Чтение онлайн

Со стороны суши, на западе, крепость имела высокий земляной вал протяженностью около трех километров, под которым проходил широкий и глубокий ров с отвесными облицованными камнем стенами (глубина рва, учитывая высоту вала, — 4—5 метров). Своими флангами вал упирался в море, придавая таким образом территории крепости вид неправильного треугольника, общей площадью около восьми квадратных километров.

Форт «Тотлебен» располагался на возвышенности в юго-западном секторе крепости. От остальной части крепости он отделялся рвом и высоким валом. Построенный в 1857—1858 годах, как первое крепостное сооружение, форт имел разветвленную систему подземных помещений — минных галерей, складов, казематов, глубоко уходящих в землю, располагавшихся один над другим, ярусами. В форту имелись также и надземные помещения — бывшие казармы и склады. В них-то и находились склады боезапаса, которые мы должны были уничтожить.

Ниже форта и несколько восточнее его находится бухта Павловская, образованная насыпным молом. В этой бухте был причал для подхода плавсредств, обеспечивавших крепость необходимыми перевозками.

В самом форту и на валах Павловской бухты в дореволюционное время были оборудованы артиллерийские позиции [101] береговых батарей. На валу Павловской бухты стояла мощная 11-дюймовая батарея, прикрывавшая вход в Керченский пролив из Черного моря.

В советское время Керченская крепость находилась в ведении Военно-Морского Флота и использовалась для хранения различного военного имущества и проведения боевой подготовки. Перед самым началом Великой Отечественной войны в крепости были установлены две батареи керченского сектора береговой обороны — для поражения морских целей: «БС-48», 152-миллиметровая, — в форту «Тотлебен» и противокатерная «БС-9», 75-миллиметровая, — в Павловской бухте. В ноябре 1941 года во время первого отступления наших войск с Керченского полуострова батареи были перебазированы на Таманский полуостров.

И вот теперь, более чем через три четверти века после своего основания, старая русская крепость словно проснулась от долгой спячки. Теперь она вновь готовилась к битве с врагами России, а внуки и правнуки тех, кто строил эту крепость, у стен ее вступали теперь в бой за свою, Советскую Родину...

Основной полевой сухопутной частью в обороне крепости был 8-й отдельный стрелковый батальон Керченской базы (командир — А. Ф. Киба, военком — батальонный комиссар Д. В. Поляков). Командир батальона одновременно был начальником вновь созданного боевого участка. Ему подчинялись все остальные части КВМБ: два взвода 17-й пулеметной роты, инженерная рота, флотский полуэкипаж (командир — лейтенант Фастовский, военком — политрук Шмелев) и 76-я рота ВНОС (командир — лейтенант Шпикуляк, военком — младший политрук М. Докторович). В общем боевой состав гарнизона крепости на переднем крае насчитывал немногим более 1 000 штыков. Вооружение только стрелковое — винтовки и пулеметы. Инженерная рота выставила перед окопами частичное минное заграждение. Артиллерии не было — ее рассчитывали заполучить у отступавших воинских частей Крымского фронта.

Кроме этого в крепости находились отдельный взвод химзащиты, минная партия и отдельные подразделения СНИС, тыла базы, госпитали, а также политотдел КВМБ (начальник — полковой комиссар Ф. В. Монастырский) и почти весь особый отдел «Смерш». Всего в этих мелких подразделениях было человек 250 — весь наш резерв.

К вечеру 13 мая прибыла еще одна воинская часть Керченской базы — 46-й отдельный зенитный дивизион, входивший [102] в состав 65-го зенитного артполка. Дивизион отступал со своей огневой позиции у озера Тобечик в южной части побережья Керченского пролива, где он длительное время прикрывал 119-й авиационный морской полк.

У озера Тобечик мне довелось побывать всего несколько дней назад. Впечатление о дивизионе осталось хорошее — все три батареи успешно отражали многочисленные налеты врага (по пять-шесть раз в день). Командир дивизиона майор Н. М. Шило и военком старший политрук Колчин руководили дивизионом уверенно и умело. Зенитчики были в основном кадровыми военными с немалым боевым опытом. После тяжелых боев ряды дивизиона заметно поредели, не стало орудий.

«У Колчина Шило вместо пушек», — невесело шутили в крепости по этому поводу. Вот этому-то дивизиону и пришлось первому из частей базы вступить в непосредственное соприкосновение с противником.

