Чтение онлайн

– Потому, что они гномы. Немного проспались и порядок. – ответил Коэн.

– Что человеку смерть, гному – укус комара. – самодовольно изрек Стиг.

– Да ладно тебе, укус комара. Аспид вас вместе с бородами вашими лохматыми сожрал бы, не побрезговал. – заверил Коэн.

– Получается ты их спас и вы стали промышлять вместе? – спросила Лиара.

– Не сразу. Когда очухались наши, как ты выразилась, достопочтенные гномы, то они решили отплатить мне за спасение своих жизней и присосались, как пиявки. – усмехнулся Коэн.

– Для гнома дело чести отплатить за спасение жизни! – Стиг гордо вскинул подбородок.

– Даже когда его об этом не просят? – поморщился Коэн.

– Особенно когда его об этом не просят! – высокопарно прогнусавил Стиг.

– Так они мне в первой же вылазке должок и вернули, но не отцепились. Гномы на редкость приставучие. – Коэн потрепал расплывшегося в довольной улыбке Стига по косматой шевелюре.

– Хотел бы я разделить всеобщее веселье, но настроение не то. – Альдо угрюмо потупился. – Раз уж мы подрядились на это дело, надо отнестись к нему со всей серьезностью и поскорее начать сборы.

– Согласен, хватит на сегодня занимательных историй. – кивнул Коэн и, отсчитав несколько медяков, бросил их на стол. – Пора сворачиваться.

На выходе из трактира плетущийся позади Альдо слегка придержал Лиару и, виновато шмыгнув носом, пробормотал:

– Ты не думай, я против тебя ничего не имею, просто магия меня слегка пугает.

– Понимаю. – Лиара примирительно улыбнулась и добавила серьезным тоном – Иногда она пугает и меня.

Глава 3.

Путь в Даград, столицу провинции Манора, лежал через дикие земли – обширную территорию между Веллорийской равниной и владениями лорда Вильфреда.

Дикие земли и Манора по сути были единым плато, опоясанным скалистым хребтом Красных Гор, ниспадающих на стыке с Веллорийской равниной до гряды пустынных, безжизненных холмов.

На протяжении многих веков правители Трэурана безуспешно пытались колонизировать эти суровые, дремучие края. Леса, равнины, каньоны и реки этой непокоренной территории кишели хищными обитателями, на соседство с которыми отваживались лишь самые отчаянные поселенцы.

После исчезновения торговых караванов, король Эдегор попробовал установить контроль над дикими землями с помощью войска, однако и это не привело ни к чему хорошему. Целые отряды пропадали без вести, дезертировали даже самые надежные и закаленные в боях воины.

В конце концов, король решил, что гнуть с свою линию по колонизации неколонизируемого стало слишком затратно. В результате этого решения, один из советников, назначенный козлом отпущения, как «навеивающий вредоносные мысли его Величеству», лишился головы, а сама затея была благополучно заброшена.

Злые языки поговаривали, что король плевать хотел на поселенцев, да и вообще не был особо заинтересован в восстановлении торговых путей с Манорой, пока там правит сумасбродный лорд Вильфред.

Как бы то ни было, за последний десяток лет дикие земли стали еще более дикими и заброшенными.

Нет, там конечно же были деревни, постоялые дворы, пахотные поля и прочие очаги цивилизации, по крайней мере, десять лет назад. Но уже тогда большинство из них, вынужденные ежедневно бороться за свое выживание, пребывали в плачевном состоянии.

Впрочем, люди существа упрямые – если решили, что будут жить в каком-то конкретном месте, то их ничто не заставит отступиться, и они будут стоять на своем до последнего вздоха…

Неделя, ушедшая на сборы и подготовку к предстоящему путешествию пролетела, как один день.

По большому счету, все это время прошло в поисках подходящих коней. Лиара настаивала, что только благородные бискайские скакуны способны выдержать тяготы путешествия по негостеприимным просторам диких земель. Неприхотливость и выносливость этих великолепных животных была практически легендарной. Выведенные в суровых условиях Бискайской пустыни на востоке Королевства, они были товаром штучным и весьма дорогим.

К вечеру седьмого дня, когда уже казалось, что заполучить желанных скакунов так и останется непосильной задачей, Альдо привел четверых черных, как смола, бискайцев. На все расспросы, как и где ему удалось их раздобыть, он только загадочно ухмылялся и бубнил: «гномьи связи».

Следующим утром, не теряя времени даром, всадники выдвинулись в путь.

***

Первые две недели путешествия прошли без значительных происшествий.

Несколько мелких стычек в тавернах, препирания с хозяином постоялого двора, подсунувшего Коэну комнату с кишащим клопами матрасом, и слегка жестковатое, но предельно доходчивое наставление на путь истинный банды землепашцев, ступивших на кривую тропу разбойного промысла.

В общем, обычная рутина любого странника, скитающегося широкими просторами Королевства Трэуран. Не то, что бы во владениях Его Величества короля Эдегора совсем не было порядка, но по мере удаления от столицы его становилось все меньше и меньше.

Наконец, к концу второй недели, четверо уставших, но сохранивших бодрое расположение духа, всадников, оставив за спинами пустынную, изрубцованную песчаными ветрами долину холмов, въехали в дикие земли.

– Альдо, ты что-то чувствуешь? – Стиг шумно втянул ноздрями воздух.

– А что я должен чувствовать? – угрюмо буркнул Альдо.

– Дикость диких земель. – блаженно протянул Стиг.

– Я чувствую что мой брат идиот, а еще чувствую, что моя задница превратилась в огромный мозоль. – сердито огрызнулся Альдо.

– Это потому, что ты подпрыгиваешь так, будто пытаешься сломать коню хребет. – пародируя манеру езды гнома, Коэн мешковато подпрыгнул.

– Это потому, что седло, жесткое, как бифштекс бабки Грунильды. – скривившись пробурчал Альдо.

– Эй, не трогай бабулю Грунильду и ее бифштексы. Правильно она говорила, что у тебя манеры хуже, чем у свиньи на выпасе. – Стиг бросился на защиту кулинарных способностей старушки.

– Ты кого свиньей назвал?! Осел вислоухий! – Альдо попытался отвесить брату затрещину, но, потеряв равновесие, едва не вывалился из седла. После этого он мгновенно притих и, вцепившись в поводья, забормотал себе под нос очередную порцию оскорблений.

– Эй, смотрите, впереди лес! – воскликнул Коэн, привстав на стременах.

– Сумеречный лес. – кивнула головой Лиара. – Не самое приятное место даже для диких земель.

– А что с ним не так? Если он такой неприятный, то может объедем? Я вообще не очень люблю леса, а если этот особо мерзкий, то и подавно. – Стиг нервно почесал локоть.