Чтение онлайн

– Понятно, понятно… – кивнул Гуров. – Отдать последний долг, проститься – и забыть… А вот я считаю, что причины для расследования есть. И главная причина – странное поведение хозяина дома в ночь его гибели. А также его просьба о помощи, обращенная ко мне.

– А, вы об этих загадочных явлениях! – усмехнулся майор. – Всякие шорохи, тени, призраки… Не знаю, как у вас в Москве, а у нас в провинции полиция не занимается охотой за привидениями. Мы занимаемся реальными явлениями и реальными преступниками.

– Хорошо сказано, – в свою очередь усмехнулся Лев. – Только в какую графу вы занесете гибель домашних животных – в графу «шорохов и призраков» или в реальные явления?

– Это вы о каких домашних животных? – удивился Кузнецов.

– Я вижу, вы не поинтересовались, что происходило в этом доме в последние месяцы. А я поинтересовался. И узнал, что за последние несколько месяцев в доме погибли все жившие здесь животные – собака, кошка, канарейка, волнистые попугаи… Причем причина смерти собаки и кошки была не какая-то загадочная, а вполне себе реальная: собаку кто-то разорвал на части, а кошке свернули шею. Кто это сделал – призраки? Вот мой друг Игорь, кажется, так и думал. И начал всего в своем доме бояться. Стал плохо спать по ночам, выходил на лестницу… В итоге упал с нее, и сердце у него не выдержало. А вы говорите – шорохи… Нет, майор, тут не шорохи, тут действует чей-то преступный умысел. И я хочу узнать, чей именно.

– Да, если так, то… – неуверенно произнес Кузнецов. Теперь он уже не выглядел таким уверенным в себе, как в начале разговора.

– А больше всего меня беспокоит, что эта неизвестная нам преступная сила не успокоится со смертью Кириллова, – продолжал Гуров. – Я беспокоюсь за жизнь Светланы Кирилловой и ее детей. Вот как обстоят дела, майор. Вот почему я намерен здесь задержаться на несколько дней. И предлагаю тебе присоединиться к моему расследованию. Помощь полиции мне не помешает.

– Если речь идет об опасности для жизни людей, то полиция города Глухова всегда готова прийти на помощь, – ответил Кузнецов. – О какой конкретно помощи вы говорите?

– Пока я и сам не знаю, – признался Лев. – Мне важно было получить принципиальное согласие. И я рад, что получил его. Со временем станет ясно, какая именно помощь мне требуется. О, я вижу, что мы задержались со своей беседой. Надо пойти попрощаться с умершим, а то скоро похороны начнутся.

Действительно, пока оперативники беседовали, гроб с телом Игоря Кириллова уже внесли в дом и установили в гостиной. У ворот дома один за другим останавливались дорогие лимузины, из них выходили друзья, знакомые умершего и направлялись в дом. Гуров с Кузнецовым тоже двинулись туда. Лев подошел к гробу, взглянул на лицо Игоря. Хотя он давно не видел своего школьного друга, но сразу узнал знакомые черты: Кириллов относился к тем людям, лицо которых с годами мало меняется. Сейчас лицо умершего выглядело спокойным, даже безмятежным. «Вряд ли Игорь так же выглядел в ту ночь, когда писал мне письмо, – подумал Лев. – В этом письме каждая фраза дышит ужасом. Видно, что автор письма находится в полном отчаянии».

Один за другим все гости попрощались с умершим. За ними подошли слуги: экономка Лена Зайцева, водитель Юра… Последним подошел и простился садовник Никита. После этого подъехавший к этому времени оркестр заиграл траурный марш, гроб вынесли и поместили в катафалк. Все стали рассаживаться по машинам. Гуров решил, что он тоже поедет на кладбище. Ему хотелось посмотреть на присутствующих в момент, когда гроб будут опускать в могилу. Не то чтобы он надеялся что-то прочитать на их лицах, увидеть у кого-то выражение злорадства – нет, он понимал, что все здесь умеют хорошо скрывать свои чувства. И все-таки поглядеть на близких людей Кириллова в эту минуту хотелось. Но он не знал, на чем ехать на кладбище.