...12 мая дивизион получил приказ армейского командования перейти со своей позиции у озера Тобечик к селу Чурубаш, находящемуся севернее, у одноименного озера, и занять там огневые позиции для отражения на том рубеже атак наступавшего противника.

Утром 13 мая в атаку на позиции 461-й батареи зенитного дивизиона двинулись 8 танков противника. За ними шла пехота. Батарея открыла огонь с расстояния 1,5—2 км и уничтожила 3 танка и 200 вражеских пехотинцев. Атака была отбита.

Но тут подоспело еще 18 вражеских танков, которые завязали ожесточенный бой с 462-й и 463-й батареями дивизиона. Наши артиллеристы вывели из строя 8 танков. И эта атака неприятеля захлебнулась. Однако дивизион понес немалые потери: убито 10 краснофлотцев и ранено 29, четыре 76-мм пушки вышли из строя. К середине дня выяснилось, что вблизи позиций дивизиона армейские части отсутствуют. И тогда командование дивизиона приняло решение уничтожить оставшуюся материальную часть и отходить в крепость, находящуюся в 10—12 километрах. Отход дивизиона геройски прикрывали 23 бойца 462-й батареи во главе с помощником комбата лейтенантом К. В. Григоренко и старшиной батареи сержантом Е. А. Ерошенко, выполнившими свой долг до конца.

По прибытии в крепость дивизион восполнил некомплект боевой техники за счет отступающих частей, а частично и [103] за счет трофейного оружия. И вскоре зенитчики были в полной боевой готовности. Люди воспрянули духом.

Командир дивизиона майор Н. М. Шило расположил свою артиллерию на левом фланге крепости, в форте-цитадели, оседлав командную высотку, с которой удобно было вести огонь по всему крепостному обводу. К тому же и направление на Камыш-Бурун, прикрываемое левым флангом крепости, считалось наиболее опасным. Старый «Тотлебен» дождался своего часа и приготовился разить врага из пушек XX века...

В середине дня 13 мая противник впервые произвел со стороны Старого Карантина артобстрел крепости, выпустив десятка два снарядов среднего калибра; вдобавок два-три вражеских самолета сбросили бомбовый груз на крепость. Но обошлось без потерь. Видимо, противник прощупывал нашу оборону.

Докладывая в Керчь по телефону командованию базы об итогах за день 13 мая, начальник политотдела Ф. В. Монастырский, остававшийся в те дни за старшего начальника по организации обороны, высказал мнение о необходимости назначения нового начальника боевого участка крепости.

Прибыв из Керчи ночью 13 мая в крепость, я, по согласованию с контр-адмиралом А. С. Фроловым, назначил начальником боевого участка майора Ф. И. Шитова, определив ему в помощники в качестве начальника штаба капитана Барабанова. Оба они, прибывшие в крепость вместе со мной, были хорошо подготовленными пехотными командирами и имели уже немалый боевой опыт.

Той же ночью в помещении временно оборудованного КП начальника оборонительного участка под сводами форта-цитадели при свете коптилки из снарядной гильзы новое командование крепости определило обязанности каждого командира и политработника и предварительно наметило план дальнейших боевых действий по обороне. Обязанности комиссара боевого участка принял начальник политотдела базы полковой комиссар Ф. В. Монастырский. Как военком базы я оставил за собой старшинство и ответственность за общее руководство обороной крепости.

Ближайшие боевые задачи были определены так: прочно удерживать занятый рубеж обороны, всемерно усиливать гарнизон крепости огневыми средствами за счет отступавших частей фронта; подготовить к подрыву склады с боезапасом, с тем чтобы одновременно с подрывом организовать отход всего гарнизона на таманскую сторону пролива. [104]

Ранним утром 14 мая перед фронтом обороны крепости появился передовой разъезд, а вслед за ним и один из полков 72-й кавалерийской дивизии генерал-майора В. И. Книги. Пока конники спешились и начали располагаться, в крепость прибыли еще два полка той же дивизии под общим командованием подполковника Б. С. Миллерова, заместителя командира дивизии. Сам же комдив, прославленный герой гражданской войны Василий Иванович Книга, как пояснил Миллеров, направился с эскадроном по дороге через Керчь на Еникале искать для дивизии переправу на Тамань.