Чтение онлайн

— Последний, кто увиливал от сделки, кончил свою жизнь в результате несчастного случая на дороге.

Гарри подумала о Джонатане Спенсере, погибшем под колесами грузовика. Она опять сглотнула, чувствуя, как удары сердца отдаются в горле.

— Пророк знает, что я не буду увиливать, — сказала она и пальцами правой руки ощупала землю вокруг себя. Где-нибудь поблизости должен быть камень или палка — что-нибудь, что можно использовать в качестве оружия.

— Иногда люди жадничают. И тогда я должен устроить так, чтобы они сгорели.

Гарри мгновенно вспомнила о Феликсе Роуче, сожженном заживо в собственном доме, и едва не заскулила от страха. В этот момент ее пальцы дотронулись до чего-то твердого и холодного. Камень.

— И что Пророк уготовил мне? — с напускной храбростью поинтересовалась она, из последних сил стараясь, чтобы ее голос звучал ровно. Ее пальцы сомкнулись вокруг куска грубого гранита. Камень был размером с грейпфрут, с шероховатыми краями. — Бойню на дороге или испытание огнем?

Он снова дернул ее за волосы и заломил руку еще дальше за спину. Гарри зажмурилась, чувствуя, как из-под век брызнули слезы. Шею и горло свело от боли — ей показалось, что у нее вот-вот оторвется голова.

Белобрысый прижался к ней вплотную. Его голос стал еще более хриплым.

— Что касается тебя, то тут я могу выбирать.

Затем, без предупреждения, мужчина ударил ее кулаком в висок. Мозг колыхнулся в черепе, в ухе тонко запищало. Он снова ткнул ее лицом в землю. Гарри слишком поздно поняла, что выпустила из руки камень.

— Лежи и считай, — приказал белобрысый. — И не вздумай остановиться, пока не дойдешь до трехсот.

Она не отозвалась, и он снова наотмашь ударил ее в висок — звон в ушах стал еще громче.

— Считай!

Гарри выплюнула набившуюся в рот землю и стала считать, ненавидя себя за дрожь в голосе. Она почувствовала, как белобрысый слез с ее спины. Когда на нее перестал давить его вес, дышать стало легче, и Гарри отвернула лицо от земли. Продолжая считать, она вдохнула плесневелый запах глины и травы. Белобрысый, постепенно удаляясь, шаркал по траве ботинками.

Вскоре она услышала, как джип, взревев и зашуршав шинами, умчался прочь. Низина снова погрузилась во тьму. Гарри продолжала считать. Досчитав до четырехсот, она почувствовала, что силы ее иссякли. Она разрыдалась, припав к влажной земле.

— Прости, вечно я как та девица в беде, [64] — сказала Гарри. — Уже второй раз за неделю.

Она искоса взглянула на Диллона, пытаясь уловить его реакцию, но лицо шефа оставалось бесстрастным. Он завел двигатель и резко развернул «лексус» на сто восемьдесят градусов. Взгляд его был устремлен вперед. С тех пор как Диллон отыскал ее в низине, он не произнес и двух слов.

После того как джип уехал, Гарри каким-то чудом доплелась до своей машины и вынула сумку из-под сиденья. Она опустилась на землю, свернулась калачиком у своей «мини» и кое-как набрала его номер. Когда Диллон ее нашел, она окоченела так, что не могла двинуть ни рукой, ни ногой.

Гарри снова взглянула на него. Его губы были плотно сжаты, будто застегнуты на «молнию»; пальцы крепко вцепились в руль. Диллон то и дело разжимал их и снова сжимал, словно никак не мог на что-то решиться.

Бросив на нее быстрый взгляд, он сказал:

— Не нравятся мне эти порезы у тебя на руках. И над глазом тоже. Отвезу тебя в отделение экстренной помощи. Может, придется наложить швы.

— Нет, я уже говорила, что со мной все в порядке. — Гарри заставила себя улыбнуться. — Честное слово.

— Судя по твоему виду, у тебя сотрясение мозга.

Она покачала головой — и тут же пожалела об этом: прямо в лоб штопором вонзилась острая боль. Похоже, насчет сотрясения он прав.

— Со мной все будет хорошо. — Она помассировала онемевший участок, быстро разраставшийся у основания шеи. — Мне просто нужно отдохнуть.

Нахмурившись, Диллон снова сосредоточил внимание на трассе. На нем были джинсы и дорогая кожаная куртка, свободно болтавшаяся у него на плечах. Черная кожа казалась мягкой, как масло, и Гарри подумала о том, что будет, если она протянет руку и потрогает ее.

Она кашлянула.

— Куда мы едем?

— А куда ты хочешь?

Гарри взглянула на чернеющие за окном поля и живые изгороди и решила, что деревенских пейзажей с нее достаточно.

— Ты не против, если мы вернемся в город? Заедем ко мне, возьмем какой-нибудь еды… Если ты хочешь.

Диллон встретился с ней взглядом. В глазах его застыл вопрос, но он только пожал плечами и, отвернувшись, произнес:

— Хорошо.

Гарри опустила голову на подголовник и закрыла глаза, пытаясь отогнать мысли о Диллоне. Сейчас она могла думать только о простейших, самых необходимых вещах — крыше над головой, сне, еде. Все более сложные материи могли подождать. Ее тело, мало-помалу справлявшееся с постадреналиновым обвалом, было сейчас вялым и сонным.

Пожалуй, ей следовало получше подготовить Диллона к кошмарному состоянию ее автомобиля. По телефону она только и сказала ему, что попала в аварию и съехала с дороги. Тогда ей показалось, что этого вполне достаточно. Еще хоть одна подробность — и она, Гарри, точно не справилась бы с дрожью в голосе.

После короткого раздумья Диллон поводил по ее машине фонариком, как бы оценивая точный масштаб повреждений, и ничего не сказал. Лобовое стекло треснуло, превратившись в покрытую инеем паутину; все остальные окна выглядели так, будто стекла в них выбил изнутри невидимый кулак. Капот был раздавлен и сплющен, словно машина начала плавиться. Даже Гарри удивилась, что ей удалось выбраться из нее живой.

Она постояла у «мини» несколько минут, поглаживая ее по капоту, словно это была не машина, а раненый щенок. После этого, не говоря ни слова, Диллон взял ее под локоть и повел вверх по склону к своему «лексусу».

«Лексус» зашуршал шинами по горной дороге. Машина покатилась под уклон. У Гарри все поплыло перед глазами, и на нее, как свинцовый передник, навалился сон. Диллон ударил по тормозам, и Гарри бросило вперед, так что сумка едва не слетела у нее с колен. Гарри открыла глаза и сердито посмотрела на него. Она готова была побиться об заклад, что он сделал это нарочно. Да и вообще, чем же он, черт бы его побрал, так расстроен? В конце концов, ведь это она чуть не погибла, а не он!

— Ты даже не собираешься поинтересоваться, что случилось? — спросила она.

Диллон стукнул по рулю кулаком, заставив ее вздрогнуть от испуга.

— Не знаю, Гарри… Стоит ли? — Он резко перевел рычаг переключения передач на вторую скорость. — А если и спрошу, скажешь ли ты мне правду? Или опять отмахнешься, заявив, что все в порядке?

Глаза Гарри округлились от удивления. Она открыла рот, чтобы заговорить, но тут же передумала.

— Так, значит, у тебя была авария и ты съехала с дороги. — Он покачал головой. — Любому ясно, что машина опрокинулась не сама по себе.