Чтение онлайн

— Не сообщник. Просто — еще один убийца, который может копировать первого. А может и действовать самостоятельно — это как придется. Нет, не думай, это только мои подозрения. И, если хочешь, интуиция.

Вот оно, значит, как — интуиция!

Отчего-то Марина почувствовала злость и обиду, и Сергей это заметил.

— Ты не думай, что сделала что-то не так, — абсолютно серьезно сказал он. — Я на твоем месте поступил бы точно так же… Ты другое лучше скажи — почему от твоей сумочки с самого утра фонит какой-то пакостью? Что там у тебя такое? Надеюсь, не апельсинчики с какими-нибудь тварями?

— В сумочке? — удивленно проговорила Марина. И только сейчас вспомнила об утреннем разговоре в столовой. — A-а, там африканская маска. Как сказали, какую-то порчу навели…

— Порчу?.. Это уже интересно! Ну-ка, ну-ка… Покажи-ка, что это за штуковина?

— Здесь же, что ли?

— Конечно. Думаешь, мы кому-то интересны? Особенно, если людям глаза отвести…

Марине ничего не оставалось делать, как достать из сумки шедевр «африканского искусства». Сергей повертел маску в руках.

— Да уж, на предмет культа Вуду не тянет! Хотя некоторым здешним вудуистам и это было бы не страшно. Откуда это у тебя?

Марина рассказала об истории, случившейся с братьями-волколаками.

— Ну и молодцы! Могли бы сами понять, что к чему! — покачал головой Сергей. — Кстати, заклятье есть, но наложено непрофессионально. Что делает его еще гаже… Стало быть, подарок двоюродной сестры этой несчастной женщины?

— Ну, да.

— В общем, так. Что ты сама об этом скажешь? Посмотри на эту пакость внимательно — случай характернейший.

Марина, как ее обучали, постаралась включить магическое зрение, чтобы рассмотреть, что из себя представляет коварный подарок. Давалось это искусство с трудом, но все же через полминуты она смогла разглядеть световое пятно.

— Спектр — оранжевый с коричневым и красным, — немного неуверенно произнесла она.

— Вот именно, — вздохнул Сергей, — оранжевый — с красным. Кажется, люди никогда не станут умнее!..

Он замолчал, глядя на маску.

— Погоди, оранжевый — это след приворота? — спросила Марина.

— Вот именно, — след приворота! — хмыкнул Сергей. — Что там про нее, бедную, рассказывал Вован? Муж пьет, у дитя проблемы со школой?..

— Именно, — Марина еще не понимала, к чему он клонит.

— Знаешь, что бы я сделал на месте человека, который чувствует — ему подарили вот такую гадость? Я бы эту гадость выкинул. Возможно, утопил бы в Неве — вода все примет. Но вот одного я точно не стал бы делать…

— Не стал бы…

— Вот именно. Я не стал бы звать хорошего старого приятеля, у которого, вроде бы, есть способности к экстрасенсорике, не стал бы показывать ему эту маску — разберись мол, сделай милость. Так что передай Вовану следующее: пускай эта дама впредь заклятий не творит! Все равно ничего хорошего не сделает!

— Погоди, так в чем же дело было? — Марина с удивлением уставилась на Сергея («Как доктор Ватсон на Шерлока Холмса», — подумала она).

— А дело вот в чем. Видимо, у этой милой дамы, не имею чести ее знать, муж стал… скажем так, посматривать налево. И она решила сделать приворот — на предмет, который можно повесить в комнате. Не знаю, сама или нет — очень возможно, что и сама. Муж посматривать перестал — сейчас ему не до того, он в бутылку смотрит. Коричневый — самые низменные вещи. Хорошо, она его хотя бы на наркотики не подсадила, спасибо и на том!

— Но она говорила про двоюродную сестру… — вспомнила Марина.

— Ну, тогда, в общем-то, понятно, куда именно смотрел ее муженек. Ладно, гадость надо уничтожить. Сама сможешь?

— Попробую, — Марина взяла в руки черную маску.

Любое магическое усилие стоит энергии, и лишь непосвященному могло бы показаться, что девушка просто провела рукой над маской.

— Не старайся, умей расслабляться, — напомнил ей Сергей, когда операция была завершена. — Будешь стараться, будет хуже… Дай-ка, взгляну. Нет, никаких мелочей не забыла, поздравляю!

Марина гордо положила на стол маску, и тут же почувствовала легкую усталость. Все-таки, подобные усилия даются с трудом.

— Давай-ка кофе с коньяком, — предложил он.

— Тебе же машину вести! — изумленно посмотрела на него Марина.

— Ничего, я обожаю приносить добро нашим дорожным инспекторам. Знаешь, у меня в бардачке — множество листовок всяких сект. Специально для этих красавцев собираю. Подойдет господин из ГИБДД, потребует деньги на карман — а я ему листовочку. Синие сойдут за тысячные купюры, черные — за пятисотенные, красные — за стошки. Да цвет и неважен… Важно — спасение душ заблудших взяточников!

Марина рассмеялась, представив, с каким видом инспектор достанет из кармана листовку «Добрые вести о близком царствии небесном». И сам Сергей улыбнулся шутке.

— Слушай, ведь предупреждали же — такие фокусы не одобряются… — девушка разом посерьезнела.

— Знаю. А как еще прикажешь учить этих типов? Каждому должно воздаться по делам, — возразил Сергей. — Они нарушают свой же закон?

— Ну, нарушают, конечно… — с некоторым сомнением протянула Марина.

— Значит, они дают мне право сделать с ними то же самое, — твердо проговорил Казарский. — Ладно, допивай свой кофе, поехали в редакцию. Сегодня придется отвезти тебя назад пораньше. Только общее собрание проведем — и назад…

Послание оборотня дошло до Яна в тот же день. Оборотень вполне мог дождаться бывшего контрабандиста — тот оказался в Собачьей Слободе через пару часов.

— Сюрприз, — хмыкнул Ян, пробежав глазами ровные строчки. — Значит, «стражники» разволновались? Ох, боюсь-боюсь!..

Он еще раз бросил взгляд на записку. Стало быть, время и место тоже назначили. Ну что ж, можно предположить, что «стражников» там не будет. Самое неприятное для оборотня — это если ссыльный Ян окажется у «стражников». И на месте оборотня…

На месте оборотня Ян убрал бы вредного свидетеля. Убрал бы чисто и спокойно, без всяких надписей. А потом на мертвого можно свалить все что угодно, тем более, что Ян — сам отнюдь не безгрешен.

Вряд ли оборотень захочет отдавать Яна Сообществу — там, конечно, могут быть очень разозлены гибелью этой твари, которая тряслась здесь и молила о пощаде, обращаясь попеременно к Яну и его собакам. Но Сообщество не будет само собой, если не допросит Яна хорошенько, прежде чем уничтожить. И, опять же, итоги допроса будут для оборотня печальны.