Чтение онлайн

Когда мы проходили мимо, я выглянула в окно, и мой взгляд снова привлекло кладбище.

Я дам им то, чего у них давно не было.

Я дам им правду.

17

УИЛЛОУ

Двери Трибунала были распахнуты настежь, запирающий механизм оказался бесполезен. Никогда прежде в эти стены не пускали весь Ковен, лишь избранным разрешалось находиться в личном пространстве Ковенанта.

Но Ковенанта уже не было, и я знала, что может произойти с Ковеном после столетий строгого руководства. Они погрузятся в хаос, ополчатся на тех, кто когда-то был их друзьями, пытаясь заполнить вакуум власти.

Грэй провел меня через двери, и гул голосов сразу же превратился в нападение по сравнению с обычным тихим местом, исполненным мрачного уважения. Я глубоко вздохнула, когда мы прошли через пузырь и вошли в центральный круг, где было слишком тесно, и во мне зародилось то самое ощущение, будто я погрузилась под воду.

Даже без Ковенанта это место было священным для нашей магии. Священным для нас.

Я не хочу, чтобы его осквернили.

Граница, казалось, гудела в знак согласия со мной, когда Грэй попытался протащить меня на другую сторону, и крошечный укол магии пронзил кожу моих рук. Граница держала меня непоколебимо, поглощая, пока из мелких ран, нанесенных ею, сочилась кровь. Одиночные бусинки поднимались из ранок, похожих на иглы, и я наблюдала, как они плывут сквозь магию границы, пока Грэй с довольным видом наблюдал за ними. Они скапливались в крупную каплю в форме слезы и висели передо мной, пока я не подняла руку, чтобы подставить под них ладонь.

Наконец граница отпустила меня, позволив переместиться на другую сторону. Звук вернулся сразу же, но неистовый ропот голосов заглушался яростной бранью одного из мужчин, который разразился тирадой в адрес Грэя.

— Что это значит? Ты украшаешь свою шлюху костями того наследия, которое мы потеряли? — спросил Итан, махнув рукой в сторону меня и костей, лежавших у меня на талии.

Они звякнули, когда я сделала шаг к нему, проходя мимо него, чтобы подойти к заброшенному трону Гекаты, где он был оставлен гнить. Кровь двигалась вместе со мной, и я оглянулась на границу, которая каким-то образом знала, что она мне понадобится, и обнаружила, что осталась без ножа.

Глупо.

— То, что потеряно, всегда можно найти, Итан, — сказала я, подняв подбородок и глядя на него.

Можно было с уверенностью сказать, что большинство членов Ковена не слышали правды о моей родословной и смотрели на меня в замешательстве.

Итан отшатнулся, как будто его ударили, но потом оправился и покачал головой.

— Чушь собачья, — сказал он, подняв подбородок.

Он не оставил мне выбора, заставив совершить поступок, от которого я никогда не смогу оправиться.

Когда я подумала о том, какие ошибки я могу исправить, я не была уверена, что когда-нибудь захочу это сделать.

Трон Гекаты звал меня, когда я шагнула к нему и уставилась вниз на стареющее сиденье, сделанное из костей тех, кто был до меня. Те, что покоились у меня на талии, были костями пальцев и кистей рук, самыми мелкими частями моих предков, но трон был создан из останков первых поколений ведьм Гекаты.

Повернувшись, чтобы посмотреть через плечо на Итана, я ухмыльнулась, переведя взгляд на Грэя. Скрестив руки на груди, он с весельем наблюдал, как я опустила руку на бок. Кровь, левитировавшая передо мной, упала на поверхность трона и забрызгала пожелтевшие кости.

— Поздравляю. Ты можешь устроить беспорядок не хуже любого ребенка, пытающегося играть со взрослыми. И что это должно было доказать? — спросил Итан, вызвав звонкий смех у своих сторонников, которые прятались за его спиной.

Моя ухмылка сменилась улыбкой, когда я повернулась к нему лицом. Сжав губы, я отказывалась смотреть на Ибана, готовясь к позору его дяди.

— Ты совсем не знаешь, что такое прелюдия?

Он вскинул бровь, когда я подняла руку и лениво махнула ею в сторону костей, теперь покрытых моей кровью.

Покрытые моей магией.

Кресло застонало и заскрипело, когда кости начали сдвигаться, рушась на кафельный пол, пока трон не исчез.

— Я не понимаю, — прошептал кто-то, не выдержав.

Я ждала этого знакомого звука, когда кости лязгают друг о друга, чувствуя, как каждое прикосновение отзывается в моей душе. Не обращая внимания на прикосновения, я почувствовала, как кости собираются в тело человека, накладываясь друг на друга и двигаясь, пока его фигура не выдвинулась вперед и не встала рядом со мной.

Где-то в комнате Грэй разразился смехом чистейшей радости, и его тепло покрыло мою кожу, в то время как Итан в ужасе уставился на скелет рядом со мной.

— Ты, — он сделал паузу, глядя то на меня, то на существо, которое я вызвала из мертвых одним лишь взмахом руки и выделением крови. — Но ты же Мадизза! Я видел это своими глазами.

Слегка приподняв платье и топнув ногой по полу, я направилась к трону Мадиззы. Лианы трона Мадиззы мгновенно затрещали, выскальзывая из мест, в которых они были заперты веками. Трон заскользил по земле, превращаясь в клубок роз, лоз и шипов, пока они пробирались через центр круга Мадиззы. Они взошли на ступени помоста, расположившись там, где когда-то стояли два трона Ковенанта.

Я понятия не имела, что Грэй сделал с ними, но осознание того, что он проложил мне путь к тому, что я решила сделать, глубоко засело в глубине моего живота. Мне не нравилось быть предсказуемой.

Я кивнула скелету, получив в ответ ничего не выражающий кивок, после чего он вместе с лианами отправился на помост. Он рухнул на пол поверх них, а я с удовлетворением наблюдала, как лианы обвиваются вокруг останков моих предков.

Объединяя их в одно целое.

Они извивались и поворачивались, прокладывая себе путь к новому трону — трону из костей, крови и жизни.

Я шла по ступенькам медленно, по одной, испуская один выдох, стоя спиной к Ковену.

Повернувшись к ним лицом, я заняла трон, который не мог принадлежать никому, кроме меня, на том месте, где когда-то восседал Ковенант.

— Есть еще вопросы, Итан, или ты уже закончил допрашивать меня?

18

УИЛЛОУ

Итан уставился на меня, делая первый шаг к помосту. Он остановился только тогда, когда Грэй двинулся ко мне, поднялся по двум ступеням и встал рядом с троном, который я занимала. Грэй повернулся лицом к окнам, расположенным у меня за спиной, и, остановившись, взял меня за подбородок. Наклонив мое лицо к своему, он улыбнулся мне с чем-то, что было слишком похоже на гордость. Учитывая, что Ковен не мог видеть его лица, мое сердце заколотилось, когда я поняла, что это только для меня, а не часть зрелища.

Когда в последний раз кто-то, кроме него, смотрел на меня так?

Он наклонился и нежно прикоснулся своими губами к моим, чтобы все члены Ковена могли видеть. Я вздохнула ему в губы, одновременно любя и ненавидя эту публичную демонстрацию, которая не оставит никаких сомнений в обвинениях Итана. Для тех, кто верил в принижение роли женщин, сводя нас к тому, получаем ли мы удовольствие от секса или нет, Грэй подлил масла в огонь.

Вот только по этим меркам я не была шлюхой Люцифера. Я была его чертовой женой, и я не позволяла своей сексуальной жизни определять мою ценность.