – Каменное лицо Прана несколько насторожило капитана стражи, но вида он не подал.

– Хорошо, что мы друг друга понимаем, а теперь выдвигаемся. Нерин, готовь людей, пора валить от сюда.

Все спустились вниз и начали подгонять людей. Пран с отрядом Ранста встал около спуска в проход и ждал, пока все горожане пройдут. Люди бежали, ничего не понимая от испуга. Кто-то прижимал к себе детей, а кто-то свои небольшие пожитки.

– Дерьмовая ситуация. Нам ещё и доверили важную миссию по замуровыванию прохода. Не хочется брать такой грех на душу. – Сарол почесал бороду и сплюнул.

– Ну тогда можешь пойти на улицу и сдохнуть с остальными, даже если не замуровывать проход, мы всё равно всех здесь бросаем. Так что как по мне, разницы никакой. А если боишься за свои грехи, уверен наш добрый настоятель их тебе отпустит. Верно я говорю. – Конс ехидно посмотрел на Прана.

– Думаю ради этого Ралнос и избрал меня. – безучастно сказал Пран.

Когда все прошли, Пран и остальные тоже спустились в проход. Ранст зажёг факел и вошёл в туннель. Проход был узким, высотой около двух метров. Прану приходилось постоянно пригибаться. Подпиливание укреплений заняло некоторое время, но твари так и не ворвались в проход. По всей видимости последние защитники ещё держались. Прану показалось, что они шли целую вечность, но вдруг проход начал уводить вверх. Вскоре они выбежали наружу, где их дожидались остальные.

– Теперь руби до конца. – скомандовал Ранст.

Конс и Сарол заработали топорами и вскоре проход с огромным треском обвалился, окончательно похоронив Паультрин. Люди, ошарашенные произошедшим, пошли быстрыми шагами, чтобы как можно быстрее оказаться подальше.

Пран брёл среди прочих, сам не зная, куда они идут. Это было не столь важно. Ралнос направит его по нужному пути и подсветит те участки дороги, на которых нужно будет повернуть. Его судьба в руках господа, он целиком и полностью доверил её ему. Ведь чтобы не случалось, случается именно потому, что такова воля Ралноса.

В Эрдинсгарде начался новый день. Хороший или плохой ещё предстояло выяснить, хотя в последнее время солнце редко выглядывало из-за туч. Нападения вновь начались, после долго затишья. Люди, потерявшие свои дома стекались в последний оплот королевской власти, в надежде, что королева сможет их защитить. Королева тоже надеялась, что сможет. Будучи маленькой девочкой, она представляла себе, что все обязанности короля заканчиваются на хождении с важным видом. Ей и вправду приходилось ходить с важным видом большую часть времени, правда помимо этого была ещё куча дел и проблем, которые приходилось решать.

Еви лежала на мягкой кровати в городе своего детства, в городе, где она родилась. Здесь правил её отец – сильный человек, которого уважали. Из этого города её изгнали и обрекли на скитания, когда трон был узурпирован. В этот город она вошла и провозгласила себя королевой после долгой гражданской войны. Однако вместо радостных возгласов она услышала лишь проклятия. Народ не был доволен тем, как она обрела трон, не смотря на законность её притязаний. Погрузив королевство в хаос гражданской войны, она сама того не желая обрекла свой народ на страдания. Много людей погибло тогда, страна пришла в упадок, а Дети Тьмы лишь добили изнеможенное, как лошадь после долгой непрерывной скачки, королевство. Еви была слишком молода и глупа, чтобы понять последствия своих действий. В конце концов она же просто хотела вернуться домой.

Порывы ветра с балкона задували занавески внутрь комнаты. Еви скинула с себя одеяло, потянулась и встала с кровати. Каждое утро она любила выходить на балкон и осматривать весь город и его окрестности. Медленным шагом, потирая ещё не проснувшиеся глаза, она вышла на свою “смотровую площадку”.

Весь город кипел. Маленькие точки, которые были людьми бегали по улицам. На городской ярмарке сновали маленькие муравьи, спешащие по своим делам. Из труб мастерских валил дым, поднимаясь в безоблачное небо и медленно растворяясь. Ветер подул, принеся с собой запах моря и рыбы. В порту строили новые корабли, маленькие лодочки с рыбаками сновали туда-сюда. Всё выглядело почти так же, как и до конца света. О нём напоминали множественные скопления беженцев у главных ворот. С каждым днём их становилась всё больше. Еви сначала хотела приказать впускать всех, но Дорузд – бывший советник её отца, а теперь её нынешний, высказал свое несогласие. Всех впустить всё равно не получится, хотя хороша ли идея вообще никого не впускать вызывала у Еви некоторые сомнения.

***

После завтрака Еви вышла прогуляться по городу. Её сопровождала личная гвардия и Дорузд. Каждый раз выходя за стены замка она ловила на себе презрительные взгляды, иногда улавливала обрывки фраз, в которых её называли сукой или ещё что похуже. Еви часто думала, что если бы она ходила без охраны, то толпа бы её уже давно разорвала на мелкие кусочки.

– Дорузд, может нам было лучше спешиться? – Еви ехала верхом на своём белоснежном коне.

– И с чего тебе пришла такая идея?

– Чтобы быть ближе к народу и всё такое, может так будет легче завоевать их доверие? – неуверенно спросила Еви.

– Так будет легче засадить тебе нож в горло. – отрезал Дорузд. – Знать должна обозначать своё положение перед простым людом, а ты к тому же королева. Об этом и речи быть не может. Ты всегда должна быть выше их.

– В таком случае мне в пору таскать с собой табурет. – буркнула Еви. – Или издать указ, чтобы рядом со мной все ходили на корточках.

– Ты прекрасно знаешь, что я не это имел ввиду.

– Да знаю я. – вздохнула Еви. – А сегодня мне особенно рады, – она помахала недовольному мужчине, который сплюнул, едва завидев королеву. – я прямо чувствую нежную любовь, которую город демонстрирует мне. В такие моменты я начинаю понимать пристрастие моего дяди к публичным казням.

– Публичными казнями расположения народа ты точно не добьёшься. – Дорузд слегка улыбнулся.

– Зато они перестанут так открыто демонстрировать презрение, а я буду радоваться их натянутым улыбкам. А то меня уже достало каждый раз видеть кислые рожи.