Как видно, майор Кузнецов понял его проблему и громко позвал:

– Лев Иванович, поехали со мной!

На кладбище все прошло как полагается. Ничто не нарушило порядка траурной церемонии. И сколько Гуров ни вглядывался в лица собравшихся, он ни на одном не различил каких-то особых эмоций, которые бы выдали в этом человеке преступника. После похорон большая часть гостей поехала в ресторан, где были организованы поминки. А Гуров вместе с майором отправились в местное управление. Там Кузнецов провел полковника в свой кабинет, познакомил с подчиненными. Также он представил московского гостя начальнику глуховского управления генералу Юрьеву. Когда церемония знакомства закончилась, оперативники вернулись в кабинет Кузнецова, чтобы еще немного обсудить сложившуюся ситуацию.

– Я все-таки не понимаю, кого вы подозреваете в причастности к гибели Кириллова, – сказал майор. – Кто этот преступник? И какое отношение он имеет ко всяким «потусторонним силам», которые действуют в доме Кирилловых?

– Этого я сам пока не знаю, – признался Гуров. – И это меня беспокоит больше всего. Вот как я оцениваю ситуацию. Для меня несомненно, что никакого полтергейста, никакой нечистой силы в доме Кирилловых нет. В то же время непонятные, пугающие явления, несомненно, есть. Значит, здесь действует чья-то злая воля. И эта злая воля сделала так, что Кириллов среди ночи поднялся, донельзя испуганный, пошел бродить по дому и свалился с лестницы.

– Свалился или его столкнули?

– Очень правильный вопрос, майор. Но пока я не знаю, что на него ответить. Скорее всего, Игоря столкнули. Значит, тот, кто это сделал, должен был находиться в доме. Кто же это? И первый ответ, который приходит на ум, – это вдова Кириллова, Светлана. Против нее говорит и другое, более важное соображение – выгода.

– Ну да, я слышал, что Светлане Павловне достанется все имущество мужа, – заметил Кузнецов.

– Именно так. Я беседовал с адвокатом семьи, и он сообщил, что Светлана унаследует практически все. То есть на вопрос, кому выгодна смерть Кириллова, у нас имеется только один ответ: его вдове. Других выгодоприобретателей пока не видно.

– А других родственников у Кириллова разве не было?

– Насколько я понял, нет. Только его жена и дети. Правда, Кириллов был женат первым браком. И от этого брака, как сказал мне адвокат Бессонов, есть сын, которого зовут Анатолий. Но Игорь Сергеевич отношений с ним не поддерживал и не знал, где тот сейчас находится.

– А ему, этому Анатолию, что-то достанется после смерти Кириллова?

– Да, адвокат сказал, что ему завещан миллион рублей.

– Неплохая сумма! – заметил майор. – Хотя, конечно, она не идет в сравнение с тем, что получит вдова. И потом, как я понимаю, у адвоката будут проблемы с поиском этого Анатолия…

– Да, его придется искать, – согласился Гуров. – И вот тебе, Геннадий Иваныч, первое задание. Вот тут ты можешь оказать помощь в моем расследовании. Давай тоже подключайся к поискам Анатолия Кириллова. Мне хотелось бы взглянуть на этого старшего сына, понять, не причастен ли он к преступлению. Сделаешь?

– Конечно, сделаем, – ответил майор. – Пошлем запросы по линии МВД, все как полагается.

– Вот и отлично. Хоть какое-то движение будет. Потому что пока я не знаю, кого мне подозревать.

– Но вы вроде сказали, что главная подозреваемая – это Светлана Павловна…

– Нет, я сказал немного по-другому. Я сказал, что она получает все выгоды от смерти мужа и что она одна имела возможность столкнуть его с лестницы, поэтому и становится главной подозреваемой. Но вот я смотрел сегодня на нее – и дома, и на кладбище – и никак не мог увидеть в ней убийцу. Ну, не подходит Светлана Кириллова на роль хладнокровной убийцы, хоть режь меня!

– Люди иногда бывают хорошими актерами, – заметил Кузнецов. – Особенно у женщин это хорошо получается. Я несколько таких случаев знаю. Такие сцены разыгрывают – только диву даешься!